Ромка, что-то рассказывающий соседке по палате Ире, глянул в сторону и заметил Илью. Он хотел радостно помахать другу, а еще лучше подбежать к нему, но Илья изобразил руками крест. Это был их тайный жест, когда Рома не должен был обращать внимание на Илью. Слишком много людей вокруг. Нужно быть предельно осторожными.
Медсестра отвела ребят на детскую площадку под навесом. Там располагались узкие лавочки, небольшой спортивный комплекс и горка, на которую никто не полез. Дети крутились вокруг спорткомплекса или лавок, рассказывая друг другу только им понятные истории. Ведь все пациенты, кроме Ромки, были здесь не по ошибке.
Илья убедился, что для всех остался незамеченным, вынул из кармана свернутые страницы и приступил к чтению.
Рассказ пятый
Мы снова встретились на старом кладбище.
Я сел на то же пустое надгробие. Илья появился чуть позже — возник у сторожки и не спеша приблизился ко мне.
«Двигайся», — сказал он, указывая глазами на место рядом со мной.
Я подвинулся. К сегодняшнему дню я дочитал «Потусторонние явления. Сила мысли. Коротко о главном» Магнуса Йолли до конца. И у меня возникла масса вопросов, которые не терпелось задать.
Карие глаза Ильи смягчились, как бывает, если «улыбаться глазами», и посмотрел вдаль.
Я заметил, что он чаще всего задумчиво смотрит вдаль. Если бы я был художником, то непременно изобразил бы его одиноко сидящим на каком-нибудь огромном камне, внимательно изучающим горизонт.
«От тебя исходит поток незаданных вопросов», — усмехнулся Илья, продолжая смотреть куда-то туда.
Я повертел книгу, с которой не расставался несколько дней, в руке:
«По словам Магнуса Йолли, все призраки злые. Поэтому они и призраки. Если бы призрак не чувствовал гнев, злость, желание отомстить, то он бы перешел в иной мир сразу после своей смерти. Это правда?»
Илья молчал так долго, что я уже приготовился задать следующий вопрос, как вдруг услышал:
«Пожалуй, так и есть», — голос прозвучал мягко, словно он не хотел меня напугать. Но мне сделалось не по себе и по телу табором пронеслись миллионы мурашек. Как будто их подгоняли палкой, как пасущихся овец. Или коз.
«То есть ты злой?» — недоверчиво я впился в Илью взглядом.
У него были совершенно добрые глаза.
«Скорее да, чем нет»
Я почувствовал холодок по спине.
«Но тебе ничего не грозит, не пугайся», — ответил Илья на мои мысли.
«И все равно я не понимаю. Как человек, который переводил дедушку через дорогу, спас котенка, помог рассказать стихотворение, как такой человек может быть злым? Он уже не злой»
Илья посмотрел на меня и улыбнулся.
«Начнем с того, что я не человек»
«Тебе кто-то сделал плохо, поэтому ты хочешь отомстить?»
Где-то за пределами кладбища послышался лай собаки.
Время близилось к трем часам. Мама думает, я гуляю с Розочкой, но я это выдумал, чтобы прибежать сюда. Нужно скорее возвращаться домой. Но я не мог уйти, не выслушав своего невидимого друга.
«Илья, расскажи, пожалуйста, что случилось и кому ты хочешь отомстить. Мне очень интересно!»
«Я обязательно расскажу, а лучше напишу тебе об этом в письме. Согласен?»
Наверное, у меня загорелись глаза от восторга.
«Да, конечно! Я буду очень рад прочитать твое письмо!»
«Вот и славно, мелкий. А сейчас тебе пора, потому что…»
Но Илья не успел договорить. У ворот кладбища замаячила запыхавшаяся мама, а рядом с ней бегущая Розочка, показывающая на меня пальцем.
«Он опять разговаривает сам с собой!» — губы Розочки растянулись в ехидной улыбке.
Мама, вся покрасневшая, с растрепанными короткими волосами, твердой походкой направлялась ко мне. Казалось, она была в бешенстве. В ее глазах сквозил страх и непонимание.