- Мистер ван Дейк? - переспросил он, услышав имя. - Не знаю я вас. Чего надо?
- Я слышал, у вас проблемы, - сказал Халид, оглядывая мастерскую. - Долги. Я могу помочь.
Том сжался.
- У меня нет денег, чтобы платить еще одному кредитору.
- Я не кредитор. Я... конкурент того, кому вы должны. Мистера Смита.
Глаза Тома расширились от страха.
- Уходите! Пожалуйста, уходите! Он сказал, что если я с кем-то заговорю... он... он заберет Эмму!
- Вашу дочь? - Халид сделал паузу, давая словам просочиться. - Мистер Смит не оставит вас в покое, даже если вы отдадите ему все. Я видел таких. Они высасывают все соки, а потом все равно забирают то, что хотят. Я могу сделать так, что он вас оставит.
- Как? - в голосе Тома прозвучала отчаянная надежда.
- Расскажите мне о нем. Когда он приходит? Где вы с ним встречаетесь? Как он выглядит?
Том затряс головой.
- Нет... он узнает. Он везде имеет глаза.
Халид понимал его страх. Он видел таких людей в Мираже - сломленных, запуганных до полусмерти. Нужен был другой подход.
- Хорошо, - мягко сказал он. - Не говорите ничего. Просто... кивните, если я угадаю. Он высокий? Худой?
Том молчал.
- Он носит парик? Темный камзол?
Мельчайшее движение головы. Едва заметное кивок.
- Он приходит к вам вечером? После восьми?
Еще один кивок.
- Сегодня?
Том закрыл глаза и снова кивнул. По его лицу потекли слезы.
- Пожалуйста... он убьет меня.
- Он не убьет, - сказал Халид. Его голос был абсолютно спокоен. - Потому что сегодня вечером его не будет. Я позабочусь об этом.
Он вышел из мастерской, оставив Тома в слезах. У него была информация. Мистер Смит - высокий, худой, в парике и темном камзоле, появляется после восьми. Этого было достаточно.
Он провел остаток дня, изучая окрестности мастерской. Узкие, грязные переулки, тупики, выходы на набережную. Идеальное место для засады. Он нашел точку на крыше соседнего склада, откуда был виден вход в мастерскую и подходы к ней.
Вечером, когда туман с Темзы сгустился, превратившись в молочно-белую пелену, он занял позицию. Холодный влажный камень просачивался сквозь одежду. Он не двигался, слившись с тенью трубы. Его дыхание замедлилось, сердцебиение стало ровным и редким. Он вошел в состояние боевого транса, которому его учили - не сон и не бодрствование, а чистое наблюдение.
Он ждал. Час. Два. Городские часы пробили девять. И тогда он увидел его.
Фигура в темном, длинном плаще и напудренном парике вышла из тумана. Высокий, худой. Движения плавные, уверенные. Он подошел к двери мастерской Тома и постучал тростью.
Халид не спускал с него глаз. Это был не простой сборщик долгов. В его осанке, в том, как он держал трость, чувствовалась тренировка. Это мог быть низкоуровневый агент «Меридиана». Или просто наемник. Но это была цель.
Мистер Смит постучал еще раз, затем, не дождавшись ответа, достал ключ и открыл дверь. Он исчез внутри.
Халид оставался на месте. Его задача была не в том, чтобы напасть в мастерской. Он хотел проследить, куда тот пойдет потом.
Прошло минут двадцать. Дверь снова открылась, и мистер Смит вышел. Он выглядел довольным. В руке он сжимал какой-то сверток - вероятно, последние гроши Тома или расписка. Он повернул и зашагал прочь, его каблуки отстукивали по булыжникам.
Халид бесшумно спустился с крыши и пошел за ним, как тень. Туман был его союзником. Он держался на почтительной дистанции, используя отражения в лужах и звуки шагов для ориентации.
Мистер Смит шел уверенно, не оглядываясь. Он явно чувствовал себя в своей тарелке. Он свернул на более широкую улицу, где туман был чуть менее густым, и подошел к наемной карете. Прежде чем сесть в нее, он на мгновение остановился, чтобы закурить трубку. И в свете вспыхнувшей серы его лицо на секунду стало видно.
Халид замер. Это было не то лицо, которое он ожидал увидеть. Не лицо безжалостного наемника. Оно было... обычным. Усталым. С мешками под глазами и морщинами у рта. В его глазах не было злобы, лишь усталая рутина. Это был просто человек, делающий свою работу.
В этот момент что-то щелкнуло в сознании Халида. Он смотрел не на агента могущественной организации. Он смотрел на винтик. Такой же винтик, каким был он сам для «Скрытого Миража». Разница была лишь в том, кому они служили.
Мистер Смит сел в карету и уехал. Халид не стал преследовать. Он получил то, что хотел - лицо. И нечто большее - понимание.
Он стоял один в туманной улице, и до него донесся далекий крик ночной птицы. Он думал о Томе и его дочери. О мистере Смите. О цепочке, которая вела куда-то выше. Он был здесь, чтобы разорвать эту цепочку. Но теперь он видел, что каждый разрыв причиняет боль не только тем, кто наверху, но и таким как Том, и таким как мистер Смит.