Он изучал список еще минут двадцать, заставляя свою память, как губку, впитать каждую деталь. Затем свернул свиток и положил обратно. Шприц с ядом он оставил себе - полезный инструмент. Монеты тоже могли пригодиться.
Он сидел и думал. Смит был не просто сборщиком долгов. Он был куратором. Его задача - вести учет «активов» и, судя по шприцу, при необходимости «корректировать» их поведение. Буква «Л»... Что она означала? Возможно, «ликвидация»? Или нечто иное?
Теперь «Меридиан» знал, что их система в Лондоне скомпрометирована. Они будут действовать. Возможно, уже ищут его.
Нужно было менять тактику. От наблюдения переходить к активным действиям. Но как? Один против целой сети.
Он вспомнил о Брокер и Учителе. Но выходить на связь было опасно - если «Меридиан» следил за ним, они могли вычислить канал связи. Нет, пока он должен действовать в одиночку.
Его размышления прервал стук в дверь. Тупой, настойчивый. Не легкие шаги миссис Хиггинс. Тяжелые, мужские.
Халид мгновенно собрал вещи. Шкатулку - в тайник под половицей. Кинжал и пистолет - за пояс. Он подошел к двери, не издавая звука.
- Кто там? - спросил он, стараясь придать голосу сонную хрипоту.
- Открой, от имени королевы! - раздался грубый голос.
Правосудие? Или притворство?
Халид приоткрыл дверь на цепочке. В коридоре стояли двое мужчин в поношенных, но крепких одеждах. Не официальные констебли, но и не уличные бандиты. У одного в руке была дубинка, у другого - пистолет, направленный в пол.
- Якоб ван Дейк? - спросил тот, что с дубинкой.
- Да. Что случилось?
- Вам нужно пройти с нами. У мистера Смита к вам вопросы.
Смит. Он выжил и прислал своих людей. Или это были люди «Меридиана», притворяющиеся слугами закона?
Халид сделал вид, что испугался.
- Смита? Я не знаю никакого Смита! Я честный торговец!
- Расскажете ему самому, - мужчина с дубинкой сделал шаг вперед, намереваясь вышибить дверь.
Халид действовал быстро. Он резко дернул дверь на себя, сорвав цепочку, и тут же ударил ее краем в лицо первому наемнику. Тот отшатнулся с проклятием. Второй поднял пистолет, но Халид был уже рядом. Его левая рука отвела ствол, правая нанесла удар ребром ладони в горло. Наемник захрипел и рухнул.
Первый, с разбитым носом, замахнулся дубинкой. Халид поймал его руку на замахе, провернул и сломал локтевой сустав одним резким движением. Дубинка упала на пол. Прежде чем тот успел крикнуть, Халид ударил его головой о косяк двери. Тело осело без сознания.
Весь бой занял менее десяти секунд.
Халид быстро обыскал их. Ни опознавательных знаков, ничего. Только оружие и несколько монет. Профессионалы.
Он не мог больше оставаться здесь. Миссис Хиггинс наверняка слышала шум. Или была подкуплена.
Он собрал свои нехитрые пожитки в вещевой мешок, убедился, что не оставил следов, и вышел в коридор. Сверху доносились приглушенные всхлипывания - хозяйка явно боялась высунуться.
Он спустился вниз и вышел на задний двор, через который обычно вывозили мусор. Через две минуты он был уже на соседней улице, двигаясь в сторону доков.
Ему нужно было новое укрытие. И быстро. Он вспомнил одно из имен в списке - владелец небольшой судоремонтной верфи, помеченный буквой «Ш». Человек, которым шантажировали. Возможно, он мог стать союзником. Или, по крайней мере, источником информации.
Но сначала нужно было потеряться в городе. Он свернул в лабиринт узких переулков Уайтчепела, где тени были гуще, а законы - мягче. Его навыки маскировки и выживания, отточенные в пустыне и в Мираже, сейчас были ему нужны больше, чем когда-либо.
Лондон больше не был просто полем битвы. Он стал джунглями, где он был и охотником, и добычей. И чтобы выжить, ему приходилось использовать каждую крупицу своих знаний - от искусства убивать до умения заварить целебный чай из сорняков, растущих в трещинах мостовой.
Он шел, и туман обволакивал его, как старый знакомый. Впереди была ночь, полная опасностей и возможностей. А в кармане у него лежал список, который мог перевернуть Лондон. Если, конечно, он успеет его использовать.
Уайтчепел встретил его тем, чем и должен был встречать район, где заканчивались законы и начиналось право сильного - густым, непроглядным туманом, смешанным с дымом из тысяч труб, и характерным запахом, в котором смешались запахи нечистот, дешевого джина и отчаяния. Здесь, в этом лабиринде грязных переулков и покосившихся домов, можно было исчезнуть навсегда. Или умереть, так и не будучи найденным.
Халид шел, не привлекая внимания, его步态 была походкой уставшего докера, возвращающегося после ночной смены. Он свернул в особенно темный проулок, где свешивались с крыш почти касающиеся друг друга балки, создавая подобие туннеля. Его цель была в конце - полуразрушенный трехэтажный дом, известный как «Убежище крыс». Брокер в свое время упомянул его как одно из мест, где можно затеряться.