Громобой подошел к убитому нео, присел рядом с ним на корточки и на всякий случай проверил пульс. Удовлетворенно кивнув, бородач оглянулся на дружинника.
– Помочь? – предложил он, когда их взгляды встретились.
– Не… Сейчас… отдышусь… – пробормотал Игорь. – И сам.
– Ну, смотри. А то что-то ты правую руку держишь как-то неестественно, – сощурившись, заметил Громобой. – Дубиной прилетело?
– Ну да. Застал он меня врасплох… Я «серва» рассматривал, тут он подбежал. – Дружинник мотнул головой в сторону покойного Руфа. – Выбил пистолет из руки… В общем, повеселились на славу. Если б не ты…
– Ну ладно уже. Со всяким бывает. По молодости ошибок не избежать. Тем более ты сам говоришь, что на рейде впервые. Давай лучше посмотрим, что там с рукой?
Игорь с угрюмым лицом продемонстрировал компаньону опухшую кисть. В своем нынешнем состоянии она казалась едва ли не больше лапы покойного нео и до жути напоминала вчерашнюю левую.
– Да уж… ну и угораздило же тебя… опять! – вскинув брови, воскликнул Громобой.
Не отводя взгляда от травмированной кисти Игоря, он с задумчивым видом почесал в затылке и сказал:
– Попробовать сделать то же, что и раньше. В принципе, тут простой отек, покой-трава, надо думать, запросто избавит тебя от этого недуга. Но неприятно, понятно. И чего ты вообще сюда поперся? Схорон у тебя здесь где-то? Или что?
– Да ничего тут у меня нет… – буркнул Игорь, невольно потупившись под взглядом бородача. – В окне какая-то тень мелькнула, раз, потом второй, вот я и решил проверить.
– А меня чего с собой не позвал? – удивился Громобой.
– Ну, ты был занят со «Спайдером», – пожал плечами дружинник. – Решил не дергать зазря.
– Ох, парень… – покачал головой бородач. – Нельзя же быть таким самонадеянным! Это ведь московская Зона, тут по одиночке вообще стараются не шарахаться – как раз из-за таких вот ситуаций. А у нас впереди тем более важная операция. Только подумай, к чему бы привела твоя доблесть, если б я рев этого ублюдка не услышал? Друга б не спас, груз бы в Кремль не попал… И все ради чего?
Игорь понурился еще больше. Он чувствовал себя последним идиотом. Громобой верно сказал: действительно, в одиночку проверять заброшенный дом, когда на носу важнейший поход, было чрезвычайно глупо. И, поскольку дружинник уже и сам все это осознавал, слова бородача били еще больней.
– Понял, – угрюмо буркнул разведчик, прерывая поток нравоучительных речей. – Давай руку обработаем да будем выдвигаться.
К чести Громобоя, он все понял по тону Игоря и не стал упорствовать.
– Идти сможешь? – спросил бородач, вставая и протягивая руку компаньону.
– Ноги вроде целы, – отозвался дружинник, с неохотой принимая помощь бродяги.
– Ну и хорошо, – кивнул Громобой и вручил едва поднявшемуся Игорю его пистолет. – А рука… Ну что – «рука»? Главное, что не оттяпали, не отбили совсем. А что опухла… На спусковой крючок жать можешь – и ладно. Верно, паренек?
– Верно, – буркнул дружинник.
С каждой секундой он все больше ненавидел проклятого маркитанта Вадима, из-за которого и начался весь этот сыр-бор.
– Думаешь, сработает? – осторожно спросил Игорь.
Они с Громобоем сидели в развалинах неподалеку от маркитантской берлоги. Вдалеке уже видны были люди с автоматами, которые прохаживались вдоль серых стен одноэтажной «крепости», где обитал предатель Вадим.
– Если б не думал, разве б согласился с тобой пойти? – ухмыльнулся Громобой.
Он выглядел ничуть не более озабоченным, чем прежде – то ли так хорошо разыгрывал невозмутимость, то ли действительно совсем не переживал.
Наверное, дело в том, что у бородача никого нет, тогда как за дружинником есть Кремль, с друзьями, сородичами, общиной. Бородачу терять нечего, а Игорь может потерять очень многое, вот последний и переживает, а первый идет на штурм с мыслью: «Удастся – хорошо, не удастся – да и пес с ним!».
– Ты когда-нибудь проделывал подобное? – спросил дружинник, рефлекторно разминая правую руку: покой-трава действительно сняла отек, но кисть все еще болела, пусть и не так, как раньше.
– Подобное – никогда. Но наглеть мне не впервой, даже не сомневайся. Без здоровой наглости в нынешней московской Зоне не выживешь, паренек. По крайней мере, долго не протянешь.
«Легко так рассуждать, наверное, имея в друзьях выдрессированного “Рекса”»!» – подумал Игорь, оглядываясь назад.
Но Щелкуна видно не было. Он пока что тоже прятался от посторонних глаз, готовый действовать по первой команде Громобоя.
– А как вы с ним связываетесь? – спросил дружинник, когда бородач только посвящал его в свой план.