При упоминании Мертвой Зоны Громобой заметно напрягся. Выслушав сбивчивый рассказ маркитанта, нейромант повернулся к Игорю и спросил:
– Что думаешь, паренек? Ты ведь в курсе, что такое Мертвая Зона?
– В курсе. Но сам не был. Только со слов Мастеров и дружинников знаю, – не стал лукавить Игорь.
– Ну вот не знаю, чему тебя учили в Кремле, но я в Мертвой Зоне был и знаю, что там не сильно-то и безопасно. Я б даже сказал «совсем не безопасно». Стоит там кому-то кровь пустить – каюк.
– Это я знаю, – вставил дружинник, кивая.
– А многие муты, к сожалению, не знают. Или не могут знать, поскольку несказанно тупы, – продолжил Громобой, глядя на северо-восток, туда, где должно было находиться помянутое Вадимом поле. – И прежде, чем Мертвая Зона высосет из них всю кровь, они запросто успеют прикончить несчастного путника, который старался тамошних правил не нарушать и за нож не хвататься. Так что… Я даже не знаю, какой из маршрутов безопасней. Что думаешь, паренек? Как пойдем?
Игорь снова оказался на перепутье.
С одной стороны был широченный проезд Неманского. Здесь, как верно заметил Громобой, пешие путники были отличной мишенью для любого мутанта, способного держать в руках арбалет (например, как дикарь Бурт) или манипулировать людьми на расстоянии, с помощью мысли. Не обязательно, конечно, что в каждом из придорожных домов скрывается вооруженный мут-одиночка или, тем более, целое племя ловкачей, но исключать подобную возможность было нельзя. Поэтому идти по сему маршруту Игорю хотелось не слишком.
С другой же стороны был короткий (уже немаловажно) путь, пролегающий через не очень-то приятную Мертвую Зону, где негласные законы этого заповедного места под страхом смерти запрещали любое кровопролитие. Кто знает, что встретится им там? Громобой, опять же, мудро рассудил: убийственное свойство Мертвой Зоны было одновременно благословением путнику и проклятьем. Разумные туда предпочтут не соваться, но много ли в нынешней Москве существ разумных? Стоит наткнуться на стаю сбрендивших от голода крысособак, и все их планы окажутся под угрозой.
«Широкий проезд и Мертвая Зона, Мертвая Зона и широкий проезд…»
Громобой терпеливо ждал, с ленцой поглядывая то в одну сторону, то в другую.
– Наверное, по проспекту все-таки безопасней, – наконец решился дружинник.
– Я знал, что ты примешь верное решение, – сказал нейромант.
Он вытащил из-за пояса пистоль, проверил магазин и передернул затвор, загнав патрон в патронник.
– Ты бы сказал так в любом случае, да? – усмехнувшись, спросил разведчик.
– А тебе оно надо знать, паренек? – спросил бородач, хитро улыбнувшись компаньону. – Пошли. Движение есть жизнь.
Дружинник кивнул и потопал следом за союзником.
«Рекс» возглавлял отряд, выступая в роли своеобразного пугала, а Игорь с Громобоем нарочно отстали метров на пять, чтобы их не зацепила случайная стрела или, того хуже, пуля. Нейромант поглаживал рукояти пистолей, готовый выхватить и пустить в ход оба разом. Разведчик, наблюдая за старшим товарищем, невольно взял в руки автомат. Громобой отреагировал тут же.
– Не дай Бог нам встретить еще одного аспида, паренек, – ухмыльнулся бородач, насмешливо глядя на оружие в руках дружинника. – Если ты меня мечом едва не перерубил пополам, автоматом тем более в два счета понаделаешь во мне дырок!..
– Ну а что ж теперь? – пожал плечами разведчик. – Не выбрасывать же оружие!
– Да нет, конечно, не выбрасывать, – покачал головой нейромант. – Оружие нынче дефицит, тем более – огнестрельное… Просто странно, что ты по приказу аспида не за автомат схватился первым делом, а именно за меч.
– Ну, видно, что было под рукой, за то и вцепился. Аспид есть аспид, голов много, а умом все равно обычный мут.
– Голов много – это да… – подтвердил Громобой. – Даже интересно, как он вообще управляет? Каждая голова – отдельным? Или одним – и только сообща?
– Честно говоря, никогда о таком не задумывался, – признался дружинник.
Громобой хотел сказать что-то еще, но вдруг лицо его застыло.
– В чем дело? – обеспокоенно поинтересовался Игорь.
Он принялся озираться по сторонам. Оружие разведчик держал наготове, но снимать с предохранителя пока не спешил. Опыта обращения с настоящим автоматом было маловато, и очень не хотелось зарядить очередью по своим же. Конечно, Игорь никогда не сознался бы в этом своем страхе кому-то еще, но факт оставался фактом – дружинник отлично знал хранящийся в Кремле муляж, а вот боевого автомата побаивался.
– Прислушайся, – тихо сказал Громобой. – Может, мне кажется?