«Вдали от творящегося на Земле ада».
– Вперед, – согласился дружинник.
На сборы ушло не больше пяти минут – закинув одеяла и прочую мелочовку в грузовой отсек «Рекса», компаньоны устремились через поросшее сорняком поле. Строго говоря, это было и не поле вовсе – то тут, то там из земли торчали обломки стен, больше похожие на уродливые гнилые зубы замурованного в грунт исполина. Судя по всему, до войны здесь был целый жилой район, но бомбардировщики явно не страдали сентиментальностью.
«Сколько же крови впитала эта почва? На скольких костях выросла эта трава?»
Мертвая Зона упрямо молчала.
Идти приходилось осторожно: мало, что сама по себе трава могла быть опасна – встречались в Зоне самые любопытные экземпляры – так о мелких хищниках да вредоносных насекомых тоже забывать не следовало. Впрочем, обходного пути для отряда уже не существовало – разве что возвращаться на проспект Неманского, но на подобный крюк у путников уже вряд ли хватило бы времени. Вот они и брели на свой страх и риск, постоянно держа в голове, что пересекают не обычное поле, а самую настоящую Мертвую Зону. Нанесешь кому-нибудь рану, да даже просто ногтем кожу поцарапаешь до крови – и все, поминай как звали, выпьет тебя это злосчастное место до капли. Игорь слышал немало историй о подобных ловушках, которые пугали его еще больше, чем Поля Смерти. С теми дела обстояли будто бы проще: их, по крайней мере, можно было разглядеть, определить примерные границы и спокойно обойти стороной. А вот Мертвую Зону на глаз не определишь – тут, как говорится, знать надо… или же на собственной шкуре прочувствовать. Правда, «прочувствовать» можно было лишь один раз, поскольку последствиями такой «разведки» становилась быстрая, но мучительная смерть.
Сегодня им везло: до конца сорнякового поля оставались считаные метры. Вон уже и улица виднеется, и где-то там, получается, совсем близко склад Вадима и его подельника, Кондрата… если маркитант, конечно, не соврал. Скоро придется развязать пленника, чтобы не вызывать подозрений у его прихвостней, и старательно разыгрывать из себя хозяев Арены, ищущих новое «мясо» для своих игрищ. Разведчик поежился, невольно представив, как Захар выходит в центр круга и схватывается с каким-нибудь кио, зрители-мерзавцы радостно орут и обмениваются золотом, провиантом, оружием… словом, всем, что стояло на кону. Дружинник до сих пор не мог свыкнуться с мыслью, что эта проклятая Арена – не плод маркитантской фантазии, а вполне реальное место, где одни вполне реальные живые существа бьются с другими, не менее реальными существами за право и дальше оставаться частью реальности. Этакая московская Зона в миниатюре.
«А, может, где-то там, за пределами нашего понимания, есть те, кто так же ставит и на нас, смертных? – подумал Игорь, закатив глаза к небу. – Для нас это все – вечный бой за право остаться в живых, а для них – обычные игры…»
От таких мыслей голова начинала раскалываться, и дружинник невольно поморщился, ругая себя за недопустимую расхлябанность.
«Нашел же время! Под ногами – неверная земля московской Зоны, а он в облаках витает!»
Не до философии сейчас было, совсем не до нее. Подобными вопросами лучше задаваться потом, сидя с Захаром, живым и здоровым, на пригорке у родной хаты. Впрочем, и тогда будет не до размышлений. Что, в принципе, правильно: у дружинников голова должна не об устройстве мира болеть, а о том, как бы ловчее с нео расправиться, самому уцелеть да еще и собратьев уберечь от вражеской дубины.
– Стой! Стой, сволочь! – вдруг услышал дружинник голос компаньона.
Крики нейроманта вернули его в реальный мир, и разведчик недоуменно уставился на улепетывающую крысособаку.
– Ах, ты!.. – воскликнул Громобой и хохотнул, глядя убегающей твари вслед. – Одна, мерзавка! Приблудилась, что ли? Или последняя из той стаи, на которую мы вчера наткнулись?
– Да кто ж теперь разберет? – пробормотал Игорь.
Крысособака бежала, не жалея лап. Их разделяло уже метров десять, не меньше, как вдруг яркая синяя вспышка озарила горизонт. Спутники на мгновение зажмурились, а когда открыли глаза вновь, твари уже и след простыл.
– Куда она подевалась? – недоуменно пробормотал дружинник.
Еще больше он удивился, когда Громобой вдруг опрометью бросился к тому месту, где пропала крысособака.
– Ты куда? – воскликнул Игорь, недоуменно глядя соратнику вслед.