«Что это? Какой-то… сбой? Громобою больше не под силу управиться с разумом био?»
– Пристрели… его… – услышал Игорь сдавленный голос нейроманта.
Дружинник резко обернулся к компаньону и недоуменно спросил:
– Кого – его?
Оттопырив палец, Громобой поднял руку и указал на лощеного бородача.
– Того…
Запнулся, но не сдался и все-таки докончил фразу:
– …нейроманта.
Разведчик обомлел. Нейромант? Еще один? Но откуда он взялся в отряде?
«Выходит, прямо сейчас этот тип в дорогом плаще и серебряном панцире отбирает у Громобоя бразды правления Щелкуном?..»
– Давай же, – прорычал беглый стаббер.
На него было больно смотреть.
Игорь поднял пистоль, прищурил один глаз, целясь. Расстояние было очень приличное, настолько, что, пожалуй, даже многоопытный Громобой вполне мог допустить промашку. Однако бородач, кажется, был на пределе возможностей, и потому, презрев сомнения, дружинник скользнул пальцем по спусковому крючку…
«Рекс» вдруг припал мордой к земле и издал душераздирающий крик, отчего Игорь вздрогнул, случайно спустил курок прежде времени. Пуля предательски ушла в молоко, срикошетив от асфальта у ног нейромантского скакуна.
Безымянный бородач отреагировал безошибочно и мгновенно – повернув голову, он пристально уставился на дом, откуда прилетела пуля.
– Там! – воскликнул незнакомец, направив указующий перст на временное убежище «спасателей». – Они там!
Игорь и Громобой скрипнули зубами практически синхронно. Дружинник видел, как двое путников направили фенакодусов к дому, на ходу укладывая автоматы на головы скакунов, чтобы снизить отдачу при стрельбе.
«И что теперь делать? Бежать? – пронеслось в мозгу у разведчика. – Подставляя им спины? Глупейший ход…»
Он выставил руку с пистолетом наружу и несколько раз нажал на спусковой крючок. Что там говорил Громобой? Не стоит экономить на боеприпасах, когда ситуация критична? Черт, да он как будто знал, что их ждет в грядущем!..
«Впрочем, в московской Зоне всегда так – одна критичная ситуация за другой…»
После очередного выстрела чей-то фенакодус дико заржал, и, судя по протестующим человеческим воплям, начал падать.
«Семь пуль на одного мерзавца… Не слишком ли расточительно?»
– Ну же! – прорычал Громобой, мотая головой из стороны в сторону. – Давай!
«Это он мне? Или себя подбадривает?» – успел подумать Игорь, прежде чем очередь из автомата оббила крошку с бетонного края стены. Облако белой пыли взметнулось вверх, и дружинник невольно втянул голову в плечи, надеясь, что пуля разминется с его затылком. По счастью, обошлось. Пользуясь возникшей «дымовой завесой», Игорь высунулся из укрытия и выстрелил. Целил он в темное пятно, едва различимое сквозь клубы пыли, и, кажется, преуспел: взвыв человеческим голосом, «пятно» рухнуло на землю. Автомат, правда, не выпустило и даже спусковой крючок умудрилось задавить пальцем при падении, отчего пули полетели во все стороны. Скрипя зубами, Игорь вновь спрятался за уступом. Только когда рокот стих, дружинник рискнул высунуться… но тут же спрятался опять, когда по нему открыли огонь другие автоматчики. Разведчик успел заметить, как двое всадников разъезжаются в разные стороны, намереваясь, видимо, зайти с боков.
«Похоже, на этом все, – решил дружинник, спиной вжавшись в бетонную стену. – Сейчас нас возьмут в «клещи» и расстреляют из автоматов. «Рекса», судя по всему, Громобой уже назад не отвоюет… но попробуй его сейчас тронь! Вдруг это подобие транса или еще что-то подобное?»
Конники появились практически одновременно – поравнявшись с оконными проемами, они уже поднимали автоматы, как вдруг грянуло два выстрела. Игорь готов был поклясться, что знает этот звук, что уже слышал его прежде, когда выбирался из канализации в компании Вадима и двух преданных мечников торгаша.
Тогда пистолеты Громобоя отправили к праотцам обоих телохранителей опального маркитанта. Теперь же пришел черед автоматчиков с Арены. И снова бывший стаббер показывал завидный навык в обращении с огнестрелами: обе пули попали в цель, и ничем больше не сдерживаемые фенакодусы понесли убитых всадников прочь с поля брани.
Игорь удивленно воззрился на внезапно очнувшегося Громобоя, однако уже в следующий миг разведчику стало не до нейроманта: снаружи послышались испуганные крики и металлический скрежет – столь же характерный, как и недавние выстрелы.
«Там же Захар!» – мелькнуло в голове у дружинника.
Он вскочил, презрев страх поймать пулю, и увидел, что Щелкун, выдрав из седла какого-то незадачливого наездника, споро его пережевывает.