Через несколько часов после закрытия съезда Лазарь встретился с Молотовым. Они обсудили возможные варианты. Очень быстро к ним присоединился Маленков, а затем – Шепилов. Они решили собрать материал, разоблачавший Хрущёва, особенно за годы его работы на Украине. Впоследствии это назовут «антипартийной группировкой». Однако это не это была «антипартийная группировка» – настоящая «антипартийная группировка» уже захватила власть в стране.
В течение года собравшиеся работали над документами против Хрущёва. Им надо сделать большинство голосов. Молотов был в этом уверен. Они составили внушительный список всех хрущёвских прогибов. Это будет их главным оружием.
В июне 1957 года собрался Пленум ЦК КПСС. Хрущёв собрал Пленум в одной из комнат Большого Кремлёвского Дворца. Хрущёв знал, что предстоит решающая битва и его тоже тщательно готовили.
В маленькой, обитой деревянными панелями комнате, тридцать три участника заседания сидели на необитых, жёстких креслах вокруг длинного стола и слушали Хрущёва. У Лазаря был на руках весь уничтожающий Хрущёва материал, и он решил дать Хрущёву решительный бой. Это станет его последним этапом борьбы за кресло во главе стола.
Никита, однако, не терял времени даром и не оставил шансов Лазарю даже выступить. Вместо этого Хрущёв предоставил тридцать два письма, написанные Кагановичем в органы НКВД, с требованием арестовать многих советских выдающихся членов партии.
– Фактически, – заявил Хрущёв, – Лазарь Моисеевич Каганович даже приказал арестовать десять ведущих специалистов в своём комиссариате только потому, что их поведение казалось ему подозрительным.
Лазарь был потрясён. Как ему удалось найти эти документы? Он был уверен, что они надёжно спрятаны.
– И эти документы, – продолжал Хрущёв, – доказывают, что Лазарь Моисеевич Каганович заранее, до решения суда, выносил свой собственный приговор, какой ему хотелось.
– Это возмутительно! – закричал Лазарь.
Никита повернулся к Лазарю и расплылся в улыбке.
– Думаю, что съезд, который планируется на следующий год, тоже будет такого же мнения.
Затем Хрущёв продолжил:
– У нас в руках находятся другие доказательства, подтверждающие, что Каганович активно вмешивался в работу следственных органов и навязывал им свои решения. Например, что на него самого, якобы, планировалось покушение. На самом же деле, людей арестовали только потому, что он им не доверял. Арестованных ждал смертный приговор. Я повторяю: смертный приговор.
Хрущёв на этом не остановился. Он даже вызвал Шелепина, своего сторонника, с дополнительной информацией, добавив, что при необходимости они вынесут этот вопрос на съезд. Шелепин объявил, что в его распоряжении имеются документы, доказывающие, что Молотов и Каганович вместе санкционировали аресты и расстрелы многих коммунистов.
– Многие из которых были вашими друзьям! – размахивал бумагой Шелепин. – Когда Якир написал прошение о помиловании, Сталин начертал «подлец и проститутка», Ворошилов добавил «абсолютно верное определение», Молотов поставил свою подпись, а Лазарь Моисеевич дописал: «Этот предатель, эта сволочь заслуживает только одного – расстрела».
Лазарь взглянул на Ворошилова. Тот опустил глаза. То, что Якир действительно работал на заграницу, и лично на товарища Троцкого, и сам признал это без всякого давления, уже не имело значения. Лазарь сразу понял, что произойдёт. Ворошилов всегда его поддерживал, а теперь он перейдёт на сторону Хрущёва. Это было ясно. Кто следующий? Он перевёл взгляд на Булганина. Николай нервно вертел карандашом, постукивая им по столу. Лазарь снова услышал голос Хрущёва:
– Безжалостность Лазаря Моисеевича не знала границ. Когда он прибыл в Иваново-Вознесенск, Сталину им была послана телеграмма: «Первое знакомство с обстановкой показывает, что секретарь обкома Епанчиков подлежит немедленному аресту. Начальник отдела пропаганды Михайлов тоже должен быть арестован». Затем пришла вторая телеграмма: «Более тщательная проверка установила, что троцкистское влияние проникло во все области общественной жизни – промышленность, сельское хозяйство, здравоохранение, торговлю, образование. Областные организации и партийный обком в значительной степени оказались наводнёнными троцкистскими элементами».
Никита повернулся в сторону Лазаря. В его глазах играл зловещий огонь.
– Получив согласие Сталина, Лазарь Моисеевич уничтожил Ивановский Обком. Все его обвинения оказались сфабрикованными. – Хрущёв поднял кулак. – А когда Лазарь Моисеевич стал Комиссаром путей сообщений, на железнодорожных работников обрушился шквал арестов. Речь товарища Шверника тому свидетельство. Лазарь Моисеевич лично выносил приговоры ни в чём не повинным людям и призывал партийных активистов выявлять в своих рядах врагов и нещадно бороться с ними. На собрании железнодорожных активистов 10 марта 1937 года он сказал: «Нет такого участка на железной дороге, где бы ни орудовали троцкисты. Они глубоко проникли во все звенья железнодорожного транспорта».