Однако по мере развития событий становилось все более ясным, что Василий Стародубцев, сражаясь вместе с братьями против Юнака, боролся отнюдь не с системой, а за место под ее солнцем.
Стоило системе, ничем не изменившейся за время перестройки, обласкать и еще более возвысить Стародубцева, как он тут же стал в ряды ее самых яростных охранников.
Реформы, ставящие целью многоукладность экономики, угрожали колхозно-совхозной монополии, во главе которой стоял Стародубцев. Ее существование было возможным при отсутствии у крестьян выбора — быть им в колхозе или вести свое хозяйство. Появись реальный выбор, отомри административно-распределительная система, и аграрный король оказался бы голым.
На выборах президента России он стал доверенным лицом Рыжкова.
Будучи невеждой в политике, ослепленный почестями и вниманием, он не замечал того, как из кумира постепенно превращался в шута, которому в сложной многоходовой политической игре, отводится роль «человека из народа». Его уговаривали оставить политику все, кому была не безразлична его судьба, кто поддерживал его в трудные времена и радовался за него, когда эти времена миновали. Но он не слушал искренних друзей.
С пути, ведущего прочь от демократии, его не надоумили сойти даже сокрушительные итоги выборов. В его районе, где он еще вчера был непререкаемым авторитетом, за Бориса Ельцина проголосовали 76 процентов избирателей! В ответ он ставит свою подпись под зовущим к свержению демократического руководства «Словом к народу».
— Вам, Михаил Сергеевич, — подталкивая Горбачева к введению ЧП, говорил он на апрельском 1991 года пленуме ЦК КПСС, — пора дать критическую оценку тем коммунистам, которые настойчиво наполняют наш социалистический выбор капиталистическим содержанием. Вы, как президент и как Генеральный секретарь ЦК КПСС, имеете все полномочия, чтобы поднять народ и партию
на активную работу над выполнением сложных задач нашего трудного времени. И Вы обязаны это сделать…
Характеризуя Стародубцева, Председатель Совета Министров России Иван Силаев сказал следствию:
— Он нас ненавидел…
СПРАВКА О ЛИЦЕ, ПРОХОДЯЩЕМ ПО ДЕЛУ О ЗАГОВОРЕ С ЦЕЛЬЮ ЗАХВАТА ВЛАСТИ
Тизяков Александр Иванович. 1926 года рождения. Русский.
По специальности инженер-металлург. В 1958 году окончил Уральский политехнический институт.
Кандидат экономических наук.
Участвовал в Великой Отечественной войне.
Жил и работал в Свердловске. Последняя занимаемая должность — генеральный директор научно-производственного объединения «Машиностроительный завод имени Калинина».
Президент Ассоциации государственных предприятий и объектов промышленности, строительства и связи СССР.
Награжден орденами «Знак Почета», «Трудового Красного Знамени», «Октябрьской революции» и многими медалями.
Тизяков, как и Стародубцев, возглавлял монополию. Но только промышленную. Ассоциация, которая была создана по его инициативе в ноябре 1989 года и которую он сам же и возглавил, объединила все крупные государственные предприятия страны.
На всякого, кто изъявлял желание выйти из-под опеки монополии, Тизяков смотрел как на своего врага. Главный инженер конструкторского бюро «Новатор» Вячеслав Горбаренко вспоминает, какой была реакция генерального директора Тизякова на решение «Новатора» выйти из состава научно-производственного объединения и стать самостоятельной хозяйственной единицей: «Тизяков был взбешен, у него побелели глаза, тряслись руки. Он старался сдержаться, но не мог… Позже, когда заводу отмечалось 125 лет, Тизяков в отместку лишил наше конструкторское бюро права приобрести по льготным ценам закупленные за валюту на Западе товары».
Как и Стародубцев, он был безмерно тщеславен. Считал себя великим экономистом, говорил, что «за полторы минуты» поставит на место академика Шаталина, экономическую программу Явлинского называл не иначе, как «детским лепетом», академика Агангебяна — «кабинетным недоучкой», на всех заводских совещаниях звучало, что только он может принимать верные решения. Незадолго до августа Тизяков включил в список работников, представляемых к наградам, и свою фамилию. Себе он затребовал Золотую звезду Героя Социалистического Труда.
Он не скрывал своих убеждений. По заводскому радио во всеуслышанье клеймил «изменника Горбачева», афишировал свои связи с лидером коммунистов России Иваном Полозковым — оголтелым реакционером, делающим ставку в противостоянии законно избранным властям на так называемые «комитеты национального спасения». Когда в апреле Горбачеву удалось удержаться на посту генсека, открыто говорил при сослуживцах: «Пусть не радуется — скоро мы его из президентов погоним». Он переходил на мат, когда речь заходила о демократах, считая выше своего достоинства сотрудничать с руководителями местной исполнительной власти.