Поткин перелистал сообщения. Все шло хорошо до середины сентября, когда до них дошли первые слухи о разногласиях Хрущева с ЦК. Поткин получил сообщение, в котором отмечались слабые места в созданной им системе, просили присылать более точную информацию. Сообщения Поткина касались только тридцати процентов перемещений в ЦРУ, а центр настаивал на девяноста процентах. Раньше подобные задачи никогда не ставились. Даже в особо важных случаях запрашивали информацию не больше чем о шестидесяти процентах. Поткин связался с Москвой для подтверждения.
«Процент нас не интересует, — заявили ему. — Нам нужны сведения о всех назначениях в ЦРУ, это касается агентов, которые за последние четыре месяца посещали Штаты. Другие отделы займутся остальными направлениями. Вы отвечаете за Штаты. Проценты здесь не помогут. Мы должны точно вычислить, кого они могут прислать на замену Полякову».
Поткин протестовал. Такую информацию можно было добыть, только поставив под угрозу всех его агентов. Он потратил годы на их подготовку. Даже если им это и удалось бы, он сомневался, что можно было собрать всю информацию.
«Под угрозу, так под угрозу. Сделать все, чтобы добыть информацию», — последовал приказ из Центра. Водитель посигналил. Сотни девочек в облегающих гимнастических костюмах строились в колонны вдоль дороги. Поткин подумал о дочерях. Живи он в Москве, и они были бы сегодня среди этих девочек. Гимнастика пошла бы им на пользу. В Нью-Йорке они слишком мало двигались.
Он прочел сообщение от 20 сентября. Прибыл еще один курьер, требуя собрать по армейскому ЦРЦ такую же информацию, как он собирал по ЦРУ. И опять Поткин напрямую связался с Москвой протестуя. Он отметил, что три бара и рестораны по соседству со штабом ЦРЦ и подготовительный центр в Форте Халаберд на окраине Балтимора охвачены его сетью. Его люди знают в лицо большинство курсантов, которые прошли там подготовку за последние пять лет, но не имеют информации относительно их назначения.
«Почему нет?» — спросили его.
«П-потому ч-что н-никто никогда не запрашивал такую информацию», — рассердился он.
«Теперь запрашиваем», — прозвучало в ответ.
Поткин заметил, что ему не хватит людей, чтобы прорабатывать ЦРУ и ЦРЦ так тщательно. А где люди? Заняты другими операциями. «Отзовите», — последовал приказ.
Поткин подчеркивал, что у него всего два надежных агента в самом Форте Халаберд. Один из них двойной агент, капитан из информационного отдела. Другой — рядовой, которого готовили в агенты ЦРЦ. Не говоря уже о риске, доказывал Поткин, надежды на получение такой информации не было.
«Воспользуйтесь этими агентами», — приказали ему.
И хотя задание казалось вначале невыполнимым, Поткин добыл требуемую информацию. Сейчас его беспокоила легкость, с которой он получил ее. Слишком уж гладко все прошло. Секретные документы сами шли в руки. Непонятно, куда смотрела охрана.
Он отложил в сторону копии докладов по ЦРЦ и ЦРУ.
«Слишком просто, — подумал он. — Подозрительно просто».
Не то, чтобы его люди просто входили и брали нужные материалы. Нет. Они с огромным риском проникали в отделы, куда им не было доступа. Их могли схватить в любой момент, но не схватили. Может, просто повезло? Может, они опытнее, чем считал Поткин? Или что-то другое? Поткин переправил материалы в Москву. Коснов остался доволен.
Спустя два дня прибыл еще один курьер. Он поздравил Поткина и сообщил, что часть операции «Серия Пять», связанная с ФБР, передается ему. Поткин пытался сопротивляться. Он никогда не работал с ФБР, этим занимался Радман.
«Полковник недоволен работой Радмана, теперь это направление переходит к вам», — последовал ответ.
Поткин перечитал сообщение, которое он послал Коснову. Он предупреждал, что времени очень мало, и, скорее всего, информацию придется покупать у третьих стран.
«Делайте все, что нужно», — прозвучало в ответ.
Он объяснил, что это будет стоить очень дорого и что расплачиваться придется долларами.
«Делайте все, что нужно».
Поткин достал расписки, просмотрел их. Результаты тестов на способности к изучению иностранных языков агентов ФБР, работающих в США, обошлись в 435 850 долларов, которые осели в одиннадцати странах Восточной Европы и Ближнего Востока. Поткин проанализировал материал и отобрал тех, кто мог выучить русский. Одно плохо, проверить достоверность информации было невозможно. Материалы вместе с расписками отправили в Москву. Коснов разделял сомнения Поткина, но поблагодарил за информацию — теперь хотя бы было от чего оттолкнуться. Поткин вздохнул с облегчением. Худшее осталось позади. С начала операции «Серия Пять» прошло четыре недели.