— А что, Вероника, мысль вполне правильная, предельно жизненная. Но мой тебе совет, если примеряешь плащик на себя, не давай его примерять другим. Если он попросит Скайп или выход в Интернет, чтобы связаться с женой или ФСБ, то не будь дурой, найди убедительную причину, как отказать. Не то надолго его не удержишь…
— Вот спасибо, Адлер ты мой умный! А я чуть было ему не предложила, дура, домой по Сети связаться… Дура она и в сельве дура. Ладно, долго болтаем, извини, дела. Завтра-послезавтра выходи, что-нибудь обсудим ещё. Пока! У вас ведь уже ночь? Спокойной ночи!..
— Ладно! Выхожу, надо действительно поспать, а то глаза слипаются… Будь здорова!..
Среда, 18-е. Москва. Утро, день, вечер
Прилетев из Горок, ДАМ и Дарья Алексеевна, как всегда, прошли вначале в малый кабинет в Сенатском дворце, затем, попив кофе, отправились в большой кабинет, ставший постепенно главным, потому что власть, восстанавливаясь вокруг президента, уверенно играла в “шире круг”.
Как всегда, пошли не двором, а сложной системой подземных переходов и туннелей. Совершенно не ориентируясь в незнакомом лабиринте, ДАМ тщательно придерживался первоначальной тактики, идя рядом с Дарьей и фривольно придерживая её под локоток. Если бы ему пришлось идти самому, возможно, он бы и запутался на поворотах.
Дарья Алексеевна не только терпеливо разрешала ему пользоваться локотком, но и порой ошарашивала президента ремарками вроде “Нам сюда!” или “Направо!”, чем весьма смущала высшее должностное лицо, хотя оно старалось и не подавать виду…
Утренняя дрессура в президентском кабинете 14-го корпуса началась с краткой подготовки первого совещания.
Прежде всего Дарья Алексеевна напечатала и подписала у шефа Указ об амнистии господ Ходорковского и Лебедева.
Задуманный первой ночью в Горках-6 указ о роспуске Государственной Думы пока остался в проекте. Президент решил обсудить детали с Шуваловым. Кроме того, со вчерашнего дня на разговор просился Грызлов, и ДАМ решил с ним, а заодно и с Мироновым подробно поговорить, чтобы и самому уяснить юридические тонкости задуманного, и дать выговориться главным действующим лицам, чьи амбиции и интересы будут затронуты указом.
Когда подъехал Шувалов и уселся, как всегда, прямо и гордо, как будто аршин проглотил, ДАМ так сразу и начал, без всякой подготовки, словно продолжая вчерашний разговор, хотя Шувалов вроде бы ничего о повороте в судьбе Думы не должен был знать. Однако невозмутимое спокойное молчание Игоря Ивановича на первые реплики президента показало, что Грызлов уже встречался с ним и озаботил своими страхами, а то и нашёл в лице Шувалова союзника в деле спасения Думы от разгона.
— Так вот. Я, как вы, Игорь Иванович, надеюсь, знаете, уже три дня обдумываю указ о роспуске бесполезной на данном этапе Думы и о переносе на следующий год декабрьских выборов в Думу, а вчера давал вам домашнее задание подумать, как это сделать лучше, — сам с собой продолжал беседовать президент. — Ну, если не секрет, Игорь Иванович, всё-таки, как вам моя идея? Повторяюсь, что я уже десять минут пытаюсь узнать ваше мнение, а мне в ответ пока что непонятное молчание. Так “да” или “нет”?
— Дмитрий Анатольевич, да ради бога, не подумайте, что я против упрощения системы власти на данном этапе. Однако мировое сообщество может нас и не понять. Опять-таки, куда мы пристроим освободившиеся политические силы?..
Президент не остался в долгу.
— Пристроим к делу! Надо же им как-то начинать честный хлеб зарабатывать. А мировое сообщество, не забывай, состоит из меня, Обамы и ещё двух десятков вполне вменяемых и периодически здравомыслящих джентльменов… С ними проблем не будет …
Председатель правительства согласно кивнул головой, но молча и довольно неуверенно.
Президент облегчённо рассмеялся:
— Отлично! Я знал, что получу от вас поддержку! Значит — разгон!.. Дарья Алексеевна, приглашайте народ, пора начинать!..
Народу в этот раз набралось человек двадцать. Кроме завсегдатаев Шувалова, Нарышкина, Шойгу, Кудрина, Нургалиева и, со вчерашнего дня, Суркова и Козака, можно было видеть скромных новичков — Лаврова, Голикову, Бордюжу, первых замов Минобороны, ФСБ и, на десерт, Грызлова с его постоянным зеркальным отражением Мироновым.
— Так, коллеги, прошу усесться поудобнее. Я не говорю “Добрый день!” потому что не скоро ещё у нас наступят дни добрые. Пока что находимся, знаете где. Начну с правительства. Игорь Иванович, доложите состояние дел по материальному обеспечению ликвидации последствий Кизнерской катастрофы, только самое существенное — кто, сколько, когда и Ваши оценки.