— Ну, вот ещё, с утра божий дар пересчитывает, комбайнёр, — про себя усмехнулся Егор Лигачёв. Но, понятно, ничего вслух не сказал, а лишь подлиннее вытянул шею и выпучил глаза послушным учеником, — старая партийная школа, она только и есть настоящая школа для выпускников, стоящих на предпоследней ступеньке лестницы, ведущей к Мавзолею и Кремлёвской стене.
— Вы, наверное, уже знаете, товарищи, что происходит уже неделю в Сумгаите?..
Хотя, с одной стороны, этого знать никто не мог, так как разрешение Главлиту на выпуск в эфир и в печать новостей такого плана могло дать лишь данное заседание, а оно ещё не приступило к обсуждению даже повестки дня. С другой стороны, все присутствующие в нарушение всех партийных норм и требований слушали по вечерам и лживый “Голос”, и продажную “Свободу” и мерзко-пакостное БиБиСи. Но важно было пожирать генсека преданными глазами и делать вид, что он им открывает глаза на подлое капиталистическое окружение, агенты коего и устроили в Нахичевани армяно-азербайджанскую резню, пытаясь расшатать нерушимую дружбу братских советских народов.
— Знаете, знаете, по глазам вижу… Так вот, в двух словах, — там море крови и океан народного горя. Причём, и обком партии, и ЦэКа Азербайджана проспали загнивание проблемы. И поэтому, так сказать, не имеем права медлить, народ нам не простит! Немедленно, потому что очень важно правильно отреагировать, пусть немедленно в Баку и далее на места событий вылетают компетентные товарищи…
— Михаил Сергеевич, — перебил генсека Егор Лигачёв, — ведь там же каждый пятый судимый, значит, там есть сотня, две или три сотни отпетых людей, их немедленно надо выселить из Сумгаита…
— Правильно. Задержать. — Отреагировал Горбачёв. — Расскажи, Дмитрий Тимофеевич, как там убивают.
Язов: — Двум женщинам груди вырезали, одной голову отрезали, а с девочки кожу сняли. Вот такая дикость. Некоторые курсанты в обморок падали после того, как увидели это… А уж насиловали, так прямо первоклассниц…
Дополнил Язова Лигачёв: — Я вспоминаю далекие, правда, времена, 62-й, когда были события в Новочеркасске. Ввели туда дивизию. Я там был вместе с Владимиром Ильичом Степановым. Там и секретари ЦК были. Я тогда зам. завом был. Подействовало колоссально. Всё, буквально, вмиг закончилось. Когда власть беспомощная, не способна навести порядок и защитить людей, — это действует отрицательно, людей надо было защитить. Чего же мы можем тут делать? Я уверен, что и рабочих захватит этот шум. Да ещё рассказать им то, что сообщил Дмитрий Тимофеевич, то тем более. Надо решить в этом смысле…
Заседание продолжалось более часа. Как всегда, закрывая его, генсек был благодушен и улыбчив:
— Ну и хорошо, пооббщались и вроде договорились. А то сегодня ещё и день такой странный. 29-е февраля. Раз в четыре года бывает, академики утверждают. Как бы чего не так к вечеру!.. Но будем надеяться!.. Товарищи, все свободны, кроме Лигачёва и Яковлева.
Когда в кабинете осталось трое, Горбачёв пригласил коллег присесть поближе.
— То, что я вам сейчас скажу, исключительно для личного вашего пользования. Без права разглашения, причём бессрочно…
Так вот. Внутриполитическая ситуация в Союзе, как вы догадываетесь, становится неконтролируемой. Мне сделали прогноз хода событий. Он драматичен. Через три-четыре года СССР не будет на карте мира. Он распадётся на полтора-два десятка национальных государств, прольётся океан крови, погибнут десятки миллионов граждан страны. Гражданская война будет полыхать ещё немало лет.
И если в ходе этих событий какая-нибудь группировка получит доступ к ядерной кнопке или завладеет энным количеством водородных или атомных бомб да носителями этих бомб, то мир, человеческая цивилизация погибнет от всеобщей ядерной войны и её последствий…
Позиция Америки может измениться таким образом, что они будут вынуждены нанести по СССР превентивные ядерные удары, чтобы не допустить распространения деструктивного процесса из нашей страны на всё человечество…
Я внимательно изучил прогноз и с большинством выводов согласен. Нам надо идти на перемены, чтобы упредить переход болезни в необратимую, неоперабельную стадию. Что я предлагаю? Пожертвовать малым, но сохранить главное — Россию.
Внешнеполитически нужно быть готовыми распустить Варшавский договор, отдать ГДР, убрать базы с Кубы, Вьетнама, Сирии…
Внутри Союза придётся расстаться с Прибалтикой, Средней Азией, возможно, Закавказьем и даже Украиной и Белоруссией.