- Ганс, - теперь она произнесла помедленнее, лишь бы самой не сорваться на крик, - ты же понимаешь, что я гражданин Российской Федерации? И вы не имеете права держать меня без объяснения причин. Я требую кон-су-ла. Ты понял или мне повторить ещё медленнее?
- К сожалению, на данный момент - это невозможно. - Пока Ганс произносил свою стандартную заученную фразу, Кристина, не скрывая своих эмоций, громко простонала, вложив всё своё раздражение и усталость от биения головой об стенку. Однако андроид никак не отреагировал и закончил очередной круг: - Дожидайтесь дальнейших инструкций. Что-то ещё?
- Катись к чёрту, - фыркнула Кристина, которая уже была готова воткнуть в USB-порт Ганса как можно глубже HDMI-кабель. При условии, если таковой имелся, конечно.
- К сожалению, вашу просьбу удовлетворить невозможно. Что-то ещё?
- Да свали ты уже! - швырнула она в него подушку. И попала очень метко, что немного удовлетворило и успокоило Кристину всего лишь на секунду. Именно что на секунду, потому что реакция Ганса - подчёркнуто никакая, - взбесило ещё сильнее.
- Приятного дня, госпожа Фокина, - удалился андроид, и дверца за ним захлопнулась с привычным "пш-ш-ш".
Кристина с недовольным прищуром и надутыми щёчками взглядом проводила Ганса, пока тот не скрылся в темном проходе. Она понимала, что дуться на самого андроида смысла мало - он просто машина и выполняет свою программу. А вот показать своё отношение к происходящему тем, кто по ту сторону видеокамер - очень даже хотелось.
Успокоившись, она удобно устроилась на койке и достала журнал. Он оказался уже изрядно потрёпанным: немного пыльный, страницы хрустели, словно он раньше принял водные процедуры, чутка грязный, будто провалялся на улице не один месяц, кое-где порван... откуда его вообще достали? Из мусорного бака? Отряхнули и вот на тебе?
- Мерзость, - пробубнила Кристина про себя.
Но выбирать не приходилось.
Перво-наперво она обратила внимания на дату выпуска: май две тысячи тридцать четвёртого года. Уже что-то. Нельзя точно сказать, что сейчас на дворе тот же год, но наверняка где-то около того, а значит она пробыла в криосне примерно ровно столько, сколько и планировалось экспериментальным проектом. Это очень обнадёживало - значит её не занесло в глубокое будущее и ещё есть шанс повидаться со своими близкими.
Начала листать. Ничего необычного, типичный гламурный журнал, который выпускается повсеместно, хоть на немецком (как этот), хоть на английском, хоть на русском. Кристина бегло просматривая на новую моду, чисто ради интереса, непременно морщила носик - по её мнению мода зашла куда-то совсем не туда и такую одежду она бы не решилась носить. Нет, она не слыла стеснительной и закованной девушкой, и вполне любила иногда выглядеть очень даже сексуальной или сверх милой, особенно когда время и место к этому располагали. Точнее оно шло приятным бонусом, чтобы уж наверняка. Например, когда пыталась сразить наповал интересующего парня: вроде и хороший, и добрый, и чуткий, и умный, да понимающий... короче вот она женская мечта, которую надо брать пока горяченький и другие конкурентки не набросились! Однако, как только этот самый хороший, добрый, чуткий и умный парень узнаёт про её приговор на всю жизнь - сразу куда-то сбегает. И сидела она в итоге в кафе за столиком в одиночестве, вся такая красивая, наряженная... никому не нужная.
Но в этом журнале были настолько открытые платья из полупрозрачной фактуры или с такими разрезами, при которых даже нижнее бельё не поносишь - это уже чересчур.
"Хотя этот кардиганчик ничего такой", - отметила девушка про себя.
Кристина постаралась оторваться от разглядывания новых веяний высоких домов моды, пока себя не почувствовала старой кошёлкой на лавочке, и сконцентрировалась, как бы это не казалось удивительно, на рекламе. Вот именно она ей сказала больше о внешнем мире, чем андрогинные модели в самой невероятной одежде. Помимо того, что классические смартфоны и планшеты канули в лето, девушка узнала, что кибернетика и робототехника зашла в повседневность человека ну уж очень глубоко, причём в самом прямом смысле слова: это и продвинутые протезы всех частей тела, и внедрение микроэлектроники непосредственно в нервную систему... короче, очень много интересного, но сейчас бесполезного. Ещё бы она знала немецкий, чтобы не просто разглядывать эти помутневшие картинки от утопления бедного журнала. Некоторые страницы совсем безнадёжно слиплись друг в друга, несмотря на очень качественную бумагу.
- Бинго! - воскликнула Кристина, после чего, оглянувшись, резко вжалась в шею. Но нет, никто на неё не обратил внимания. Ну или сделал вид, что не обратил внимания - здесь очень сложно понять какая реакция на её действия у похитителей. Сложно через толщу стен посмотреть, что происходит в комнате наблюдения и управления.
Идея очень быстро формировалась в голове во что-то цельное и по пунктам. Конечно был риск, он всегда есть, но Кристина любила, а главное умела рисковать - она треть жизни ходит по краю между жизнью и смертью, так что немного вильнуть в сторону костлявой с косой для неё не было чем-то совсем уж безумным. Или, может быть, дочурка Фоминых перестала воспринимать смерть как что-то страшное, опасное и неумолимое. Всё же один раз она к ней зашла на чай, а второй раз и вовсе обвела вокруг пальца. И, вроде, ещё жива, здорова. Что может быть прекраснее?
"Всё же надо снова перекраситься в рыжий", - напутствовала сама себе, пока крутила в руке стул, прикидывая как бы удобнее его взять, чтобы удачнее и точнее швырнуть. Попробовала раз - через пару метров он с грохотом упал, но вроде не развалился. Со стороны пленителей - ноль реакции. Попробовала два - всё ещё не точно, не туда, куда она хочет. Только где-то на втором десятке попытки Кристина приноровилась кидать стулом почти как баскетбольным мячом. И с каждым разом она боялась, что или стул развалиться, или ворвётся робот и потребует прекратить портить казённое имущество. Но от пончик-мейкера всё так же ноль реакции, как будто людей, которые за ней сейчас наблюдают, только забавлял её выпендрёж. Эдакое маленькое и бесплатное шоу с беззащитной мышкой. Она ведь просто милая и неуклюжая девочка, над любыми потугами которой стоит просто посмеяться, разве не так? Вот только они её досье, похоже, очень плохо читали.
"Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним", - Кристина поправила своё чёлку, после чего схватила журнал вместе с полупустой бутылкой и вошла в санузел. Вырвала ровно четыре листа, наполнила ёмкость водкой и решила сделать всё прямо сейчас. Чего ждать? Приключения ведь начались ещё целых два дня назад - она уже и так запоздала на их начало. Пора навёрстывать упущенное.
Снова вышла в осточертевший стеклянный бокс. Кристина подтащила стул к одной из камер видеонаблюдения, которые были спрятаны за колпаком в виде стеклянной полусферы. Взобралась наверх, улыбнулась и помахала рукой, после чего с игривой улыбкой отправила воздушный поцелуй. Тут же приложила один из листков бумаги к колпаку и смачно облила водой. Результат не заставил себя долго ждать - бумага прилипла к стеклу. Но это не на долго, понимала Кристина, поэтому всё остальное нужно сделать быстро.
Пододвигая стул к следующей камере девушка краем глаза заметила, что полицейский робот начал движения. Кто-то явно недоволен, и это только подстегнуло Кристину действовать ещё активнее, благо адреналин уже дал по ушам.
"Ну теперь попробуйте меня поигнорить!"
Пока она взбиралась к следующей камере сзади послышалось "пш-ш-ш", а за ними гулкие "топ-топ" - пончик-мейкер точно весит не мало и не быть ему агентом "007".
Кристина не стала доделывать своё маленькой чёрное дело, и тут же спрыгнула и схватила стул в руки. Перехватила его таким образом, будто она его держит как оружие и готова треснуть по роботу как можно сильнее. Глупая машина, похоже, на это повелась и ненадолго остановилась в проёме, как-бы оценивая ситуацию.