— Не взыщите, пожалуйста.
— Это вы меня извините, вторглась без приглашения… — она протянула визитную карточку. — Газета «Городская новь». Как ваши дела?
— Какие дела… — вздохнул он. — Видите, что творится!
Она мягко смотрела на него. Это был складный молодой мужчина, с виноватостью во взоре, присущей всем выпивающим. Лада невольно обратилась к нему, как к ребенку.
— Может быть, маленькое объявление в газете будет вам полезно? Может быть, кому-то позарез нужны именно ваши бутылки?
Он усмехнулся.
— Кому нужны, тот о нас знает. Нет, барышня, реклама — это для больших людей, а мы люди маленькие, нам и так сойдет.
Лада помолчала. Полноценный, хваткий, с умными цепкими глазами, как тот расторопный ярославский мужик, он сидел в полном самоуничижении. Она выпрямилась на своем стуле и тихо произнесла.
— Если вы согласны с тем, что вы маленький человек, значит, делать нечего, так и будет. Но если не согласны, то никогда не поздно все поменять.
Он взглянул ей прямо в глаза и промолчал.
… Последним посещением оказалось охранное предприятие «Русская броня». Здесь тоже был беспорядок, но продуманный и чистый, сытые мужчины в камуфляжной форме со значками и нашивками на груди, на рукавах, укладывали в ящики оптические приборы, фонари, бронежилеты.
— Опоздали, — сказал ей начальник. — Завтра в Экспоцентре открывается наша выставка. Вот если бы неделькой раньше.
— Вам интересна реклама перед выставкой? — насторожилась она.
— Конечно. И не только нам, все участники не отказались бы пригласить москвичей через вашу газету.
— Часто бывают ваши выставки?
— Наши нечасто, раза три в году, но в выставочных залах по Москве постоянно идут разные показы. Неужели газета не знает об этом?
— Под таким углом навряд ли. Спасибо, вы мне очень помогли.
— Рад был познакомиться. Приходите на выставку.
В метро, по пути в «Каскад» она обдумала эту мысль во всех подробностях. Если составить список выставок, интересных для читателей «Городской нови», медицинских, строительных, даже о продуктах питания, то можно делать целые страницы накануне каждой из них, обзванивая участников. Мало кто откажется рассказать о себе и пригласить москвичей к своему стенду! А как сужается объем ненужной работы!
Вот он, деловой поток! Лада поняла, что и ей, наконец-то, попалась «золотая рыбка»!
В назначенный день Виктор и Митяй встретились на Баррикадной. День был снежный, крупные мокрые хлопья летели в воздухе, забрасывая прохожих словно обрывками белой бумаги. Через дорожную брусчатку они прошли к высотному зданию, вдоль его цоколя, отделанного грубосколотым темно-красным гранитом, взяли правее за угол, вдоль тех же гранитных плит, но, в отличие от ухоженного, с магазинами и кафе, фасада слегка затянутых замшелостью, и свернули к старому кирпичному дому, одному из четырех желтых пятиэтажек, с давних времен оставшихся как бы в тени высотки. Свернули, не доходя до последнего подъезда, и никуда не подымаясь, позвонили.
— К кому? — спросили из-за двери.
— В «Ростинг» к Ярославу, — ответил Митяй.
Виктор напрягся. До этой минуты он еще тянул с решением, хотел посмотреть, что да как, не отдавать последние деньги… Теперь колебания кончились. Или-или. Он шагнул вслед за Митяем.
Коридор, в котором они очутились, поражал своей захламленностью. Мало того, что доски пола прогибались и прыгали под ногами, но и шкафы, коробки, ящики, приборы, мониторы, телевизоры громоздились под потолок, готовые обрушиться на неловкого посетителя. В воздухе стоял затхлый дух гниющего подполья. Они пробрались к дальней двери. На этот раз им открыли без расспросов. В комнате находился всего один человек, мужчина лет тридцати с наушниками на голове. Его рабочее место располагалось в кресле перед компьютером, на экране которого бежали колонки цифр. В углу стоял сейф типа несгораемого шкафа, столик с пластмассовым электрочайником и парой стаканов.
— Заходите, — пригласил хозяин, снимая наушники. — Ярослав.
— Виктор.
— Времени у нас немного, я расскажу вам, кто мы и чем занимаемся. Мы брокеры, игроки на мировых биржах через Интернет. Здесь на экране бегут котировки всех акций, и мы ставим то на повышение, то на понижение. Пока получается. Дмитрий говорил, что вы хотели бы инвестировать десять тысяч долларов.
— Восемь.
— Хорошо, пусть восемь. Через две недели вы имеете право на пятьдесят процентов этой суммы, при желании можете забрать вклад целиком с этой прибылью. Расписок мы не даем. Решайте.