— Поедем к нам в Жуковский, а? На моей машине. У нас леса, раздолье. Шашлычков отведаешь. Самолет свой покажу. Поехали?
Она молчала. Нет, она не подумала ни о чем таком, она просто вздрогнула изнутри.
— Я тебя доставлю туда и обратно. А, Лада? Ты мне доверяешь?
— Да.
— В чем же дело?
Она молчала. Она замерла в душе, как кролик перед удавом. Вот и все, надо решать, почему-то иначе нельзя.
— Ладно, потом поговорим, — он взял ее за руку, как ребенка.
Выйдя, они чуть не попали под дождь, успели нырнуть в переход, пробежать мимо памятника Пушкину к кинотеатру. Игорь взял два билета на уже начавшийся сеанс. На последнем ряду нашлись свободные два места. Он снова привлек ее к себе. Она отстранилась. Он испытующе посмотрел на нее в сквозящей темноте кинозала.
— Скажи, Лада… ты скромная или хитрая? Тихий омут?
— Не знаю, — сердечко ее упало.
«Я чего-то не умею, ему неинтересно со мной, сейчас он поймет, что впервые наедине с таким богатырем, богом…»- ей хотелось убежать.
— Пойдем на улицу, я не хочу в кино, — она метнулась прочь.
Они поднялись, пробрались в темноте к зеленым буквам Exit и покинули зал. Весенняя гроза только что отгремела, еще слышалось прощальное рокотание грозовых туч. В воздухе стоял свежий запах молнии, вниз по Тверской бежали бурные ручьи. «Жаль, — подосадовал Игорь, — не видел дождя, хлестких порывистых струй»… Он с интересом посматривал на свою спутницу. Странно. Полнейшее впечатление неопытности у такой красивой девушки… Что за дела? Он дотронулся языком до усов, покусал их зубами. Ладно, посмотрим.
— Я хочу вернуться к своему предложению, — сказал он. — Едем вчетвером. Ты приглашаешь лучшую подругу, а я — Николая. У тебя есть подруга?
— Да.
— Как ее зовут?
— Агнесса.
— Очень красивое имя, — быстро сказал он. — Поговори с ней. Оттянемся на природе, по шашлыкам приколемся. Договорились?
— Я попробую.
Они расстались у Охотного ряда так же, как в прошлый раз.
Незадолго до майских праздников в агентстве появился Виктор, осунувшийся и не очень смелый, как человек, побывавший в крупной переделке.
— О, Витя, Витя! — загудел Юра гулким басом. — Что, деньги кончились?
— Какие деньги? — вздрогнул тот.
— Да те, со страницы, — Юра смешался, глянул зорко и прибавил с радушностью в голосе. — Непросто быть мудрецом-директором театра? Не унывай, все бывает. Садись, поправляй свои дела, у нас Лада такую штуку выдумала, все сыты и счастливы.
С кривоватой улыбкой Виктор уселся за стол во второй комнате, потому что его прежнее место было занято под второй компьютер и лазерный сканер. Здесь тоже ощущался общий вихрь делового творчества, было много молодежи, кто-то принес договор и разбирался с Екатериной Дмитриевной, кто-то отправлялся на встречу и отмахивался от напутствий «К черту, к черту», другие ворковали в телефонную трубку, шутили, пили чай, не обращая на него внимания. Новички по прежнему набегали волнами, и либо исчезали через неделю-другую, либо начинали зарабатывать, наливались уверенностью и занимали свое место среди равных. Лицо Виктора было многим знакомо, но не настолько, чтобы отвлечься ради него от прекрасного занятия на благо самоутверждения, обогащения, завоевания своего места под солнцем.
Он совсем пал духом. Все присутствующие внезапно показались ему умными и прекрасными, далеко обставившими его по жизненной и деловой стезе. Какие-то выставки, тематические страницы…
Разложив старые записи, Виктор набрал на пробу два-три телефонных номера и положил трубку. Тошнотворным приступом поднялось отвращение. Поднявшись, он вышел в коридор, сбежал по лестнице на первый этаж. В темной переговорной, не зажигая света, опустился на диван.
«Что делать? Что мне делать? В одну и ту же реку нельзя войти дважды не только потому, что она другая, но потому что и ты другой. Все поменялось, внутри и снаружи. Нужен ход. Думай, Витька, думай. В последний раз».
В это время наверху в первой комнате собрались, как на подбор, все ее сотрудники. Юра соблазнял по телефону очередную секретаршу очередного шефа, удивляясь ее непонятливости.
— Выставка! Святое дело! — говорил он. — Как можно не пригласить москвичей к своему стенду! Директора должно заинтересовать такое предложение. Сейчас освободится? Я подожду на телефоне…
Возле Шурочки сидел на стуле благообразный господин, желающий разместить сообщение о чудодейственном амулете, который он выпиливал из сибирского кедра и который, по его уверениям, достаточно было прилепить к любой части тела, нуждающейся в лечении, как она исцелялась. Ни лицензии, ни патента, ни медицинского заключения у него не было. Шурочка подбирала уклончивые слова для отказа, зная, как больно его принимать.