Может быть, он слишком сильно напирает? Коннору никогда хорошо не давались подобные вещи. На протяжении нескольких недель он размышлял о том, как лучше к ней подступиться; как превратить их встречи во что-то большее, чем приятное, но сводящие с ума, товарищеское общение. Как она это воспримет?
Пока все шло хорошо. Вроде бы. Он чуть было не потерял своего самообладания, когда она спросила про десерт. Она наверняка и понятия не имела, как это платье шло ее глазам… Но он все же смог ответить ей ровным и достойным ответом.
Но почему ей так хотелось знать о прошлом? Должен ли он ей все рассказать?
— Особо нечего рассказывать, — искренне ответил он. — Полагаю, тебя не интересует само время, география или культура?
— Нет, вообще нет.
От того, как дивно она сморщила носик, ему захотелось рассмеяться, поэтому он поспешно пригубил вино, чтобы скрыть улыбку.
— Ты хочешь знать о…
— Давай начнем с остальных, — поспешно попросила она.
Он, нервничая, прочистил горло, хотя его лицо осталось непроницаемым. Он видел отражение тревоги в ее взгляде. Ей что-то не нравилось? Возможно, ей сложно свыкнуться с ситуацией, как было с другими сенши. Он видел, к чему привел подход Зоя к Ами (хотя там, в общем-то, все было предсказуемо). Он так же знал, что у Джейда дела шли немного лучше — он умело отщипывал по кусочку от ледяной раковины Рей. Ну и прогресс Нолана был налицо — да, он и Макото цапались чуть ли не каждый день, но зато каждая ссора делала их все ближе друг к другу. Даже Коннор мог видеть, что вечные перебранки были способом свыкнуться с обстоятельствами.
Но у всех вышеназванных мужчин было одно, абсолютно неоспоримое, преимущество, которым Коннор не обладал даже в самом маленьком варианте — у всех у них были те или иные романтические отношения с сейлор-воинами.
Правда состояла в том, что, несмотря на то, что Кунсайт и Венера часто весело поддерживали дружескую беседу, понимали друг друга благодаря их лидерскому статусу, и даже иногда перебрасывались фразами, которые могли сойти за флирт… Но, по факту, на протяжении всего Серебряного тысячелетия… больше ничего и не было. Разумеется, он влюбился в нее, и любил ее на протяжении долгого времени, но даже вплоть до последнего дня он ничего ей не сказал. Он никогда не сделал ни единого намека. Она так же никогда ничего не выразила (а, возможно, и вовсе не испытывала к нему ничего, кроме дружбы) — он так никогда и не узнал, потому что ни разу не спросил.
И как ему теперь рассказать ей об этом? В особенности, когда она явно думала, что их связывало нечто большее.
Ситуация, по самым скромным меркам, оказалась неловкой.
— Что ж, посмотрим, — начал он. — Полагаю, что ты уже знаешь все, что касается Мамору и Усаги-сан?
— Ага, здесь вопросов нет.
— Хорошо. Я помню, что существовал запрет на отношения между Землей и Луной.
— Который изначально объявила Земля, верно?
— Да, — признал он. — И Землю изгнали из Альянса, и, не будь Усаги-сан столь любопытна, никакой беды бы не случилось.
Минако тихонько хихикнула, и ему пришлось в очередной раз прикрыть рот рукой, чтобы скрыть улыбку. Очевидно, что о некоторых вещах она все же помнила.
— Так кто оказался первым? — подначила она, положив подбородок на скрещенные ладони, что показалось ему необычайно милым.
— Нолан и Кино-сан.
— Разумеется.
— Разумеется, — согласился он, позволив себе легкую улыбку.
— Расскажи мне все.
— Я не очень хороший рассказчик.
— А это неважно, — ответила она, склонив голову набок. От очаровательности этого взгляда его сердце забилось быстрее, и он попытался нахмуриться, чтобы скрыть это.
— Ммм… ну… Итак. К тому моменту я уже знал, что Усаги-сан посещает Мамору, а мы с тобой уже повстречались…
Он заметил румянец на ее щеках, что не только сделало ее на редкость милой, но и дало ему понять, что эту встречу она помнила.
— Мы договорились, что будем всякий раз разделять их на наших встречах, но мы так же условились, что никому о них не расскажем.
— Весьма мудро с нашей стороны, — прокомментировала Минако.
— В какой-то мере.
— Так Макото в тот день была на кроличьем дозоре?
Он нахмурился.
— На кроличьем?
— Неважно, — рассмеялась она. — Продолжай.
— Ммм… Да. В ту ночь прибыла Кино-сан, а в дозоре, не на кроличьем, разумеется, находился Нолан. Я не знаю всех деталей, но, когда он вернулся, промокший до нитки (в ту ночь разыгралась ненастная буря), он сообщил, что встретился с богиней.
Глаза Мины широко распахнулись:
— Ничего себе. У парнишки слишком живое воображение.
— Да, — отметил Коннор, усмехнувшись. — Это точно. Собственно, понятно, что он все нам рассказал, и мы поняли, что он встретился с другой сейлор воительницей.
— И они продолжили свои встречи?
— Полагаю, что Кино-сан прибегала к той же уловке, что и Нолан — проситься подежурить, в особенности, если бушует гроза.
Он сделал паузу, когда Минако засмеялась, и в это же время официант принес салат.
— О, Мако-чан, — вздохнула она. — Ну, разумеется, она выкинет нечто подобное. Зуб даю, она ничего мне не рассказала.
Коннор наблюдал за ее улыбкой, и в какой-то момент растворился в ней, пока не осознал, что она ожидает продолжения.
— Как ты узнал?
— Я случайно подслушал их однажды. Они обсуждали, что им делать, и стоит ли им кому-то рассказать. Я сделал вид, что ничего не услышал, надеясь, что однажды он мне расскажет сам.
Минако одобрительно кивнула.
— И он рассказал мне в тот день, когда мы отправились на битву. Как раз тогда напала Металлия.
Они оба замолчали на какое-то время, размышляя о чем-то своем.
— А кто потом? — спросила Мина, призывая на помощь веселую улыбку.
— Зой и Мицуно-сан.
— Серьезно? — моргнула Минако. — А я думала, что они окажутся последними, учитывая, как стеснительна Ами.
— Им потребовалось довольно много времени, как я понял из слов Зоя, но, по всей видимости, эти двое достигли наилучших результатов среди всех нас.
— О… Ты о помолвке?
Она покраснела, а он взглянул на свой бокал с вином.
— Да. Зой говорил, что в открытую ухаживал, и, в отличие от Нолана, он был убежден, что это не должно держаться в секрете. Ему было все равно, что кто-то мог узнать об этом. Полагаю, он бы сделал публичное заявление, не убеди мы его, что о таком лучше сильно не распространяться.
— Похоже на Зоя.
— Да, — не сдержал улыбки Коннор. — Он порывистый, но честный. Это мои любимые качества в нем.
И в тебе, — подумал он, но не добавил вслух.
— Так они с Ами были помолвлены?
— Он рассказал, что планировал сделать официальное предложение в тот день, когда, к сожалению, напала Металлия. Не уверен, помнит ли об этом Мицуно-сан…
— О, Ами помнит, — заверила Минако, жадно заглатывая салат. — Можешь мне поверить: учитывая, как сейчас идут дела у этих двоих… я дам им шесть месяцев. К этому времени, помяни мое слово, они будут, по меньшей мере, обручены.
— Думаешь?
— Я — Богиня Любви! — подмигнула она.
Он кашлянул. Она что, только что увидела у него румянец?
— Так… Рей и Джейд.
— Вот это головоломка тысячелетия.
Минако прыснула в салат.
— Учитывая, как эти двое ведут себя сейчас, я сомневаюсь, что их отношения выходили за рамки постоянных взаимных оскорблений.
— Вообще-то, ты удивишься.
— Так удиви же меня!
Он сделал паузу, когда официант забрал салат и поставил основные блюда.
Минако вдохнула аромат курицы и аккуратно откусила кусочек.
— Вкусно? — спросил он.
Она медленно пережевывала, издавая протяжные «ооо!» и «ммм…» и «аааа!» и корча забавные рожицы, от которых он чуть было не рассмеялся. Наконец она сглотнула, и он ожидал ее ответа.
— Я бы сказала, что это… прррекрасно! — она на французский момент протянула «р», а затем звонко рассмеялась.