— Думаю, я должен дать тебе отдохнуть, — сообщил он глядя в пол, после чего встал.
— Джейд, я… — начала она, но ком подступил к горлу, поэтому она сглотнула, чтобы продолжить. Он уже развернулся к ней. — Думаю, я должна объясниться. Или, по крайней мере, ответить на вопрос.
Она не могла сказать, о чем он думал в тот момент, и это, безусловно, раздражало.
— Ответить на вопрос?
— Я о нашем разговоре… Том разговоре… — начала она, благодаря тусклый свет, который скрывал ее смущение. — Я хотела все объяснить тогда, но, кажется, в прошлый раз у меня это не очень получилось.
Она не поднимала глаз, но чувствовала, что он неотрывно смотрит на нее. Она глубоко вздохнула.
— Присядь, пожалуйста.
Ее тихий тон оказал на него бо́льшее влияние, чем сами слова, и он присел рядом. Ее руки лежали на коленях, которые все еще укрывало одеяло. Ее волосы были черные и прямые. Она выглядела как восхитительная фарфоровая кукла.
— Ты хочешь… стать частью моей жизни… в том в смысле, в котором, я не уверена, я могу… имею право, принять это, — сказала она, посмотрев в окно. — Понимаю, это нельзя назвать хорошим ответом, мне трудно объяснить. Ты можешь подумать, что я не… люблю тебя, — последние слова она произнесла почти шепотом. — Но это не так. Я всегда любила тебя. — Джейд не шелохнулся. — И продолжаю любить, — произнесла она самой себе. — И именно поэтому, — продолжила она, взглянув на свои ладони. — Я и не могу принять тебя.
Джейд прочистил горло, осмысляя сказанное.
— Мне кажется, я не совсем понимаю, — произнес он, сохраняя ровный и спокойный тон. — Нельзя ли поподробнее?
Рей почувствовала, как кровь прилила к щекам, и понадеялась, что пламя свечи слишком тусклое, чтобы он смог это заметить.
— Я… люблю не так много людей, — произнесла она с запинкой, почувствовав, как горло сжимается. — В моей жизни не так много людей, к которым можно проявлять подобные чувства. Большинство людей, которые любили меня, уже нет в живых, а те, кто должны были любить… этого не делали.
Она почувствовала что-то теплое и влажное на своей щеке и поняла, что плакала, просто бесшумно. Он не заметил — тень от ее волос закрыла ее лицо, подобно вуали.
— Но у меня есть девочки, и храм и дедушка. И Мамору, разумеется. Они и есть моя семья. Больше мне ничего не нужно. И никто не нужен.
— Понимаю.
Она заметила, что его голос ничуть не изменился. Возможно, его вовсе и не задели ее слова. Может быть, она составила неверное представление о нем. Тогда выплеснуть следующую часть будет легче, хоть и унизительней.
— Но основная причина не в этом, — продолжила она. — Думаю, для меня, любовь она как… Она… Она как необъятное пожирающее пламя. Точно также было и в прошлом. В тот день, когда ты сделал… Когда ты пришел сделать мне предложение, я ответила так не потому, что считала тебя недостойным…
— Я никогда… — начал он.
— Дай мне сказать, — взмолилась она, не поднимая глаз. — Я не могла выйти за тебя, потому что это бы тебя погубило.
— Ты увидела это?
Она знала, что он имеет в виду. Она вздохнула и покачала головой.
— Меня посещали видения смерти задолго до твоего появления. Я все знала с того дня, когда встретила Усаги, Серенити, с этим ее глупым выражением на лице. Уже тогда я знала, что все мы обречены.
— Если ты все знала, почему ты…
— Не остановила ее? — Рей наконец взглянула на него, но выдержать его взгляд оказалось непосильным для нее, и она поспешно отвела его в сторону. — Я могла бы. Могла бы соврать ей или убедить, что Эндимион не искренен с ней — это не составило бы труда. Или я могла попросту убить его.
Она заметила, как его кулак сжался и улыбнулась. Не имело значения, как сильно он любил ее, его преданность к Эндимиону, Мамору, останется сильней. От чего предательство в прошлом — а было ли оно вообще? — казалось странным и неподдающимся объяснению.
— Но я бы никогда не выдержала отражения боли в ее голубых глазах, забери я его у нее. Кто смеет отказать Усаги? Это же преступление против природы.
— Но я не понимаю, — прошептал Джейд, уронив голову на руки. — Если ты так верила в любовь и все знала, почему ты…
— Потому что я так сильно любила… люблю тебя, — она взглянула ему прямо в глаза и заставила себя не отводить взора. — Джейд, будь мы вместе, я бы заставила тебя пожертвовать всем ради меня. Ты должен был бы стать моим целиком и полностью. Каждая твоя часть должна принадлежать мне. Я бы поглотила бы тебя, словно огонь. От тебя остался бы только пепел, и с этим я ничего не смогла бы поделать. Такова моя природа, видимо, и мне этого не избежать. Неужели ты не понимаешь, что такая любовь задушит тебя? Позволишь этому случиться — это убьет тебя. Я убью тебя. Или прогоню тебя.
Она почувствовала слезу на своей щеке. Столь горячую, что она могла бы прожечь ее кожу. Стоило слезе упасть на покрывало, как от ткани пошел дым.
— Не думаю… Что такая любовь… Это же проклятье, не так ли? Ты просто не понимаешь, Джейд. Я не похожа на Мину, Мако или Ами-чан. Я не обладаю открытым сердцем, или доверительностью или безупречной репутацией. У меня нет силы Усаги — единение сердца. Я никогда не смогу стать такой. Я буду так сильно нуждаться в тебе, что уничтожу тебя. Это тебя изменит, сделает жалким, несчастным. И тебе придется уйти.
Она вздохнула еще раз, стараясь, чтобы плечи не задрожали. Она замолчала на некоторое время.
— Тебе лучше уйти сейчас, — произнесла она наконец тихо. — Чем потом.
— У тебя огненные слезы.
Она резко отстранилась, когда внезапно обнаружила его так близко от себя. Он внимательно следил за тем, как она плакала. Ее слезы буквально обжигали лицо и падали на покрывало, одна за другой, оставляя после себя пар и шипение.
— Посмотри на меня, — попросил он.
Она задержала дыхание. Казалось, что его глаза горят пламенем, но в них всего лишь отражался свет от ее слез.
— Я не уйду.
Он не позволит ей отвезти взгляд.
— Я не уйду, — аккуратно отчеканил он каждое слово.
Он потянулся к ней и поймал пальцем одну из слез.
— Нет! — Она не успела отстраниться и уже приготовилась услышать шипение, но его не последовало.
Он поймал ее подбородок и заставил ее взглянуть на него.
— Видишь?
Он показал ей палец. С ним все оказалось прекрасно: никакого следа от ожога.
— Как?
Он улыбнулся и сделал «па» рукой, подобно фокуснику.
Она моргнула, окончательно сбитая с толку.
— А ты не знала, любовь моя? — ухмыльнулся он. — Я огнеупорный.
Неуверенно, она начала улыбаться. Затем улыбка превратилась в смешок, а после она уже смеялась и плакала от облегчения и крепко, чуть ли не до хруста, сжимала его руку.
Его губы скривились в улыбке, и она поняла, что из всех выражений которые она помнила на его лице, этого ей не доводилось видеть никогда. На лице не отражалось и следа насмешки или сарказма, оно было абсолютно искренно.
Джейд нежно, но настойчиво, потянул ее за подбородок, и она позволила ему.
— Так нормально? — мягко спросил он, когда их носы уже практически соприкасались.
Она замешкалась, а затем кивнула.
— Отлично.
Он склонил голову и поцеловал ее.
Впервые за долгое время она закрыла глаза и не увидела ни кошмаров, ни видений о прошлом или настоящем. Осталось только размеренное сердцебиение Джейда рядом с пальцами, которые покоились на его плече. Она чувствовала, как тепло и комфорт от ее пальцев распространяются по его шее, а потом проходят обратно. Его сердцебиение участилось.
С невероятно громким пиком дал о себе знать ее коммуникатор, и она отстранилась. Джейд последовал за ней, но она остановила его рукой на его груди.
— Мы ведь продолжим этот разговор? — вздохнул он, вставая.
— Надеюсь.
Он отвернулся, чтобы дать ей возможность трансформироваться, и перевоплотился сам. Когда мерцание света прекратилось, он развернулся к ней и сорвал короткий поцелуй, хотя он явно не был уверен в том, дозволено ли ему это. Словно не был уверен в том, находился ли он в реальности или грезил наяву.