— Это, конечно, сумасшествие, — произнес Джейд. — Но если Ами, в самом деле, так умна…
— Так и есть!
— Тогда, возможно, я смогу сообщить ей.
Все уставились на него.
— А чего это ты_то? — с подозрением спросил Зой.
Коннор лениво схватил Зоя за шкирку и притянул к себе.
— Джентльмены, я понимаю, все не выспались, и настроение на нуле, но если существует хотя бы призрачная возможность вернуться к моей тихой обычной жизни в течение ближайших лет шести…
— Понял, — пробубнил Зой, и Коннор отпустил его, переведя взгляд на Джейда.
— Итак?
— Я смогу сказать ей, потому что уже мертв. По крайней мере, для нее.
— О, понимаю, — кивнул Нолан. — Она может поверить тебе, когда узнает непосредственно от Хино-сан, что ты мертв. И тогда она поймет, что творится что-то странное.
— Может сработать.
— Но как мы найдем ее? –напомнил Зой.
Коннор прочистил горло.
— Думаю, у меня есть план.
— Ой-ей, — прокомментировал Зой. — Не нравится мне твое выражение лица…
— Придется сделать что-то нехорошее, да? — догадался Нолан.
Их предводитель чуть ли не улыбнулся.
— Это, наверно, прозвучит странно, но я думал о том, что бы притвориться нами же. Разыграть небольшой спектакль.
— Ты хочешь, чтобы мы притворились нашими темными ипостасями? — пришел к выводу задумчивый Джейд.
— Да.
— Чтобы привлечь внимание сенши?
— Мы не будем вступать в схватку, — продолжил Коннор. — Даже говорить ничего не будет. Думаю, будет достаточно, если они просто нас увидят.
— А когда они нападут на нас?
— Отступим, давая возможность Джейду пообщаться с Мицуно-сан. Ее атаки, в основном, направлены на защиту, поэтому она будет находиться позади, пока мы отведем остальных подальше.
— Ладно.
Все переводили взгляд друг на друга, поддаваясь легкому возбуждению.
— Итак, что мы ей скажем?
— Зой, ты знаешь ее лучше всех, — произнес Нолан. — Что ей поможет прийти в верному выводу в будущем?
Зой пожал плечами:
— Я люблю ее, не поймите меня неправильно, но ум Ами Мицуно сродни самым древним тайнам Вселенной.
— Это ни фига не помогло.
— Ты ведь психолог, — протянул Коннор. — Идеи, Джейд?
Джейд прислонился затылком о холодную поверхность каменной стены и закрыл глаза, представляя себя в своей квартирке, в родной постели, пока его голова покоится на подушке, возможно, рядом даже лежит Рей и напевает ту песенку, которую она мурлыкала себе под нос пару дней назад, когда подметала дорожки в храме, но он быстро вернулся к реальности:
— Есть одна, — подтвердил он.
Мамору, ведомый шестым чувством, которое всегда вело его к ней, со всех ног несся по темным переулкам.
Он перепрыгнул разрушенные ворота парка — а такому прыжку позавидовал бы любой легкоатлет — и оказался прямо перед самой огромной тенью, которую ему когда-либо доводилось видеть. Светящиеся багровые глаза и рот бушевали в хаосе всякий раз, когда тень то и дело ударялась о землю, и потом возвращалась обратно.
— Усаги! — взревел он. — Что за хрень ты творишь?!
Сейлор Мун уклонилась он очередной атаки, пока Плутон направила в королеву новый прицельный залп.
— Что ты здесь делаешь? — выкрикнула она.
— Это моя реплика.
Они стояли в нескольких сантиметрах друг от друга.
— Тебе и на километр нельзя приближаться к этой штуке!
— Я не могу оставить моих друзей умирать!
— Но что, если с тобой что-то случится? Ты не думала, что мы все здесь, потому что…
Сейлор Мун отбросила его в сторону, когда призрачный темный щупалец пронесся прямо над их головами.
— Мамо-чан, — произнесла Сейлор Мун. — Я люблю тебя, но заткнись.
На этих словах, она вскочила на ноги и направилась к тени, а Мамору, несколько обескураженный, продолжал лежать на земле некоторое время.
— Но, если ты хочешь помочь… — Он заметил Плутон, которая заговорила с ним. — Ты можешь найти применение своим исцеляющим способностям.
На этих словах она кивнула в сторону деревьев, где Мамору смог рассмотреть проблеск знакомых алых туфель на шпильке.
— Верно, — кивнул он и трансформировался.
Стараясь изо всех сил игнорировать тот факт, что Плутон и Сейлор Мун сражаются с огромным монстром один на один, а ему самому была уготована участь выполнять роль полевого медика, Мамору добрался до деревьев, где Плутон смогла укрыть тяжело раненых воинов. Он подошел к Макото первой и непроизвольно сморщился от того, что он увидел.
— Сломано, несомненно, — выругался он, прощупывая ее правую руку. Она едва слышно заныла от боли, но так и не пришла в себя. Он прощупал ее пульс, который оказался слабым, но сердце продолжало биться ровно.
Мамору приложил ладони к ее лбу и закрыл глаза, позволяя его силам делать всю работу по исцелению, путем восстановления костей и суставов.
Глубоко и резко вздохнув, Мако открыла глаза. Он дал ей прийти в себя, остановившись на секунду, чтобы положить успокаивающую ладонь на ее плечо, после чего направился к Ами, которая лежала без признаков жизни с побелевшим лицом и израненной ногой.
Он исцелил ее настолько быстро, насколько мог, после чего проверил ее дыхание, которое оказалось настолько ровным, насколько могло быть, учитывая ее состояние, после чего наклонился к Марс. Из всех сенши лишь она находилась в сознании настолько, чтобы оставаться в фуку, и стоило его руки коснуться ее лица, ее глаза мгновенно распахнулись в испуге.
— Все хорошо, — прошептал он. — Просто расслабься.
Ему показалось, что до него донеслись ее ругательства, хотя он и не был до конца уверен, что она сказала, разве что, выглядела она теперь явно спокойней. Ее раны оказалось излечить проще всего — ее слабость объяснялась в основном потерей крови из-за ранений. Когда к ее щекам вернулся цвет, она положила свою ладонь на его руку и крепче прижала его к себе.
— Сейлор Мун? — прошептала она.
— С ней все хорошо, — солгал он. Воинам в матросках пока не следовало знать, что в данный момент Сейлор Мун сражается с гигантской поехавшей богиней, а помогает ей в этом одна Плутон. Марс кивнула и вновь расслабилась.
Мамору наконец добрался до Мины, которая, словно сломанная кукла, распласталась на земле. Ему понадобилось несколько попыток, чтобы нащупать ее едва уловимый пульс. Все ее кости оказались целы, да и порезов не было видно, но он подозревал, что проблемы крылись во внутренних повреждениях — если он не поторопиться, то может не спасти ее.
Пока его сердце колотилось, как безумное, он закрыл глаза и призвал все свои силы, которые проникали в каждую клеточку ее тела, помогая восстанавливать связи между связками, мышцами и тканями.
После, казалось бы, вечности, Минако наконец глубоко вдохнула, и Мамору открыл глаза и впервые за все время выдохнул.
— Как она?
Он развернулся, чтобы встретиться с Ами, уже принявшей облик Сейлор Меркурий.
— Она находилась в весьма плачевном состоянии, — ответил он. — Но, думаю, я смог остановить внутреннее кровотечение — ее органы пережили огромный стресс, но они держутся, и пульс становится четче.
Меркурий кивнула и взяла Мину за запястье.
— Мы думали, что сможем справиться с ней самостоятельно, — продолжила Меркурий, наблюдая за Минако. — Боюсь, мы недооценили нашего врага.
— Сейлор Мун сражается с Плутон, и я не знаю, сколько еще они продержатся. Я должен помочь им.
— Вероятно, атаки Сейлор Мун — это единственное что мы можем противопоставить ей, — протянула Меркурий. — И, если, как мы подозреваем, богиня оказалась захвачена Хаосом, единственное эффективное оружие против нее — это кристалл.
— Думаешь, это Хаос? — Мамору внимательно взглядывался в черную тень и маленькую белоснежную фигурку, что танцевала у ее ног.
— Я почти уверена. Поэтому она знает наши слабости, а наши силы не имеют никакого эффекта. Она поглощает энергию наших атак, а потом использует ее против нас. Она кормится нашим отчаяньем. И ненавистью.