Обиженный муж, к Павлику не ходи.
— Сергей, муж Марики!
Марика, молодая женщина с ребёнком, ушла от своего Алика вот к этому кадру. Жила с ним, деньги копила с его зарплаты. Сергей неплохо зарабатывал. А потом появился отец ребёнка, тот самый Алик, и забрал своё семейство к себе. Алик и Марика имеют вспыльчивые характеры, но они уже притираются. Они счастливы, и Серёже в их семье не место. Взрослый мужик, должен был понимать, что девушка на двадцать лет младше в любой момент может вильнуть хвостом и убежать. Но, видимо, девушка зацепила, раз я осталась виноватой.
Я за молодую семью, нечего лезть.
Сосредоточилась. На лице загадочная приятная улыбка. Сейчас я этого братана сделаю. Это я в личной жизни нюни распускаю, когда речь заходит о других семьях, я во всеоружии.
Как получить собеседника сразу? Нужно задать ему правильный вопрос. Одна попытка, других не будет. Этим вопросом нужно залезть в душу, нужно заинтересовать человека, чтобы он был поглощён приятной для него темой.
Сделай приятно мужчине, Яра!
Сергей ругался. Я оказалась разлучницей. Но его слова меня не интересовали, я его уболтаю.
— Что скажешь? И что ты мне глазки строишь? — рычал недовольный брошенный любовник.
— Не работаю с ними больше, — заискивающе улыбнулась я, сбив его с толка.
Распахнула глаза в искреннем удивлении.
— Сергей, это у вас офицерские часы на руке?
Я рисковала, мужчина был неадекватен в данный момент. Но, видимо, за живое тронула. Не ошиблась.
Мужчина глянул на свои часы, и мелькнула на его лице улыбка.
Не много я знаю о военных, хотя стоило бы. Вова и его отец непосредственно связаны со службой.
Полтора часа душевного разговора за жизнь. Сергей с другой стороны монитора даже налил и выпил. Проникся ко мне. Я постаралась.
При нужной сноровке можно получить любого мужика в своё пользование. Только не влюблённого. А значит, Сергей не любит Марику. Это наваждение, это так, пролетающая мимо история.
Он понял.
Обещать, что мы ещё пообщаемся, я не могла.
Уставшая и вымотанная окончила сеанс и потёрла глаза.
Работа меня успокаивала.
Дал о себе знать остеохондроз, я чувствовала свой возраст. И грудь налилась. Сбитый цикл решил напомнить о себе. Поэтому меня из жара в холод кидало.
Тяжело поднялась на ноги и пошла на выход.
Дверь открыла, а на пороге квартиры стоит Владимир в белой рубашке.
Я заплакала, прикусывая губы.
Всё же хорошо, что он пацан, способный бегать за мной. Я так ослабла, так расстроилась, что слова сказать не могла. И это навсегда со мной. Чужого Серёжу укатывала столько времени, а родному и близкому даже “извини” не подарила.
Взгляд его горячий из-под хмурых бровей. Губы приятные. Стриженная бородка почти полностью покрылась серебристой сединой.
Изнеможённо кинулась ему на шею и прижалась всем телом. Он выронил из рук спортивную сумку и прижал меня к себе ещё сильнее.
Его жар меня всполошил. Я почти сразу возбудилась. Но не со страстью, а как-то мучительно и томительно.
Вырвалась из объятий и, встав на носочки, начала неистово целовала его лицо.
Володя поймал мои губы и подарил долгий сладкий поцелуй.
Он подхватил меня на руки и вошёл в квартирку. Недолго мучаясь, сделал шаг на кухоньку, где усадил на стол.
Ни слова.
Страсть!
Поцелуи градом, палящие, обжигающие и влажные.
Трусики в сторону, звук раскрывающейся ширинки. Толчок, и обоюдный стон. Слёзы из глаз. Руки, как змеи, по телам. Движения резкие, ненасытные.
Член внутри наполняет, насыщает и успокаивает.
Это мой мужчина!
Он во мне!
Всё кончилось: эта грубая ошибка при скандале, этот побег и разлука. Всего на двенадцать часов, но словно жизнь закончилась после этого.
Секс грубый, с напором, но так необходимый нам обоим. Мы не можем утолить голод единства.
Любовь!
Настоящая, долгожданная.
Володя подхватывает меня под бёдра.
Секс не навесу, он припирает меня к стене и продолжает входить. Я обвиваю его ногами. Голову не закинуть.
Любовник не кусает мою шею, целует, чуть засасывает кожу, но следы тоже останутся. Рычит, как зверь. Я чувствую, как трясётся его тело, как его всего мучает наше огненное вожделение.
Прижимаю его к себе. Своего долгожданного, родного и любимого.
Он выходит, делает резкий толчок. Ещё раз медленно выходит и опять вбивается вглубь. До боли, до сладостных судорог.
Я начинаю выть и забываюсь в оргазме. А внутри меня взрывается вулкан, жгучее извержение в пульсирующее лоно.