Сам дьявол всучил нам этот проклятый порох!
Каменное ядро разорвало двух солдат, которые бросились на землю всего в паре шагов от Матиса. Его забрызгало кровью. В том месте, где лежали ландскнехты, зияла глубокая рытвина, на дне которой валялось разодранное туловище и оторванная рука. Матис с криком вскочил из-за убитой лошади и бросился к стене. Надо убираться! Пусть его застрелят, задушат или заколют — ему все равно. Лишь бы этот грохот наконец прекратился! Он ухватился за одну из лестниц и стал карабкаться вверх.
— Черт, что ты там забыл?
Кто-то схватил его за плечо и потащил назад. Матис оглянулся и решил было, что перед ним погибший орудийщик Ульрих. Но это оказался лишь старый, изрытый шрамами солдат Черного отряда. Матис знал его по немногочисленным встречам с Гейером: бывалый ландскнехт, который за последние месяцы дослужился до заместителя рыцаря.
— Там тебя только смерть ждет! — перекричал солдат грохот орудий и потащил Матиса прочь от лестницы.
— А здесь? — вскинулся на него юноша. — Они расстреляют нас в ошметки. Когда все закончится, хочу, чтоб мой труп хотя бы узнали!
— Еще раз к лестнице сунешься, я тебе глаз на жопу натяну, так что мать родная не узнает, — отозвался ландскнехт. — А теперь хватай саблю и защищай южную стену! Мы бойцы Черного отряда, забыл?
— Я не боец, черт возьми! — закричал Матис. — Я кузнец. Я не из отряда! Я…
Ландскнехт оттолкнул его; Матис попятился назад, споткнулся о труп и растянулся на земле. Тяжело дыша, он закрыл глаза и попытался успокоиться.
«Это конец, — думал юноша. — Хоть это перенеси как мужчина».
В это мгновение он услышал неподалеку знакомый свист.
Матис с трудом поднялся и увидел машущую фигурку в дверях разрушенной часовни. Он едва различал ее в пороховом дыму, но в конце концов разглядел закинутую за спину лютню.
Это был Мельхиор фон Таннинген.
— Какого черта… — пробормотал Матис.
Но рядом громыхнуло очередное ядро, прервав его размышления. Матис вскочил и, пригнувшись, пробежал несколько метров до часовни. Крыша и колокольня уже частично обрушились.
— Самое время откланяться, мастер Виленбах, — с улыбкой приветствовал его Мельхиор. — Боюсь, лучшие времена для этого замка миновали.
— Как вы, ради всего святого, проникли сюда? — прошипел Матис. — Вас не было среди людей Черного отряда, я бы увидел. А через стену вы под таким огнем вряд ли перебрались бы…
Вместо ответа Мельхиор кивнул вглубь часовни и вошел внутрь. Охваченный любопытством, юноша последовал за ним. Снаружи по-прежнему громыхали выстрелы. Радужные витражи полностью рассыпались, с крыши обрушились несколько балок и загородили апсиду. Менестрель перебрался через преграждающие путь бревна… и внезапно исчез.
— Эй, постойте!
Матис поспешил за ним и резко остановился перед небольшим, покрытым пылью алтарем. На полу покоились несколько истертых надгробных плит с гербом Гейеров. Одна из плит была сдвинута в сторону. Матис нерешительно шагнул ближе и заглянул в черную дыру. Неожиданно из глубины ее донесся голос Мельхиора:
— Поторапливайтесь! Или вам помолиться сначала надо?
Юноша вздрогнул. Прищурившись, он различил теперь на глубине примерно двух шагов глинистое дно. Потом собрал в кулак все свое мужество и спрыгнул во мрак. И как раз вовремя: в следующий миг часовню сотряс грохот, с крыши рухнули еще несколько балок и погребли под собой проход. Матис пригнулся, увернулся от падающих обломков и спешно двинулся по низкому, полному затхлого воздуха туннелю, пока не наткнулся на Мельхиора.
— Вы… знали про этот ход? — выдавил он сиплым голосом.
Менестрель пожал плечами.
— Не то чтобы знал, но догадаться было не трудно. Помните туннель в Шарфенберге, который показывала нам Агнес? Во многих крепостях есть такие выходы. Особенно если в них нет колодца — осажденные в ином случае умерли бы от жажды.
— Но вы ни разу не бывали в этом замке, — заметил Матис. — Так откуда вы узнали…
— Что здесь нет колодца? — Мельхиор улыбнулся. — Я, как вам известно, родом из этих краев. Скалы во Франконии слишком тверды, чтобы бурить в них колодцы. Поэтому я просто поискал по окрестностям, нет ли где укромного источника. И — вуаля…