Откуда все это у Йордана? Его слова звучат так, словно со мной говорит Старик. А Йордан продолжает: «И тут есть чему удивляться…. Так или, похоже, петляет и заяц от охотника. Невероятно: место высадки и в самом деле считается самым неудобным. Видишь, теперь и я заразился страстью стать великим стратегом!»
Чтобы выйти из Отдела, отговариваюсь репортерской работой — с блокнотом и фотоаппаратом понаблюдать за реакцией французов на сообщение о Вторжении. Это могло бы, холодно сообщаю адъютанту, заинтересовать Берлин. И становлюсь довольно смелым: для того, чтобы сделать свою работу качественно, мне нужна партия изопанхроматической пленки.
— Сколько? — интересуется адъютант.
— Десяток, если можно.
Все улажено, и я хвалю себя: чертовски хорошая мысль! Мне и особо извиняться не придется, если вернусь в Отдел попозже.
По пути в отель на глаза попадается гравюра Шарля Мериона из руководства «Искусство гравировки», которую я таскаю с собой повсюду. Это «Черт из Нотр-Дама». На правой половине овала господствует могучий рогатый и крылатый Сатана, высоко облокотившийся на искусно выгравированные крепостные башни, и поддерживает обеими руками гримасничающую рожу. Для усиления ужасности картины над теснотой крыш и фасадов зданий и взметнувшейся вверх башней готической церкви, изображена стая летящих ворон, а Сатана далеко высунул изо рта под острым кривым носом толстый язык.
Никакой «книжный» лист — даже кисти Макса Клингера — не поразил бы меня так, как этот странный овал составной гравюры из Франции. Я мог бы дорисовать ноги этого чудовища: столбы уходящие в глубины Парижа на сотни лет.
В голове зловещий ансамбль, составленный Сатаной Мериона и этой химерой.
ПАРИЖ — ПОСЛЕ ВТОРЖЕНИЯ
Город Байе был захвачен Союзниками на рассвете безо всяких разрушений. Теперь уже отпали последние сомнения в том, где высадятся главные силы противника. Не в Норвегии «Страны судьбы нации», как назвал ее Гитлер, не в Ютландии, не в Па-де-Кале — и даже не в Сен-Назере.
Во всех береговых оборонительных частях на всем побережье от реки Сены до реки Шельды объявлена повышенная боевая готовность: не подлежит сомнению тот факт, что союзникам теперь-то уж наверняка удалось зацепиться за побережье. Они совершили настоящий прыжок через море.
Полное замешательство в умах вызывает тот факт, что линия фронта рядом. Война во Франции! Об этом здесь никто никогда не думал всерьез. Все верили, что жизнь припеваючи никогда не кончится. Для войск находившихся во Франции война шла где-то там, в бескрайней России. И единственное чего здесь боялись так это получить направление на Восточный фронт.
Радио передает новости о победе. Редакторам выпусков, наверное, приходится напрягаться, обдумывая одну проблему: Как ЭТО донести до слушателей? И тут им помогает опыт долгих бравурных выступлений. Новости кричат, что десанты противника измотаны в ожесточенных боях — центр тяжести их наступления приходится на район города Кан: вопреки фактам радионовости трактуют эту высадку как «всего лишь» отвлекающий маневр. Но ведь отчетливо видно, что целью союзников являются порты Шербур и Гавр. Вот хитрецы!
Бисмарк намеренно меня игнорирует и меня это здорово нервирует. Что все это значит? У адъютанта получаю то, что называют «аудиенцией» и все.
Более не сомневаюсь, что Бисмарк приложил руку к аресту Симоны. Никаких сомнений и в том, что на основе Сониной информации он составил официальное донесение. Это, конечно же, была настоящая свара. Хорошо представляю, ЧТО эта подлая душонка настойчиво излагала высшим чинам СД или Абвера, так сказать peu e peu. К примеру, где-нибудь на охоте на козлов. Ведь по настоящему крепкий донос с доказательствами, никто не мог бы ему составить. А парень слишком хитер, чтобы подставить себя самого.
Его неприязненное отношение ко мне могу объяснить лишь тем, что он не уверен, т. к. не знает наверное, как обстоят дела в Берлине. А так же тем, что не знает, известна ли мне его роль в этой подлой игре или нет. Но одно ясно: его еще не проинформировали об аресте в Бресте и Ла Боле. Из того, как он выглядит, и как говорит, абсолютно ясно, что ему неизвестно об аресте Симоны.