- Вижу, да.
- Порвешь его, и все. Курицу можно выбрасывать. Поэтому нужно очень-очень осторожно извлекать его.
- Ну и запах от внутренностей, - поморщилась Хана.
- Я тоже очень чувствительная к запахам, - согласилась Сибир. - Потом все внутри и снаружи хорошо промываем.
- А внутренности куда?
- Это печень, сердечко и желудок, это все в суп. Остальное собакам.
- А им не вредно?
- Не знаю. Едят и ладно. Потом вот так промой и слей воду. Осторожно, чтоб на тебя не брызнуло.
Хана отступила.
- Трудно даже представить, насколько нам с тобой повезло, - сказала она Сибир.
- Повезло?
- Ты, наверное, единственный человек в мире, который может контактировать с водой. Ты делаешь так много работы, которую нам делать смертельно опасно. А еще выходишь наружу, охотишься. Бьешь зомби больше любого из нас. Сегодня тоже пойдешь наружу? Ты потому не пустила лошадь на пастбище?
Сибир кивнула. Она действительно хотела сегодня выехать поохотиться. Одной куры на всех все равно недостаточно. Но сначала нужно поработать в огороде. Дожди залили его, дикие сорняки пошли в рост, напрочь забивая то, что перед дождями посеяла Сибир. Теперь главной и нескончаемой работой было полоть огород. Сибир вырывала тонны зелени, которую тут же сжирали кролики.
- Все, я закончила, - сообщила Сибир, вернувшись во двор и вымыв руки. - Если у кого-нибудь есть особые пожелания, скажите мне.
- Если я закажу тебе живых кроликов, ты привезешь? - спросила Хана.
- Попробую, но не обещаю.
Сибир повернулась к мужчинам. Илан пожал плечами. Арье, пересыпавший с ним зерно, тоже.
- Что привезешь, все съедим.
Кларк закинул на спину Малины седло. Он не приближался к Сибир, но не упускал случая помочь ей с тяжестями.
- Ты постоянно выезжаешь наружу, гуляешь часами, - сказал он. - Как тебя еще не сожрали? В чем твой секрет?
- Лошадь быстро бегает.
- Да ладно.
- Пятьдесят километров в час, это тебе не шутки. Зомби так не могут.
- И стреляешь ты хорошо, - поддержал Арье.
- Это все хорошо, но ты же и пешком выходишь, - не поверил Кларк.
- Мой туберкулез их отпугивает.
- Они целые больницы сжирали, и ничего их не пугало, брехуха.
- Наверное, у меня особенный туберкулез. Страшный.
Сибир затянула ремни седла и пошла к воротам. Кларк открыл.
- Видно, у тебя есть какой-то секрет. Какая-то особенная техника прятаться, - сказал он ей в спину.
Кларк никогда не покидал крепости. Даже когда Илан выезжал наружу, он брал с собой Тоби. Кларк под любым предлогом оставался в доме.
Ворота за спиной Сибир закрылись. Сибир вздохнула с облегчением. Снаружи было тихо и спокойно. Никакой возни животных, никакого стука инструментов. Никакого Кларка, то и дело отпускавшего колкости. А здесь, за пределами стены, были только птицы и насекомые. Сибир взобралась на Малину и махнула Бену, стоявшему на стене неподалеку от ворот. Он махнул в ответ. Лошадь была спокойна. В седельной сумке была бутылка воды и пара шоколадных батончиков. Полный колчан стрел на одной ноге, запасной патронташ на другой. Маленький запас на полдня. Лошадь дисциплинированно пошла рысью а потом сама перешла в галоп. Сибир слушала ровный, мерный стук копыт и осматривала окружающие поля. Больше всего она сейчас боялась не зомби, и даже не человека. Она боялась услышать неровность в стуке копыт. Только недавно Сибир снова вскрыла Малине абсцесс в копыте. Из-за дождей ноги лошади почти не просыхали, Сибир ждала лета, как лучшего друга. Необычайно дождливая зима принесла в равной степени богатый урожай и много болезней. Дикие птицы тоже размножились под щедрыми дождями. Сибир подняла лук. Испуганные стуком копыт, кеклики поднялись в воздух, низко колотя крыльями, попытались скрыться. Один упал подбитый. Лошадь сама перешла на шаг и свернула в поле. Сибир отвязала от седла длинную палку с крючком на конце, подцепила птицу и, вытащив стрелу, положила добычу в седельную сумку. До изобретения этой палки приходилось калечить спину лошади постоянными спусками и подъемами, поэтому Сибир старалась не выходить на охоту верхом. С палкой она всегда выходила верхом, объезжала большую территорию и привозила больше добычи. Хана отказалась ходить с ней, из-за страха перед зомби. А вот и они. Зомби не реагировали на стук копыт. Слишком много одичавших лошадей развелось вокруг. Еще год назад многие из них ужасно хромали. А потом в округе появились волки и стаи диких собак. Лошадей стало меньше, и все они перестали хромать. Сибир оторвала подковы Малины очень давно. Подковать ее заново стало для нее недоступной наукой. Вскрывать абсцессы она научилась, но так и не смогла загнать в копыто лошади хоть один гвоздь. Лошадь стучала ногами ровно. Она была в хорошей форме. Малина снова перешла на шаг. Ни намека на отдышку. Сибир подобрала голубя. Шагом прошлась до дерева, остановилась в тени, осмотрелась. Солнце припекало, но воздух был холодным. В тени Сибир задрожала.
- Куда направимся? Пройдемся вдоль реки, надеясь на утку, или по полям, в поисках куропатки?
Малина хрипнула и загарцевала. Сибир вцепилась в поводья. Ухо надо держать востро, но что она могла пропустить? Слоны! Метрах в двухста прошлось семейство слонов и скрылось за деревьями.
- Это большие лошади, не бойся, - успокоила Сибир.
Слоны шли к реке, видимо, на водопой. Малина уверенно свернула в поля.
- Как пожелаешь, дорогая.
Сибир была настроена благодушно. Малина тоже. Она покладисто останавливалась возле каждой добычи и по первой просьбе Сибир переходила на мягкий галоп, не куксилась. Малина наслаждалась каждой минутой прогулки.
Сибир пересчитала тушки в седельной сумке. Еще пару голубей и домой. У них уже есть курица сегодня, больше мяса до следующей охоты не нужно.
С шумом взлетели кеклики. Взлетели непривычно высоко, Сибир подняла лук, тетива почти коснулась носа. Сибир медленно опустила лук. Кеклики указали ей прямо на человеческую фигуру.