- Вообще любое условие, - подчеркнул мужчина.
- Я все сказала.
Взгляд женщины остекленел. Несколько секунд она стояла, совсем как статуя, раздумывая. Потом снова ожила.
- Если вы позволите, мы переночуем у стены, а утром уедем. Мы выставим дозорных, зомби не побеспокоят вас из-за нашего шума и света.
Арье оглянулся на Сибир.
- Хорошо, ночуйте. Но я застрелю каждого, кто попробует перебраться через стену.
- Никто не попытается, - качнула головой женщина и повернулась к своему каравану.
Она очертила пальцем круг, давая знак. Машины, соблюдая строгий порядок, расположились полукругом.
- Я останусь здесь, на крыше, - сказала Сибир. - Ты иди в дом. На стене тоже должен кто-то быть. В перелезающих стену стреляйте без предупреждения.
- Оставить тебе патроны? - спросила Хана.
- Да, оставь.
Хана ушла.
Сибир сидела и наблюдала за лагерем. Женщина быстро распределила людей в форме и с оружием вокруг машин. Сибир пересчитала дозорных. Семеро. Еще семеро доставали из грузовика дрова и складывали их в центре лагеря. Когда огонь несмело затрещал, из двух автобусов стали выходить люди. Гражданские.
- Пойдем, погреемся у огня, - позвала женщина и вытащила под мышки из автобуса ребенка лет четырех.
Внутренности Сибир свернуло узлом.
- Сибир.
Сибир вздрогнула.
- Извини, - Арье присел рядом с ней. - Там гражданские. Дети.
Из автобусов действительно вышло с десяток детей разных возрастов и пара подростков. Они подходили к костру и тянули к нему руки, медленно рассаживаясь вокруг.
- Я никогда не видела зомби детей, - сказала Сибир.
- Потому что их не существует, - ответил Арье. - Вирус убивает детей сразу, они не оживают.
С периметра слышались редкие одиночные выстрелы. Никто в лагере не обращал внимание на них. Похоже, такой распорядок был привычным. Женщины выносили из автобуса сумки и котомки, раскладывали на земле карематы и целые матрасы. Некоторые доставали из сумок мандарины и давали их своим детям. Остальные смотрели на них с завистью.
- Кислятина, мам! - пропищал кто-то.
Мать попыталась уговорить ребенка.
- Я хочу хлеба!
Арье нервно засопел.
- Наших запасов хватит только на нас, - сказала ему Сибир.
- А с урожая?
- До него еще месяца четыре.
- Они питаются мандаринами.
- Странно, почему не бьют дичь. Одной лошади хватило бы, чтобы накормить всю эту толпу. Гляди, вон наш знакомый.
Голубоглазый разведчик принес еще дров к костру. Люди кутались в одеяла и куртки, благодарили его за дрова. Какой-то ребенок расплакался. Командовавшая женщина неподвижно сидела на своем хаммере и смотрела на гражданских. Она была так неподвижна, что напоминала скалу. Видимо, усталость сказывалась на ней больше, чем на других. В руках у нее была кружка с горячей водой, на лице маска спокойствия.
Женщина не спеша встала, прошла через лагерь, влезла в кузов грузовика и через минуту выкинула оттуда мешок. Дети завопили от радости. Мужчины вскочили и подтащили мешок к костру, женщины мигом вскрыли его. Одна женщина заплакала, выбирая из мешка муку прямо руками и ссыпая ее в миску.
- Дура, не рассыпай! - заорал какой-то мужчина.
Женщины мешали муку с кипяченой водой, лепили колобки и раскладывали их на перевернутую над огнем железку.
- Подожди, пускай прожарится, - требовали матери.
Нетерпеливые дети были готовы хватать лепешки прямо с огня.
- Сибир...
Сибир молчала. Она смотрела на женщину, выбросившую мешок. Та сидела на подножке кузова грузовика и не смотрела на людей. Какой-то мужчина в форме стоял рядом с ней и что-то тихо говорил. Гражданский мужчина принес ей лепешку. Женщина поблагодарила его кивком головы, разломила лепешку пополам и вторую часть отдала солдату рядом с собой.
- Сибир...
- Чем ты собираешься их кормить?
- Они не выглядят избалованными.
- Даже на картофельных очистках они съедят все, и нас тоже.
- Сибир, они умирают голодной смертью.
Мешок муки был съеден в течении часа.
- Как хорошо так поесть, да? - девочка-подросток разговаривала с ребенком, которому помогала подняться в автобус.
Другие бегали вокруг костра, пытаясь поймать друг друга, взрослые уговаривали их вернуться в автобус.
- Я не могу на это смотреть, - проворчал Арье и ушел.
Сибир осталась сидеть и смотреть. Женщина съела свою половину лепешки. Солдат рядом с ней отдал свою половину подростку. Гражданские собрали вещи и ушли в автобусы. За окнами еще помелькали фонари, потом все стихло. Семеро солдат все еще стояли на постах, семеро разошлись по машинам. Женщина сидела и сидела, глядя на остатки костра, потом встала, потушила его. В свете фар Сибир видела, как дозорные тоже разошлись по машинам. Командующая проследила за тем, чтобы все огни погасли. Сибир спустилась с крыши и вышла за ворота. Женщина услышала скрип створок и остановилась на полпути к своей машине для ночлега. Сибир подошла к ней. Несколько секунд постояли молча, глядя друг на друга в свете луны.