— Может для начала представишься? — Андрэ вдруг вспомнил о манерах и этикете общения, правда не совсем верно.
Синеглазка пыталась вырваться, но все тщетно.
— Дрог, — хрипло проговорил воин.
Рядом раздался рев, точнее плачь милой разодранной до крови и мяса дамы в платье пропитанном алыми пятнами.
— Я была неправа, прости меня! Освободи меня, я заплачу любую цену! — слезы и сопли смешались с воплями и криками. Белокурые волосы отрывались комьями. Царапины покрывали милую рожицу дворянки.
— Молчи сука. Я помню твой дьявольский смех. Ведьмам подобно тебе подобает гореть на костре, — тяжко вздохнув, он добавил, — ты даже не помнишь моего имени и семьи, не знаешь, каким трудом авантюристы добывают золото, чтобы прокормится.
— Я дам горы золота, титул и землю, — синеглазка, даже не вняла словам воина и продолжила свой обман, чтобы высвободится.
— Заткни свою лживую пасть.
— Я молю тебя, освободи… Я могу.
— Мне нужна только твоя жизнь.
Андрэ с момента огненной беседы. Призвал из адского инвентаря: кресло-качалку, трубку, бутылку вина, удобно расположился.
— Продолжайте.
— Налей, — Марлок жадно тянулся к вину.
— Тебе нельзя, башню сорвет и сожрешь тут все, только кратер оставишь… Гляди до ядра планеты дойдешь, опасно ведь.
Железная морда опустил голову и заплакал кровавыми слезами, черными густыми как нефть.
— Можешь не пытаться, я тебе не дам, — Андрэ почувствовал нечто колющие внутри, но показал фигу, — не заслужил, — безжалостно ответил гуль, чуть не сломав трубку.
Скелет отошел к огромному валуну и начал бится лбом о камень.
— Эмм… А чего застыли, продолжайте оба. Я тут хорошо устроился, — совершенно спокойно ответил упырь.
Вскоре глыба начала расходится трещинами, а следом огромный камень оказался поглощен в три рта железным скелетом.
— Ну чего пялишься, доведи дело до конца… Публика требует крови, — правда единственным зрителем оказался гуль, но он может позвать братков. Андрэ ленив и решил, что лишнее лица не важны, да и выгнать могут с передних мест или например: нечаянно задавить массой.
— Застыли… Эх, придется самому заканчить? — расстроенно проскулил зомби, — а ведь, так хорошо разлегся.
Гуль выдавил кривую улыбку:
— Дрог быстрее, я хочу в город, там люди ходят, бабло крутится, рабы делаются, люди плодятся как кролики. Весело там понимаешь? Я с камнем говорю!?
Дрог холодно посмотрел на синеглазку и удивился, как эта барышня ещё кровью не истекла.
Ничего удивительно, пусть и порезы и раны множественны, но не глубоки настолько, чтобы вызвать потерю крови.
Воин поднял копье, замахнулся и приготовился исполнить смертный приговор.
Колдунья окаменела от страха, возможность спастись растаяла на глазах.
— Умри, — слово сорвались, как приговор палача.
Стальной наконечник, вонзился в гладкую шею синеглазки, прямиком в артерию. Железо пробило артерию и струйка крови брызнула наружу, он вынул копье, смахнул с конца багровую жидкость, оросил землю бисером капель.
//
— Молодец, личико, оставь мне, потом сниму, — Андрэ задумался над наградой для нового члена группы, — так отрок в награду, будешь моим рабом. — упырь указал на синеглазку, — вытяни эту шалаву и положи рядом вон с этой, — командовал гуль не поднимаясь с кресло-качалки.
— У меня есть имя, — огрызнулся Дрог, смотря в противную рожу мертвеца, взглядом полным презрения.
— Сейчас ты мой раб, но тебе определенно предстоит проявить себя, перед пантеоном темных божеств.
— Почему я?
— Ах, боже, что за глупые вопросы? Высший нашептал мне, собирать всадников, но этого недостаточно, чтобы устроить геноцид человечества, — Андрэ с легкостью делился важными деталями его планов.
— Я не стану, убивать невинных.
— О, а я таких ещё не видел, давай поищем, — дохляк отпил вина и дополнил, — Марлок ты видел добрых людей.
— Не одного, только сволочи и уроды, особенно инквизиторы и эти фанатики, одним словом — больные. Помешаны на божестве с народа требую все, даже душу. Ещё селят демонов в сердца людей.
— Ох, нечисто правда? Мы решили это исправить, методы наши немного жесткие, но полностью необходимые, — пусть упырь самолично ещё не проверил эти данные, но очень доверял своему напарнику.
— Не верю, — в глазах Дрога горело, неверие.
“О, боже сколько же проблем с этим недоноском… Ничего я владею новыми методами изменения сознания. Я профессионал, на теории…” — немного подумав, — “Не все так плохо, ведь бесплатная практика мне обеспечена”.