Стараясь не делать резких движений, Трипольский поднялся и сделал вид, направился к двери. Сквозь окно он увидел, наконец, то что хотел скрыть от него смотритель.
По другую сторону дома стояли две белые лошади. Лошади были уже распряжены. Третьей лошади видно не было, но это не имело значения. «Одно из двух, — соображал он, — либо Виктор получил свежих лошадей и укатил, либо он где-то здесь рядом. А если он рядом, здесь должна быть и Анна Владиславовна».
Распахнув двери на улицу, Трипольский поискал лакированный чёрный экипаж. Перед станцией было пусто.
«Всё-таки уехали».
Уловив за спиной скрип, Трипольский одним движением выхватил саблю. Полуголые англичане поднялись из-за стола — карты были рассыпаны и оставлены. В руках двух из пяти злодеев появились клинки.
Не нужно! Не нужно здесь! — запричитал смотритель. — Уйдите на улицу, господа, на улицу!
Трипольский сделал ещё один шаг назад и толчком колена запахнул дверь. Он рассчитал правильно, резкое движение вызвало моментальную реакцию — один из бандитов тут же ударил сапогом дверь и выскочил наружу.
Трипольский, имея опыт подобных стычек, не стал предупреждать противника, что находится сзади, а нанёс удар прежде, чем тот увидел его. Голый по пояс, окровавленный англичанин пошатнулся, испустив невыносимо болезненный вопль, повалился на бок, хватаясь за разрубленное плечо.
Со вторым англичанином Андрею Андреевичу пришлось повозиться. Тот оказался неплохим фехтовальщиком. Отбив несколько коротких атак, Трипольский отступал по двору. Он пытался сориентироваться и понять, где же здесь спрятаны лошади. Наилучшим выходом из сложившегося положения Андрей Андреевич счёл просто прыгнуть в седло и бежать. Но лошади видно не было и пришлось положиться на саблю и на удачу.
Ловким ударом он поразил, подкравшегося с боку, ещё одного бандита. Раненый тот завертелся на месте, приседая, по-бабьи всхлипнул, завыл и, попятившись, присел возле стены. Но в эту минуту перед Андреем уже вырос новый противник. В отличие от первых двух этот полуголый англичанин блестяще владел саблей, и драка начала затягиваться.
— Сэр, где вы научились так фехтовать? — на ломаном английском спросил Трипольский, отбивая новую атаку англичанина. — Конечно я вас сейчас же убью, но прежде чем я это сделаю я хотел бы сказать, что у вас неплохая школа.
— Sheet, — хрипел взбешённый англичанин. — Дэрмо.
Он был несколько пьян и, если бы не это обстоятельство, вероятно, овладел бы ситуацией.
Рассчитав поворот, Трипольский резко ушёл влево так, чтобы солнце оказалось над головой и точечным ударом поразил в грудь ослеплённого противника. Он не хотел никого убивать и удар был не сильным, хотя и вполне достаточным, чтобы свалить англичанина. Лезвие только распороло кожу, разделив надвое большую татуировку — синий якорь, занимающий половину волосатой груди — но боль была так сильна, что бандит только всхлипнул и потерял сознание.
Избавившись от пьяного фехтовальщика, Андрей Андреевич кинулся бегом за другим англичанином, безоружным, желая его поподробнее расспросить о планах графа Виктора.
Тот вбежал в помещении станции, но был настигнут Трипольским. Приставив лезвие сабли к обнажённому горлу разбойника, Андрей Андреевич спросил:
— Вы, надеюсь, говорите по-русски?
— Sorry. Sorry. Чуть-чуть, — отозвался тот. — Я могу плохо говорить. Могу понимать, не убивайте меня, please.
— Ну хоть так, — улыбнулся Андрей Андреевич. — А коли понимаешь, скажи-ка мне, братец, где коляска? Давно ли она уехала отсюда? Какие у Виктора теперь лошади?
— Совсэм нэдавно уехала, — сказал англичанин, — около один час.
— Сколько вас здесь?
Англичанин неистово качал головой.
В жаркой полутьме комнаты Андрей Трипольский вдруг увидел приблизившегося к нему сбоку человека. Глянул — это был, всего лишь, старый кривой смотритель.
— Сколько вас? — повторил он, прижимая лезвие к горлу англичанина, так чтобы надрезать кожу и пустить кровь.
— Five, — прошептал тот. — Пять.
«Троих я искалечил, — подумал Трипольский, — а это четвёртый. А где же пятый?»
Больше он ничего сообразить не успел. Незаметно подошедший смотритель изо всех сил размахнулся и ударил его поленом по голове. Комната качнулась перед глазами Андрея Андреевича Трипольского, и он потерял сознание.
С треском откинулась крышка погреба и оттуда поднялся, пьяно пошатываясь, пятый англичанин. Двое злодеев, ухватив за ноги оглушённого и неподвижного Андрея Трипольского, вытащили его во двор для расправы, при том станционный смотритель униженно приседал и кланялся.