Понимая, что Патч не собирается покидать мой сон, я сделала это сама. Я стала бороться с невидимыми барьерами моего сна, чтобы заставить себя проснуться.
Открой глаза, сказала я себе. Открой их!
Патч сжал мой локоть. — Что ты делаешь?
Я уже чувствовала себя более реальной. Я могла ощущать тепло своей простыни, мягкость подушки под щекой. Все знакомые запахи моей комнаты успокоили меня.
— Не просыпайся, Ангел, — он провёл рукой по моим волосам, удерживая моё лицо, заставляя взглянуть в его глаза. — Ты должна знать ещё кое-что. Есть очень важная причина, почему тебе нужно увидеть эти воспоминания. Я пытаюсь сказать тебе кое-что, что не могу поведать тебе другим способом. Ты должна сама понять, что я хочу сказать. Мне нужно, чтобы ты перестала закрываться от меня.
Я резко отдёрнула от него своё лицо. Казалось, мои ноги оторвались от земли и скользили в сторону движущегося облака в форме воронки. Патч схватил меня, тихо ругаясь, но его хватка была невесомой, нереальной.
Проснись, приказала я себе. Проснись.
И позволила облаку поглотить меня.
Глава восемнадцатая
Я проснулась, резко выдохнув. В моей комнате было темно, далеко за окном светила луна, похожая на кристальный шар. Было жарко, одеяло стало мокрым и опутало ноги. Часы показывали девять тридцать.
Я выпрыгнула из постели и, войдя в ванную, налила себе стакан холодной воды. Залпом выпила его и прислонилась к стене. Я не могла снова заснуть. Что бы я ни делала, я не должна позволить Патчу вновь присниться мне. Я ходила туда-сюда по холлу первого этажа, изо всех сил стараясь не заснуть, но при этом была так возбуждена, что не смогла бы уснуть, даже если б захотела. Несколько минут спустя мой пульс пришел в норму, но я не могла перестать думать.
Черная рука.
Эти два слова преследовали меня. Они были неуловимыми, зловещими, язвительными. Я не могла заставить себя посмотреть на них в открытую. И без того мой хрупкий мир уже готов был разбиться вдребезги. Я знала, что не торопилась сообщать архангелам о том, что Патч — Черная Рука и это он убил моего отца, чтобы избежать позорной правды: я влюбилась в убийцу. Я позволяла ему целовать меня, лгать мне, предавать меня. Когда он прикоснулся ко мне во сне, вся моя сила покинула меня, и я снова оказалась в его сетях. Мое сердце все еще было с ним, и это было самым большим предательством с моей стороны. Что за человеком я была, если не могла предать правосудию убийцу собственного отца?
Патч сказал, что я должна заявить архангелам, что снова хочу, чтобы он был моим ангелом-хранителем. Все, что нужно — просто произнести эти слова вслух. Весьма логично, поэтому я просто могу прокричать "Патч убил моего отца!" — и дело сделано. Правосудие свершится.
Патча отправят в Ад, и я смогу вновь построить свою жизнь. Но я не могла заставить себя произнести эти слова, как будто они были закованы где-то глубоко внутри меня.
Слишком много невыясненных деталей. Почему Патч, ангел, замешан в кровном Братстве Нефилимов? Если он был Черной рукой, почему он клеймит новичков Нефилимов? Почему он вообще набирает новичков? Это не просто казалось странным — это было нелогично.
Нефилимы ненавидели ангелов и наоборот. И если Черная рука была преемником Чонси и новым лидером организации… как может Патч быть тем человеком?
Я сжала пальцами нос, чувствуя, что из-за поисков ответов на одни и те же вопросы, которые крутились в голове, мой мозг вот-вот взорвется. Почему все, что окружает Черную руку, кажется нескончаемой чередой лабиринтов, и после очередного лабиринта сразу следует другой?
Прямо сейчас Скотт был единственной реальной зацепкой, ведущей к Черной руке. Он знал больше, чем говорил, я была уверена в этом, но он слишком напуган, чтобы рассказать об этом. Когда он рассказывал о Черной руке, я слышала панику в его голосе. Мне нужно было, чтобы он сообщил мне все, что знал, но он убегал от своего прошлого и ничего из того, что я ему скажу, не заставит его обернуться и взглянуть в лицо своим страхам. Я закрыла лицо ладонями, стараясь думать логически.
И позвонила Ви.
— Хорошие новости, — сказала она перед тем, как я успела произнести хоть слово. — Я поговорила с отцом, мы вдвоем вернемся на пляж и заплатим штраф, чтобы забрать машину. Я снова в деле.