На долю секунды я задумалась о том, что он просто хотел вызвать мою ревность. Но ведь тогда он должен был знать наверняка, что сегодня вечером я заявлюсь в "ЗЭТ". Что совершенно недопустимо, если, конечно, он не следил за мной. Может, в последние сутки он был ко мне гораздо ближе, чем я в это верила?
Я с силой впилась в ладони ногтями, пытаясь сосредоточиться на острой физической боли, а не стоять истуканом, оглушенная тем, что меня оскорбили. Я стойко перенесла это, и даже не позволила пролиться ни единой слезинке, а потом мое внимание привлекла дверь, ведущая в коридор.
В проеме, прислонившись к дверному косяку, стоял парень в красной футболке.
Небольшой участок кожи на его шее выглядел не совсем нормальным — казалось, она была деформирована. Прежде чем я смогла разглядеть его получше, меня парализовало от внезапного ощущения дежа вю. Было в нем что-то невероятно знакомое, несмотря на мою уверенность, что никогда раньше мы не встречались. Все во мне кричало о необходимости бежать, но в то же самое время я чувствовала непреодолимое желание приблизиться к нему.
Он поднял со стола белый шар и несколько раз лениво подбросил его вверх.
— Ну же, — сказал Скотт, продолжая махать кием вперед-назад.
Парни, окружившие стол, смеялись.
— Сделай это, Нора, — сказал Скотт. — Легкое прикосновение губами. Наудачу.
Он просунул кий под воротничок моей рубашки и приподнял его.
Я отпихнула его от себя. — Отвали.
И тут же заметила движение парня в красной футболке. Все произошло очень быстро. Он развернул руку и кинул бильярдный шар через всю комнату. Через секунду зеркало на дальней стене треснуло, и его осколки рассыпались по полу.
Комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь звуками классического рока, доносившихся из динамиков.
— Ты, — сказал парень, направив пистолет на мужчину в шерстяном жилете. — Отдай мне деньги, — он махнул ему рукой с зажатым в нее пистолетом, подзывая его подойти. — Держи руки так, чтобы я мог их видеть.
Скотт обошел меня и встал во главе сбившихся в кучу посетителей. — Ни за что, чувак. Это наши деньги.
По комнате пронесся гул из одобрительных возгласов.
Парень в красной футболке продолжал держать на мушке мужчину в вязаном жилете, но его глаза переместились на Скотта.
Он усмехнулся, обнажив зубы. — Уже нет.
— Только дотронься до этих денег, и я убью тебя, — в голосе Скотта звенела спокойная ярость.
Он не шутил. Я не двигалась и едва дышала, до ужаса напуганная тем, что пистолет совершенно точно заряжен.
Улыбка нахала стала еще шире. — Вот как?
— Никто не позволит тебе выйти отсюда с нашими деньгами, — сказал Скотт. — Сделай себе одолжение и опусти пистолет.
В зале прозвучала очередная вспышка ропота, выражавшего всеобщее согласие.
Несмотря на то, что температура в помещении накалилась, парень в красной футболке лениво почесал шею рукоятью пистолета. Казалось, ему было все равно.
— Нет, — он перевел дуло на Скотта. — Отойди за стол.
— Проваливай!
— Отойди за стол.
Парень в красной майке держал пистолет двумя руками и целился в Скотта. Очень медленно тот поднял свои руки вверх и поспешил зайти за бильярдный стол.
— Ты не уйдешь живым. Один против тридцати.
Сделав всего три широких шага, парень с пистолетом подскочил к Скотту. Он встал перед ним и на мгновение его палец чуть надавил на курок. Я видела, как по виску Скотта скатилась капелька пота. И не могла поверить, что он не пытается отобрать у того оружие. Разве он не в курсе, что не может умереть? Неужели он не знает, что он — Нефилим? Но Патч рассказал мне о его причастности к кровному Братству Нефилимов — как он мог не знать?
— Ты совершаешь большую ошибку, — сказал Скотт ледяным голосом, но в нем все же слышались панические нотки.
Меня удивляло, что никто не стремится ему помогать. Ведь Скотт верно подметил, сказав, что этот ненормальный один против них всех. Но было в нем что-то странно-пугающее. Что-то потустороннее. Возможно, все были напуганы так же, как и я.
И возможно ли, что тошнотворное чувство, будто мы знакомы, означало, что он был падшим ангелом? Или Нефилимом?