В ответ рейгановская команда решила сместить акценты и разорить СССР форсированной гонкой вооружений, активизацией Афганской войны да сбиванием мировых цен на нефть...
ГЛАВА 7
Брежневские генералы против СССР
Игры идиотов
Вдоль границ Западной Германии сосредоточены силы НАТО. Обнаружив первые признаки готовящегося ядерного нападения на СССР, силы Варшавского договора наносят превентивный удар. На районы сосредоточения западных войск обрушиваются десятки водородных боеголовок. Оборона НАТО взламывается ими на глубину в 50-100 километров. В тыл деморализованным западникам высаживаются советские дивизии ВДВ, захватывая важные мосты и плацдармы. После этого ударные танковые группы пяти советских фронтов начинают наступление на Западную Германию. За две недели планируется полностью захватить ее (а заодно Данию, Голландию и Бельгию). После этого советские войска перегруппируются и силами двух фронтов наносят два сильных удара: первый на юге Франции, выходя на франко-испанскую границу; второй – с Севера Германии в направлении Нормандии.
Таков план учений войск Варшавского договора «Союз-83». Схожими были и сценарии множества других военных учений. Например, «Запада-81».
Красиво. Впечатляюще. И нелепо от начала до конца. Более того, просто преступно!
Стратегическая шизофрения
Что бы там ни говорили, а Сталин не зря устраивал чистки в военной верхушке. Ибо худшего врага русских, чем их собственные генералы, сыскать трудно. Если их не шерстить, то они быстро превращаются в силу дурную и паразитическую, пускающую народ по миру.
В конце семидесятых военная элита СССР исповедовала глупейшую, разорительную для страны, неэффективную и абсолютно шизофреничную стратегию. У генералитета СССР наблюдалось типичное раздвоение сознания. Он готовился к двум совершенно разным войнам.
Первая – война ракетно-межконтинентальная, дальнебомбардировочная и океанская. В ней Советский Союз стремился поразить территорию Америки, недосягаемую для наших танково-механизированных легионов. То была война в основном машин дальнего огневого воздействия.
Вторая – война сухопутная, в Европе. Здесь наши генералы рассчитывали провести некий вариант Второй мировой, но с ядерным дополнением. То есть рвануть мощными сухопутными группировками к Последнему морю – Атлантическому побережью. Этакими моторизованными чингисханами. И ради такого замысла СССР держал невероятно дорогие «ударные кулаки» в Польше, Восточной Германии, Венгрии и Чехословакии. По планам брежневских воевод, сначала следовало взломать оборону НАТО ядерными ударами. А затем русские войска должны были пройти через пораженные радиацией районы (где земля спеклась бы в стекловидную корку), дабы потом вступить в бой за Бонн, Мюнхен, Париж, Брюссель, Гаагу и Амстердам. В этих боях мы должны были без всяких ответных ядерных атак НАТО потерять сотни тысяч своих людей, штурмуя большие города, рубежи западной обороны и переправы через реки. Тысячи советских танков погибали, пораженные отличными противотанковыми ракетами наземных комплексов и вертолетов, огнем самонаводящегося оружия. Наши бронедивизии несли бы чудовищные потери, подрываясь на минах, попадая в артиллерийские засады и под удары западных самолетов-штурмовиков. А уж если бы НАТО применило тактическое ядерное оружие, наш урон в живой силе и технике возрастал в разы! Западная Европа напоминала бы разоренное кладбище. Разорванные трупы, сожженные танки, БТР и БМП с красными звездами на бортах...
Чем думали наши генералы, не знаю. Но уж точно не головой. Вспоминаю учебку 1985 г., где из нас делали сержантов-мотострелков. Помнится, мы отрабатывали движение через пораженную ядерными взрывами зону, надев прорезиненные ОЗК – общевойсковые защитные комплекты. Дело было летом. Жара стояла дикая. После пяти минут пребывания в этих «скафандрах», да еще с противогазами на башках, мы оказались полностью небоеспособными. Преодолев пару взгорков, мы повалились без сил, а одного парня из нашей роты вообще увезли в лазарет с тепловым ударом. Казалось, из наших тел ушла вся влага: под прорезиненной тканью мы были мокрыми, как после бани, в сапогах-бахилах хлюпал пот. В глазах вертелись красные «колеса». Нас можно было взять голыми руками.
Позднее я узнал, что наши тогдашние ОЗК – копия немецких противохимических костюмов времен Гитлера. И вот в таком чуде индивидуальной защиты наши войска должны были переть к Ла-Маншу через зону ядерного поражения! Да только на этой стадии у нас бы вышли из строя десятки тысяч бойцов. Не только схвативших дозу облучения, но и элементарно задохнувшихся в зеленоватых «саванах» ОЗК.
К 1991 г. в СССР на вооружении находилось 64 тысячи танков (в два с половиной раза больше, чем у НАТО), 67 тысяч орудий и минометов (в два раза больше, чем у НАТО), 76 тыс. БМП и БТР, 6 тысяч самолетов и вертолетов (в 1, 5 раза больше, чем у НАТО) и 437 боевых кораблей 1-го и 2-го ранга. (http://nvo.ng.ru/arma-ment/2006-11-10/6_opk.html)
Советские генералы никак не могли взять в толк, что реалии Второй мировой в прошлом. Что воевать теперь можно и нужно по-другому. Что возникли «закрывающие технологии» войны, обессмысливающие многомиллионные массы войск. Первым об этом смутно догадался столь нелюбимый мной Хрущев. В самом деле: зачем стране содержать сотни дивизий, если противника можно испепелить ракетами с ядерными боеголовками? Зачем перегружать экономику страны содержанием несметных полчищ мотострелков, танкистов и так далее? Правда, Хрущ, как всегда, умудрился наломать дров. Принялся сокращать армию поспешно и непродуманно, выбрасывая на улицу сотни тысяч офицеров, пуская под пресс новенькие корабли и самолеты. Какого черта он сокращал то, что было нужно в современных реалиях: ВВС и ВМФ?! Немудрено, что военные в сговоре с частью партийной верхушки свергли Хрущева в 1964-м.
Однако дело имело и оборотную сторону: возобновилось тупое наращивание сухопутных сил. Поборником такой политики стал начальник Генерального штаба в годы войны генерал-полковник Штеменко. Именно он в 1965 г. заявил, что войну нельзя выиграть только баллистическими ракетами. Его протеже стал начальник Генерального штаба маршал Огарков, вместе с Андроповым и Громыко входивший в триумвират истинных правителей СССР при позднем, впадающем в слабоумие Брежневе. Огарков стал автором самоубийственной для Союза доктрины интегральной милитаризации и общей, постоянной мобилизации советской промышленности. Планы Огаркова были смелыми, копирующими (в усиленном варианте) немецкие времен их успешных блицкригов. Впереди наступающих дивизий СССР должен был действовать многочисленный спецназ. Он в решающий час призван был занять ключевые пункты управления и транспортной сети противника, обезвредить его командиров и политических лидеров. Спецназ должен был действовать на пятьсот километров в глубину. В тылу врага планировалось высаживать целые воздушно-десантные дивизии. (Кстати, именно тогда СССР обзаводится самыми многочисленными в мире ВДВ.) Правда, сколько бы при этом погибло тяжелых и неповоротливых «антоновых» с людьми на борту, никто думать не хотел. Сколько бы транспортных машин погибло от зенитных комплексов НАТО...
Спецназ постоянно учится, изучая будущие районы боевых действий в Европе под видом спортивных, туристических, профсоюзных и культурных делегаций. Спецназовцев встречают агенты на местах, внедренные советскими спецслужбами заранее, – «спящие агенты». Словом, смотри действия немцев в Голландии, Бельгии и Франции в мае 1940-го. Спецназ был создан при всех военных округах и флотах СССР, в Главном разведупре Генштаба.
Великолепно. Впечатляюще! Вот только – вчерашний день. Леность мысли. Просто-напросто копировался немецкий опыт, только с куда большими затратами для русских жизненных сил. А что делали американцы? Они творчески продолжали идеи гитлеровского блицкрига, а не тупо их воспроизводили. Огарковщина же вела к тому, что мы были вынуждены содержать громадную массу ничего не производящих людей и легионы всякой техники. Мы держали дивизии от Европы до Синцьзяна. Огарков и те, кто за ним стоял, творили армию для войны, которой уже не могло быть. И доигрались: армия стала превращаться в Голем, который был занят не обеспечением безопасности страны, а лишь стремился урвать в свою пользу все большую и большую долю валового национального продукта. Пока в США Маршалл и воспитанные им генералы думали уже о космических сражениях и «орбитальном охвате», огарковы продолжали молиться на танки. Курс на содержание громадных, избыточных сухопутных сил продолжался и в 1980-е г., когда Рейган начал войну на экономическое истощение Советского Союза.