Можно было бы невиданно усилить средства диверсионнотеррористической борьбы, устроив на территории самих США потайные базы спецназа и загодя перебросив туда диверсантов, замаскированных под местных жителей. На случай «часа Икс».
Откровенно говоря, при написании книг «Сломанный меч империи» и «Битва за небеса» автор сих строк имел в виду именно такой вариант победы СССР в гонке вооружений.
Но в реальной жизни начала 1980-х гг. ни генералитет, ни советские политические иерархи не пошли по умному пути. Они продолжали политику «стратегической шизофрении», готовясь к двум войнам сразу – ракетно-ядерной и танково-сухопутной. (А заодно и к борьбе за океаны.) Накапливая огромные объемы и ядерного, и обычного оружия. Объемы совершенно излишние. И это привело к серьезным экономическим трудностям Страны Советов.
Ей-богу, Сталин поступил бы умнее. Но почему позднесоветская верхушка занималась подобным идиотизмом, доводя страну до катастрофы?
Ответ один: Вооруженные силы СССР тоже были поражены бюрократизмом. Интересы чиновников в погонах и с лампасами оказались выше интересов Русской цивилизации. Не о безопасности Советского Союза думали военные бюрократы, а о собственных задницах и желудках. И тут брежневские генералы сыграли на руку нашему врагу. Превратились в его пособников. В верных помощников Рейгана.
Голем цвета хаки
Если вы читали книги цикла «Третий проект», то уже знаете, что исполинские разветвленные бюрократии превращаются в подобия больших нечеловеческих, наделенных особым разумом существ – големов. Каждый голем сражается за самосохранение и саморазрастание. Он норовит убить те новшества и технологии, что грозят его существованию и ведут к его сокращению. Голем всегда стремится отобрать у общества побольше ресурсов. Так вот: ВС СССР в семидесятые годы ХХ в. превратились в Голема цвета хаки.
Что они из себя представляли? Громадную пирамидально-чиновничью структуру с тысячами постов генералов и адмиралов, полковников и капитанов первого ранга. С огромными тыловыми структурами. А под ними были сотни тысяч офицеров рангом поменьше, а еще ниже – почти четыре миллиона солдат. Генералитету требовались руководящие посты: дивизии и полки, тыловые базы и всяческие штабы. Генералитет и старшее офицерство при этом хотело пользоваться всеми привилегиями военных: большим денежным содержанием, ведомственными спецраспределителями и клиниками, спецавтомобилями и спецкурортами. Да еще и приторговывать военным имуществом, воровать из солдатских пайков, пускать налево горючее и т. д. За брежневские годы произошло чудовищное перепроизводство офицеров. Им буквально выдумывали должности вроде помощников начальника штаба полка или бригады, агитатора батальона (помимо замполита), начальника окружного клуба... Всяк, кто служил в той армии, знает, о чем речь.
Интересы военного чиновничества требовали раширения Вооруженных сил до непомерных масштабов. И они распухли до такой степени, что превратились в подобие полузековских «зон» с дедовщиной и порушенной дисциплиной. С низким качеством боевой подготовки и плохо знающими технику солдатами. Более того, чиновники в погонах стали рассматривать боевую учебу войск, все эти марши и стрельбы как досадную помеху их основному занятию: сладко жрать, урывая из бюджета СССР все большие и большие куски. ВС СССР стремительно теряли боеспособность. Если на линии соприкосновения с войсками НАТО боевые качества поддерживались на достаточном уровне, то картина в тыловых округах страны была совершенно иной.
Шла интеллектуальная деградация советских военных. К 1983 г. выяснилось, что режим засекречивания всего и вся фактически уничтожил военную науку, пресек обмен идеями и опытом. Никто не обобщал опыта действий наших военных во Вьетнаме, Египте, Сирии, Африке. Молодым офицерам оказалось просто не на чем учиться. Последний учебник «Военная стратегия» выходил аж в 1962 г. под редакцией маршала Соколовского.
Мудрено ли, что Вооруженные силы СССР элементарно отупели и не видели возможности вести войну по-новому?
Между тем переход на новую, экономичную стратегию террора означал сокращение множества дивизий и корпусов. Лишались работы тысячи генералов и старших офицеров. Исчезали «сытные» командные посты в ГДР, Польше, Чехословакии и Венгрии. В обновленной армии пришлось бы служить по-настоящему. Доказывая свою компетентность и профессионализм. Отказ от тупой пехотно-танковой манеры ведения войны требовал совсем других офицеров: спецназовцев, пилотов, ракетчиков, мастеров боевого управления, специалистов по информационным технологиям. Голем цвета хаки этого категорически не принимал. И сохранял идиотскую структуру ВС, обрекавшую страну на разорение и поражение в Третьей мировой.
Отличительная черта генеральской сволочи начала восьмидесятых – полное равнодушие к тому, во сколько обходится стране содержание армии. Дайте нам столько-то людей, стволов, ракет, горючего, провианта! Ради безопасности страны! Это перенапрягает бюджет? Не дает подняться экономике? Ничего знать не желаем! Не барское это дело – в экономике разбираться и о собственном народе думать. И пусть будет побольше частей и подразделений, зачастую просто небоеспособных, хорошо смотрящихся лишь на бумаге. Пусть никакой боевой подготовки в них не ведется, главное – количество. Чем больше дивизий и корпусов, тем больше генеральских должностей. Видный советский дипломат Олег Гриневский в своих воспоминаниях приводит красноречивый эпизод. На переговорах по мерам взаимного доверия в Европе в 1985-м мы с натовцами договорились устраивать инспекции дивизий друг у друга. Мы – в Западной Европе, они – в СССР вплоть до Уральских гор. И тут на дыбы встал Генеральный штаб в Москве во главе с маршалом Ахромеевым.
«... Олег Алексеевич, – торжественно сказал Ахромеев, – я обращаюсь к вам как к советскому патриоту. За Волгой у нас размещены дивизии неполного состава. Укомплектованы они кое-как, оружия не хватает, учения приходится проводить с деревянными макетами... А военные городки такие старые, что стыдно смотреть – как у Пушкина в „Капитанской дочке“ описано, так все с тех пор и не менялось. Поймите, мы не можем показать весь этот срам иностранцам.
Я ответил ему в той же манере:
– Именно как советский патриот я буду настаивать на проведении инспекций. Может быть, появление иностранных инспекторов заставит вас навести порядок. Лучше иметь меньше дивизий, но пусть они будут укомплектованы и оснащены современным оружием так, чтобы были гордостью советской страны, а не фикцией, которую мы боимся показать иностранцам...» (О. Гриневский. Перелом. От Брежнева к Горбачеву. – М.: ОЛМА-Пресс, 2004. С. 407.)
Так называемые «профессиональные военные» предпочитали держать совершенно бесполезные для современной войны дивизии-недоделки и опустошать казну СССР, а не сокращать их, лишаясь штатных должностей. Ни о каком развертывании данных частей в полноценные боевые единицы и речи быть не могло: стремительная ракетно-ядерная война просто не оставляла времени на это. Но генералы продолжали захребетничать, играя на руку Рейгану, который в то же самое время делал все, чтобы обескровить Советский Союз экономически, надорвать его чрезмерными военными расходами. А содержание «липовых» дивизий и никому не нужных танковых армад отнимало ресурсы от тех программ, которые нам действительно были нужны как воздух. Например, от насыщения войск современными системами связи или от создания эффективного противоспутникового оружия. Да, как не хватало нам тогда «фактора Берии» и показательных процессов над несколькими маршалами!