В ноябре 1985 г. американская верхушка смогла выработать позицию в женевских переговорах «Рейган — Горбачев». Итак, русские хотят передышки, но должны предорого за нее заплатить. Прежняя политика США должна проводиться и дальше, неуклонно и твердо. Никаких уступок Москве по «звездным войнам»: США должны и дальше обозначать строительство космической системы противоракетной обороны. Но одновременно надо прощупывать Горбачева, выясняя возможные изменения советской позиции. Уже прекрасно зная о том, что советский лидер попытается свести разговор исключительно к проблеме запрета космической гонки вооружений и к перспективе половинного сокращения ядерно-стратегических потенциалов сверхдержав, советники и соратники Рейгана придумали, как нейтрализовать намерения Кремля, увести разговор в сторону и дать инициативу в переговорах в руки Рейгана. Сотрудник Совета нацбезопасности Дональд Фортье придумал «региональную инициативу». Есть, мол, несколько точек на Земле, где антикоммунистические повстанцы насмерть бьются с просоветскими режимами: в Анголе, Камбодже, Эфиопии и Афганистане. США, мол, предложат: давайте устроим переговоры между враждующими сторонами при поддержке Америки и СССР, которые при этом обеспечат невмешательство в конфликты со стороны третьих стран. А затем, добившись умиротворения и компромиссов между воюющими, направим в эти точки экономическую помощь.
Фортье прекрасно понимал, что Москва сей план примет без всякого восторга, но зато он сорвет намерения Горбачева посвятить встречу в Женеве исключительно программе СОИ.
Другую «подлянку» предложили шеф ЦРУ Кейси и директор Агентства по контролю над вооружениями Кеннет Эйдельман. Дескать, пускай Рейган, не отказываясь от планов «звездных войн», твердит о том, что они не нарушают никаких договоров, а служат делу мира. И вообще нужно, мол, открыть друг для друга лаборатории в обеих сверхдержавах, работающих по тематике космической обороны, дабы совместно строить СОИ. Предполагалось, что Москва на это никогда не пойдет, зато сама инициатива тотчас выставит Рейгана в глазах общественности настоящим миротворцем.
А что противопоставила этому Москва? Всего лишь попытку принять декларацию о недопустимости ядерной войны (о чем и сам Рейган неоднократно говорил). Дескать, коль удастся ее принять, то все можно выдать за выдающуюся дипломатическую победу Горбачева. (П. Швейцер. Победа. С. 400–401; О. Гриневский. Указ. соч., с. 288.)
Вот здесь-то и могли пригодиться внесистемные воинственные инициативы Москвы, которые способны были разом «перевернуть шахматную доску» и поломать вражескую игру. Принятие вызова «звездных войн», выказывание полной уверенности в поражении США в ходе их и новая доктрина ядерного террора — лишь основные из таких инициатив.
Нет, никто не питал иллюзий насчет того, что в Женеве можно добиться каких-то прорывов. Да войны и не выигрываются одной встречей в верхах. Но использовать даже короткие переговоры между первыми лицами, чтобы нанести врагу психоудар и внедрить в его сознание новые вызовы, перехватывая лидерство в холодной войне, — это можно и нужно было сделать.
К сожалению, в Москве осени 1985 г. не понимали (или не хотели понимать), что встречи на высшем уровне — боевые операции войны-психотриллера. И на них можно ломать волю врага. Если вы читали нашу книгу «Крещение огнем. Вторжение из будущего», то помните, как использовал переговоры Гитлер, несравненный мастер ведения войн-психотриллеров. Чешского президента довели по обморока обещанием стереть Прагу с лица земли массированными атаками бомбардировщиков. Кстати, к тем переговорам немцы привлекли самого страшного на вид генерала ВВС Шперрле. Здоровенного, с рожей настоящего бандита и убийцы. Так, для дополнительного психического давления. Да и Сталин, помнится, ведя негоции с Черчиллем, в почетный караул набирал настоящих русских богатырей с решительными лицами. Но Гитлер и Сталин всегда стремились побеждать, а в Москве 1985-го сидели совсем иные существа, зачастую желающие проиграть.
Женева: как это было
Холодным утром 19 ноября Горбачев и Рейган встретились на вилле «Водяной цветок» на берегу Женевского озера. Начались переговоры. Господи, какое убожество!
С самого начала Рейган стал вешать Горби лапшу на уши. Мол, мы с вами — выходцы из маленьких провинциальных городков, но теперь способны повернуть ход мировой истории. Дескать, США и СССР могли бы быстро найти общий язык, если бы Земле угрожало нападение инопланетян. Горбачев попытался прервать поток словесного поноса, заявив о том, что можно начать дело с расширения советско-американского научного сотрудничества. Например, по части прогнозирования землетрясений. А то вот в Калифорнии, по мнению русских ученых, назревает сильное землетрясение. В ответ на это Рейган разразился долгим рассказом об истории калифорнийских сейсмических катаклизмов за последние полторы тысячи лет.
Горби все это выслушал. Наконец заговорили о чем-то конкретном. Рейган запел о важности соблюдения прав человека, Г. — о разоружении. Горбачев строил из себя воинственного и непоколебимого вождя. Мол, американцам не удастся разорить Советский Союз. «Что бы вы ни делали, нас вам не одолеть!» А дальше опять все пошло по кругу: права человека, «горячие точки» планеты, разоружение. Причем и Рейган, и Горби сыпали давно известными положениями и штампами.
Тудыть вас в качель! Перед Горби сидел человек, обещавший нас уничтожить и отправить на свалку истории. Президент вражеской страны, практически в открытую объявившей нам войну на фронте непрямых действий. Всю эту бодягу насчет землетрясений и прав человека нужно было прерывать сразу, переходя в наступление. Переворачивая игровую доску! А Г. действовал как слизняк.
Вернее, он пробовал строить из себя решительного и смелого. Даже правильные слова пытался говорить. Заведя речь о СОИ, Горбачев напирал на то, что космическая гонка вооружений приведет к экономическому краху и США, и СССР. Горби заявил, что Москва сделает все возможное, чтобы противопоставить «звездным войнам» более мощное наступательное вооружение, способное прорывать перспективную систему ПРО. Мол, СОИ — лишнее доказательство того, что американцы пытаются обрести стратегическое превосходство и возможность безнаказанного первого удара в грядущей мировой войне. Горби даже пробовал грозить Рейгану, сказав о том, что если в ближайшие полтора года не будут приняты решения о прекращении программ СОИ, то последствия окажутся непредсказуемыми.
И снова все получилось по-уродски. Рейган ничуть не испугался. И немудрено: Горбачев каждый раз сам уничтожал устрашающий эффект собственных слов последующими фразами. Ну, начал ты твердить о том, что СССР сведет на нет «звездные войны» за счет усовершенствованных ракет, так и держись этой линии непреклонно. Скажи со спокойным и уверенным видом: «Давайте-давайте. Разворачивайте вашу СОИ. Первыми же сдохнете от напряжения. А мы даже не станем делать аналогов вашего „космического щита“. Дураков нет. Мы еще спляшем на поминках по Соединенным Штатам!»
А Горби свел эффект от собственных наскоков на нет, заговорив о взаимном банкротстве, о непредсказуемости будущего. Ведь если СССР не боится американской СОИ, зачем ему буквально заклинать Рейгана прекратить сию программу? Вывод у Рейгана и его людей напрашивался только один: на самом деле их «космический блеф» воспринимается Кремлем абсолютно всерьез, он его здорово пугает, и русская верхушка готова идти на уступки, лишь бы вырвать у США согласие на прекращение работ по СОИ. Ну а всякие воинственные заявления Г. — это так, попытка спасти лицо.
Затем, после перерыва на ленч, последовала вторая встреча. Горбачев удивил американцев, неожиданно заведя беседу о выводе наших войск из Афганистана. Мол, не помогут ли американцы в политическом урегулировании проблемы? То есть Г. с порога выказывал слабость и просил помощи у злейшего врага. Но Рейган тотчас использовал горбачевскую слабину и стал «наезжать» на нас. Разве, мол, только в Афганистане дело? Вы-де еще вмешиваетесь в дела Никарагуа, Камбоджи, Южной Африки. Г. вильнул в сторону и начал ныть по поводу того, что американские планы развертывания СОИ приведут к новому витку гонки вооружений и усилят угрозу ядерной войны. Блин, урод!