В Советском Союзе такого механизма не было. У нас увеличение оборонных затрат выливалось в ухудшение условий жизни. Я прекрасно помню, как в 1981 г. люди с тоской вспоминали жизнь в СССР 1974-го. Еще бы! Тогда на прилавках магазинов лежало мясо и колбасы, шоколадные конфеты и зефир, сыр нескольких сортов. А восемьдесят первый — это пустые прилавки и необходимость «доставать» массу элементарных вещей. СССР производил слишком много оружия (причем непродуманно), но не выходил на мировой рынок с конкурентоспособными проектами в космосе, энергетике, транспорте. У брежневской Москвы оставался лишь один резерв для повышения уровня жизни: продавать за кордон больше нефти и газа, зарабатывать валюту и тратить ее на приобретение импортного ширпотреба. Но этот резерв был практически исчерпан в «самоедские» семидесятые годы. Стоило Западу сбить мировые цены на нефть, и в СССР начиналось ощутимое падение уровня жизни. Чего Кремль страшно боялся.
Мы не могли создать своего «доллара». Так получилось, что во Вторую мировую войну русским пришлось сражаться за свою жизнь, тогда как Соединенные Штаты занимались тем, что уничтожали конкурирующие валютные системы британского фунта, рейхсмарки и франка. В итоге мы умылись кровью, а они сделали доллар мировой валютой, опутав планету своей финансовой системой. В 1971 г. США отказались от золотого обеспечения доллара. Отныне никто и никогда не мог заявиться в ФРС с мешками зеленых бумаг и потребовать взамен должное число золотых слитков. Теперь частная ФРС, фактически ни перед кем не отчитываясь, может эмитировать столько долларов, сколько сочтет нужным. ФРС — оплот Античеловечества и Сообщества Тени. Именно это и позволило властителям Америки в 1981 г. включить форсаж долларовой системы, привлекая для борьбы с Советским Союзом триллионы долларов извне и «из воздуха».
Однако это была крайне опасная политика. С 1981-го в Соединенных Штатах нарастает «пирамида» совокупного долга, а в мир выбрасывается все больше ничем не обеспеченных «зеленых». Конечно, благодаря этому Рейган получает возможность строить авианосцы и самолеты-»невидимки», а рядовые американцы — покупать по две-три автомашины на семью, но… Система становится неустойчивой. Нельзя заниматься подобным безнаказанно слишком долго. Нельзя потреблять, не работая, нельзя вгонять сотни миллиардов в программы вооружений. Форсаж можно включать лишь на короткий период, иначе разрушится двигатель. Даже в привычной нам реальности, где в холодной войне победили американцы, Штатам пришлось на четверть девальвировать доллар в 1985-м, чтобы с помощью инфляции раздуть доходы бюджета и справиться с платежами по государственным долгам. А в 1987-м Америка едва не впала в тяжелую экономическую депрессию.
Расчет у владык долларовой системы был один: пользуясь форсажем, успеть завалить СССР. Успеть сбить мировые цены на нефть и запугать Кремль. А затем «вскрыть» СССР и страны Восточной Европы, заставив их перейти на долларовые расчеты. Тем самым система расширялась и за счет советских ресурсов получала второе дыхание. Потоки русского сырья, технологий и «мозгов» должны были спасти доллар от обрушения.
При этом верхи Красной империи не должны были ничего предпринимать для того, чтобы нанести удар по неустойчивым финансам Америки, вызывая обрушение долговой конструкции.
Так и случилось! Мышление Кремля и Старой площади оказалось слишком стиснуто догматическими, примитивными рамками. В Москве даже не поняли, какой финт отчебучили в Америке, — и опустили руки, наповал сраженные картиной показного изобилия США. А изобилие-то было нездоровым и опасным!
Но властители Америки понимали: позднесоветская система слишком глупа и интеллектуально неразвита, чтобы нанести поражение противнику на финансовом фронте, победоносно завершив холодную войну в пользу СССР.
Ведь мы, не обладая аналогом доллара, действительно могли разрушить финансовую систему Запада, вызвав Великую депрессию а-ля 1929 г. Что для этого требовалось? Выиграть время. Втянуть США в чрезвычайно дорогие военные программы вроде космической системы противоракетной обороны, ответив на них дешевыми асимметричными вариантами. Вызвать удорожание нефти в мире, не останавливаясь для этого перед военными средствами. Объявить дефолт Польши по выплатам внешних долгов и убедить страны Латинской Америки пойти на аналогичные меры.
Мы могли вовлечь европейский капитал в масштабные проекты по созданию интегральных спутниковых систем совместного пользования, многоразовых аэрокосмолетов, транспортных коридоров через Сибирь и по линии Балтика — Волга — Каспий — Персидский залив.
Наконец, поступить так, как с 1978 г. поступает красный Китай. То есть использовать уникальную систему СССР как «Красной корпорации». Запустить сюда иностранных инвесторов под гарантии государства. У нас, мол, полно промышленных площадок с готовой инфраструктурой и миллионы прекрасно обученных работников. Давайте создадим совместные с СССР предприятия: вы завозите сюда оборудование и менеджеров. Нанимаете наших людей и платите им по 200–300 рублей в месяц: весьма приличные для советских времен заработки. 60 % произведенной вами продукции вы можете продавать на мировом рынке, а 40 % — обязательно внутри нашей страны. Взамен мы освобождаем вас от налогов, обеспечиваем стабильность и порядок.
Для этого необходимо было создать совместный с европейскими и азиатскими воротилами Банк экономического развития, где половина капитала принадлежала бы СССР. (Мы с Кугушевым описали этот сценарий в «Третьем проекте».) И тогда мы, превращаясь в огромный офшор, перехватывали бы мировые финансовые потоки. Инвесторам всей планеты выгоднее было бы вкладывать денежки в нас, а не в американские долговые бумаги.
Если же мы срывали капиталистический мир в кризис и депрессию, то могли, как Сталин после 1929-го, задешево закупать у Запада самые передовые технологии и производства, нанимать лучших управляющих и инженеров. В годину лихих кризисов западники идут на это с радостью. Они бы как миленькие прибежали к нам за энергоносителями, принялись бы строить инфраструктуру и новые предприятия за смешные деньги.
Мы могли бы начать такую финансовую войну. И использовать Польшу для нанесения первого удара!
Несостоявшийся «красный финансовый шторм»
… Польша объявляет дефолт. Советский Союз выигрывает сразу: ему больше не нужно опустошать свои золотовалютные резервы, помогая полякам.
Кризис охватывает европейскую финансовую систему. Несколько крупных банков оказываются на грани банкротства. Военный режим в Польше ужесточается. Финансовые передряги в странах Западной Европы больно бьют и по американскому финансовому рынку. Начинается биржевая паника. В попытке ее погасить европейские банкиры идут на попятный: они подписывают с Варшавой соглашение о реструктуризации долга и о рассрочке по платежам на тридцать лет. Но это тут же вызывает цепную реакцию интернациональных неплатежей в Латинской Америке. Бразилия, Мексика, Аргентина, Перу — все они заявляют о непосильности долгового бремени и о суверенных дефолтах. Американский финансовый мир жестоко лихорадит — он лишается притока десятков миллиардов долларов в год. Доллар опасно шатается, инвесторы лихорадочно избавляются от американской валюты и стремятся перевести капиталы в более безопасную Европу. Подскакивает в цене японская йена.