Лишившийся ноги штурмовой мех не мог остаться стоять после такой атаки. Он совершил почти грациозный пируэт, и рухнул на каменистую землю, сотрясая её.
— Первая кровь, — прокаркал Ален по той же частоте, которую ранее использовал Корбетт.
Ответ командира галактики был тихим, но сочился ядом.
— Вы поплатитесь за это.
Клановские войска немедленно отреагировали на тактику концентрированного огня коммандос. Все орудия Ягуаров повернулись к центру, к «Мэд Кэту» Синклера.
Сигналы систем оповещения заголосили о множественных захватах цели. Лейтенант попытался сменить направление движения, чтобы сбить их прицел, но он не успевал. Коннор весь напрягся в ожидании последующей атаки.
Над кабиной «Мэд Кэта» мелькнула тень, превратившаяся в «Тор» Доминика, опустившийся на струях плазмы так, чтобы оказаться между мехами Дымчатых Ягуаров и своим командиром.
Направив левую руку прямо в приближающийся «Даиси», Доминик предложил командиру галактики познакомиться с его самым опасным оружием на дистанции пистолетного выстрела. Корбетт тут же отвернул, оставив корпус повёрнутым к новой угрозе. Два оставшихся члена его копья заметили угрозу своему командиру и вместо «Мэд Кэта» теперь целились в «Тор».
Одна длинная очередь из стодвадцатимиллиметровой автопушки, вот и всё, на что оставалось время у Доминика. Снаряды обрушились на «Даиси», оставляя на левой руке штурмового меха полосу рваных дыр.
Затем «Тор» окутал разноцветный шторм лазерных лучей цвета самоцветов, за которым последовала лавина ракет и две болванки из гауссовых пушек.
Огонь и осколки так скрыли тяжёлый мех, что Коннор едва не пропустил момент, когда Доминик отстрелил фонарь кабины и взлетел в воздух на катапультируемом кресле. Лейтенант открыл канал связи с коммандос.
— Соренсон, Доминик скоро приземлится где-то у вас. Присмотрите за ним.
Жертва не была напрасной. Не только защитив командира, Доминик заставил Дымчатых Ягуаров разорвать строй. Корбетт действовал в первую очередь, чтобы защитить себя, не думая о своих людях. Ещё одна разница между понятиями «сражаться на одной стороне» и «сражаться вместе». Теперь «Колдрон Борн» остался на правом фланге в одиночестве.
Вместо того, чтобы попытаться отвлечь Коннора и прикрыть своего подчинённого, командир галактики обогнал «Мэд Кэт», чтобы атаковать единственный штурмовой мех коммандос, «Сандер». Аллен уже отходил назад, чтобы оттянуть Корбетта ещё дальше, и Коннор повернулся к «Колдрон Борну», надеясь с помощью Эпоны вывести его из боя.
Однако много помощи от неё получить было уже нельзя.
В короткой, но жестокой дуэли «Аватар» уже потерял правую руку, а с ней — своё лучшее оружие. Теперь при перестрелке почти в упор её РДД были также бесполезны. Эпона смогла срезать большую часть бронезащиты гауссовой пушки «Колдрон Борна», но ей не удалось уничтожить оружие.
Приземистый «Колдрон Борн» обстрелял мех коммандос из лёгкой автопушки и одного лазера, терзая левый бок «Аватара», а затем пробил ослабленную броню выстрелом гауссовой пушки, чтобы вскрыть защиту термоядерного реактора. Золотое пламя вырвалось наружу, пожирая всё вокруг расширяющегося огненного шара.
«Аватар» разорвало на несколько частей сильным взрывом, на мгновение ослепившим Коннора.
— Вижу её, — сказал Аллен. — Она катапультировалась успешно.
Моргая, чтобы справиться с остаточным изображением взрыва на сетчатке, Синклер не стал искать паракрыло своего воина на фоне бледного неба Транквила. Вместо этого он навёл прицел на силуэт «Колдрон Борна» и дождался, когда будет произведён захват цели и прицел превратится из красного в золотистый. А затем выстрелил по шестидесятипятитонному омнису из всего своего вооружения, послав к чёрту выверенную кривую нагрева «Мэд Кэта».
Лазеры ударили в бок вражеской машины, ракеты на максимальной дистанции осыпали серией небольших взрывов приземистый «Колдрон Борн».
Однако отомстил за «Аватар» выстрел из гауссовой пушки. Болванка попала в левую «щёку» выходящей вперёд головы меха, и прошла насквозь через кабину. Мех опрокинулся вправо, развернувшись кабиной вправо и вниз, погребая пилота под горой миомера и металла.
Волна жара обрушилась на кабину «Мэд Кэта», мгновенно испаряя пот на руках и ногах. Плечи Синклера болели от постоянного напряжения, это была третья битва за день, но у лейтенанта не было времени сделать с этим что-либо.
— Хорошо, — прошептал Коннор под нейрошлемом, голос прозвучал громко для него. — Скоро со всем будет покончено.