— Вельт? — Амир резко выпрямился. — Но он же...
— Был в изоляции после провала последней операции. Верно. — Тёмнокожий мужчина, которого Алексей видел впервые, кивнул. — Однако «Новый путь» освободил его специально для этой миссии. Они придают исключительное значение изменению данной исторической точки.
Алексей внимательно смотрел на голограмму, стараясь осмыслить услышанное. Выбор веры. Даже с его базовыми школьными знаниями истории он понимал — это событие определило цивилизационный код России на тысячелетие вперёд.
— Если Владимир примет не православие, а, скажем, ислам... — начал он, и голос его прозвучал хрипло. Он откашлялся. — Вся история Восточной Европы пойдёт по-другому?
— Россия станет частью исламского мира, — закончила Элара. — Или — если Вельт склонит князя к западному христианству — окажется в орбите влияния Рима и Священной Римской империи. Это запустит каскад изменений, затрагивающих всю мировую историю. Монгольское нашествие, крестовые походы, Реформация, колонизация Америк, мировые войны... — она замолчала, давая Алексею время осознать масштаб. — Мы потеряем не только Россию, которую вы знаете. Мы потеряем весь современный мир.
— И вы хотите, чтобы я... что? Отправился туда? — Алексей услышал собственный смех — короткий, нервный. — Я не историк...
— Вы идеальны для этой миссии, Хранитель Новиков. — Элара подошла ближе, и он разглядел золотистые искры в её глазах — результат генетических модификаций, как объяснял Амир. — Русский, знакомый с культурой и историей страны. С опытом работы в древнерусском периоде — ваша миссия в шестнадцатом веке была именно там. И, что критически важно, вы уже сталкивались с агентами «Нового пути». Знаете их методы.
— Но десятый век... — Алексей почувствовал, как холодеет спина. — Это на шесть столетий раньше времени Ивана Грозного. Другой язык, другие обычаи...
— Пройдёте ускоренную подготовку. — Мартин поднялся из кресла, подошёл к голограмме, и она изменилась, показывая структуру человеческого мозга. — Мы загрузим расширенный лингвистический пакет. Он обеспечит не только понимание древнерусского языка того периода, но и владение византийским койне — языком ромейской элиты и духовенства.
Мартин сделал жест, и на голограмме вспыхнули красным моторные центры мозга.
— Кроме того, в подкорку будет вшит модуль мышечной памяти рук — инстинктивное владение колющим оружием. В десятом веке кинжал за поясом порой оказывается убедительнее любых слов, и вы должны уметь пустить его в ход не задумываясь. И, наконец, с вами отправится опытный Хранитель.
Алексей посмотрел на Амира — неужели...?
Но тот покачал головой:
— Не я, друг. У меня другое задание. — И добавил с лёгкой усмешкой: — С тобой пойдёт кое-кто более... аутентичный для той эпохи.
Из тени в дальнем конце зала выступила женщина, и Алексей удивился, что не заметил её раньше. Высокая, с царственной осанкой воительницы, она двигалась бесшумно и грациозно. Тёмные волосы были заплетены в сложную косу с вплетёнными серебряными нитями. Серые глаза смотрели прямо, оценивающе. Алексей почувствовал на себе этот взгляд — словно она заглядывала в душу, взвешивала, оценивала его достоинства и слабости.
Одежда была простой — тёмная туника и штаны, но носила она их так, словно это были королевские одежды.
— Ярослава специализируется на древнерусском периоде, — представила Элара. — Она будет вашим проводником и куратором.
Женщина кивнула — коротко, почти по военному:
— Зови меня Яра. — Голос низкий, с хрипотцой. — Я родилась в Киеве одиннадцатого века, через несколько десятилетий после событий, которые нас интересуют. — Она на мгновение замолчала, вглядываясь в пустоту. — Я знаю тот мир изнутри, Алексей. Его запахи, звуки, опасности. Я научу тебя не просто выживать там — я научу тебя быть частью того времени.
Алексей медленно кивнул. Он всё ещё не до конца привык к тому, что Хранители рекрутировали людей из разных исторических эпох. Перед ним стояла женщина, родившаяся тысячу лет назад. Реальная жительница Древней Руси, ставшая путешественницей во времени.