Бенджамин ещё немного поговорил с союзницей, а после и сам пошёл в пляс. Видимо выпитый хмель слегка развязал мысли, лишил скованности. И всё было хорошо до того момента, пока буйный Иосиф не решил бросить вызов выходцу из дюн в хмельной дуэли. Пили они много, и felis пал после трёх кружек, в то время как его собутыльник подскочил и прокричав что-то нечленоразделительное, поплёлся справлять нужду, применяя тактику "чем ближе к земле тем лучше". Голоса будут звенеть до утра, музыкальные инструменты умолкнут лишь с первыми лучами, а существа разойдутся по домам, только после похмелья. Это была победа, заслуженная и радующая всех.
Он погряз в болоте размышлений, придумывания стратегий и планах на будущее. Червини забыл про трапезу, не обратил внимания на письма и был всецело поглощён думами о Бенджамине Патоне. Вернее будет сказать о его генах, и тех невероятных возможностях, что даст ему изучения его генокода. Но для того, чтобы это осуществилось, понадобится его тело, живое или мёртвое. В ущелье случилось недоразумение, и созданное учёным существо встретило свой, крайне незаслуженный полагает хозяин лаборатории, конец.
Пальцы стучали по столу, на улицах сновали существа, все как один радостные. Это слегка бесило Червини, ведь он радовался лишь при успехах, которых на данный момент, нет и в помине. Более того: его существо погибло, и учёный уверен, что руку к этому приложили третьи силы. Об этом он узнает завтра, во время Совета, на котором и будут присутствовать все важные персоны. Они начнут изучать биографию новичков и уж тогда всё тайное станет явным. Все, абсолютно все детали предстанут перед взором Червини, и он сможет понять с чем имеет дело. Ну а пока… Пока учёный будет ждать подходящего часа, чтобы своими руками, разделать тело Бенджамина Патона, того что самозванец, и выявить скрытый, уникальный, генокод…
Интерлюдия 2
— О Господи, укажи мне на грех мои, чтобы смог я сыскать искупления, чтобы снять печать нечистой силы и снова служить…
— Какая душещипательная речь Иосиф.
Он появился внезапно, резко, молниеносно, будто бы порыв ветра. Демон, чей шаг был лёгок, а одеяния покачивал ветер, подошёл к упавшему на колени homo. Такое положение мужчина занял не молитвы ради, стоять на ногах мешал выпитый хмель. Звуки гулянки доносились до ушей встретившихся, но не могли помешать предстоящему разговору.
— Вижу ты исполнил мой первый приказ. Какой молодец. Как хороший хозяин, хорошего раба, я должен как-то наградить тебя, чтобы победы ассоциировались с лакомством, как при дрессировке животины. Итак, Иосиф, чего же ты хочешь? — спросил бы глупый хозяин, который даёт своей игрушке слишком много воли. Я же, будучи хозяином далеко мыслящим, уже решил за тебя и разобрался с небольшой проблемой, вставшей на нашем пути. Не благодари Иосиф, я знаю ты рад.
Homo глядел на демона пустым взглядом, а когда тот замолк в порыве злости кинулся на своего хозяина, без мыслей, без желаний. Выпитая сивуха мешала ясно видеть, картинка перед глазами то и дело скакала, и демону не пришлось прибегать к помощи магии, чтобы сдержать своего раба в узде. Впрочем, это не помешало ему отвесить мужчине хлёсткую пощёчину, повалив того на землю и схватив за шкирку, нависнуть над лицом пьянчуги.
— Иосиф, не знаю, право, что твой пропитый мозг надумал, но имей в виду: я твой хозяин, который, поверь мне, тратит большое количество злати и сил, чтобы поддерживать твоё гнусное, противное, мерзкое тельце на этом свете. Мой перстень помог тебе, и не раз, так будь хотя бы за это благодарен и выполни мой приказ без соплей и жалоб!
Лицо homo скривилось, будто бы пародируя появившегося из чрева младенца. Он тихо заскулил, закрыв глаза и распластавшись на земле. Стоило демону отойти, и мужчина принял позу эмбриона, на инстинктивном уровне желая защититься.
— Вот что Иосиф, слушай второй приказ: Вас, я имею веду тебя и твоих дружков, впереди ожидают мучительные тренировки; но можешь не переживать, мой перстень не позволит тебе умереть и когда каторга подойдёт к концу, у тебя, мой дорогой плебей, будет возможность оказаться в королевском замке, тогда-то, и только тогда мы и встретимся. Не разочаровывай меня Иосиф, и не заставляй забирать слова назад. Год. Столько пройдёт с нашей последней встречи, и я очень надеюсь, ты не наделаешь глупостей, к которым тебя так и тянет.
Демон исчез также внезапно, как и появился. Магия, чары, демонические предметы — что это было homo не знал, но упиваясь своей нелёгкой ношей тихо скулил лёжа на земле. Это лишь начало — понимало существо и перспективы дальнейшей жизни, отнюдь не радовали.
Глава 4
"Первые Авантюристы представляли собой отважных рыцарей, спешащих на помощь в любую непогоду. Сейчас, спустя много лет, представление о героях извратилось и оные стали не более чем наёмной силой, к которой можно прибегнуть для разрешения любого конфликта. С появлением избавителей от заморской чумы была придумана система рангов, чтобы различать истинных героев и тех кто в подмётки им не годится. Именная табличка на груди содержит множественную информацию о владельце и позволяет пользоваться открывающимися преимуществами. Чем дороже сырьё, из которого была изготовлена табличка, тем больше спроса с её носителя. Но недостаточно найти дорогой камушек и выплавить себе табличку, перед этим следует получить разрешение от правителя одного из пяти королевств, который благословит и даст разрешения. За этим следует Совет, где заседают самые прославленные умертвители страховидл королевства, оные решают достаточно ли прославился проситель, и если их ответ положительный, существу позволяют присвоить новый ранг. Тогда и только тогда авантюрист получает возможность носить свою, не иначе как заслуженную, небольшую, подвешенную на цепочке, табличку с краткой информацией о владельце. Те кто пытаются обойти буквы закона, ждёт суровая кара."
Эмбер Солёная; выдержка из книги "Правила Авантюристов".
Спустя почти три года, заседания Совета вновь объявили открытым. В одном из коридоров замка, идя по которому можно лицезреть множественные предметы декора: диванчики, столики и разнообразные латы с оружием из личной оружейной короля; стояло существо проказливое, лукавое и очень шутливое. Это был Афалион Хохотливый, который несмотря на своё прозвище, сегодня, что было настоящим нонсенсом, надел маску серьёзности и бубенцы падающие на его плечи, свисающие с алого колпака, совершенно не походили новому амплуа шута. Он, как и всё королевство, был потрясён интереснейшими новостями: "Из ущелья выбралась свежая кровь" — кричали крестьяне. "Новые авантюристы спешат на стражу нашего покоя" — поддакивала им знать. А для Афалиона подобная информация была крайне любопытна, потому как имела ценность в его интригах и следует как можно скорее разузнать об умельцах, из-за которых и был призван Совет.
Как только шаги в коридоре донеслись до слуха шута, тот оживился, вновь на его лице заиграла улыбка и бубенцы запрыгали вместе с хозяином, который вприпрыжку побежал встречать гостей, сопровождая их своими надоедливыми речами.
— Ой госпожа Крузана, как милы и очаровательны ваши очи. Как хорошо вы сегодня выглядите!
— Ай, сэр Ватрувий, вы, как всегда, в начищенных до блеска доспехах.
— Маэстро Червини, моё почтение светиле науки, порадуете нас новыми изобретениями?
— Как тактично, хо-хо, и крайне вовремя, мастер Курви, вы заглянули к нам на огонёк. Прошу в зал Совета.
Шут остановил свой словесный поток только при приближении короля: низкого, с собранными в хвост тёмными волосами и морщинистым лицом, указывающим на множественные думы. Он быстро миновал прислугу и стал последней важной фигурой, в предстоящем разговоре. Афалион запер двери зала, где намечалось собрание и встав по левое плечо от своего господина, навострил уши изображая наитупейшее выражение лица. Никто не смог бы заподозрить полоумного шута в сборе информации, а тому было это лишь на руку. Но несмотря на свою идеально сыгранную роль, Хохотливый понимал одну простую истину: король всё знает и позволяет доносить о делах королевства ровно столько, сколько выгодно ему. Повисла тишина, все заняли свои места за огромными стульями не унижающими мутационные меньшинства и четырёхугольным столом.