Первая часть задания данного Адамом была завершена, и жители Верхнего мира с нетерпением ждали когда смогут приступить к следующей, представляющей собой освещение святой водой плечей посвящающихся в защитники королевства. То будет завтра, а сейчас прилетевших, ожидает отдых…
Этой ночью, любой из смельчаков, кто осмелился подойти бы, достаточно близко к окошку высокого здания, с прекрасным фонтаном и пейзажной фреской; без труда лицезрел бы гнев хозяина дома. То был Червини, измеряющий шагами свою кухню. Существо негодовало, ведь его план встретился с очередным провалом. Более того, сложно приготовляемая сыворотка, затерялась в неизвестной истории, где отважный герой смог побороть зло; теперь злу предстоит предпринять ещё одну попытку, на сей раз, не рассчитывая на третьи лица.
Да, да, только своими руками! — твердил Червини — Ибо скудоумие существ портит даже самые изощрённые замыслы. В воздух взметнулась сковородка, полетели столовые приборы — учёный знавал злость; что приняла облик сокрушительного провала и теперь маячила перед лицом злого гения, со словами "провал! это провал!". И это, в самом то деле, был провал — понимало существо.
Отныне не будет больше хитрых замыслов и закулисной игры, теперь Червини встретится со своей целью лицом к лицу — так сказал себе учёный, не кривя душой и отрекаясь от мысли бросить свою задумку связанную со скрытым геном felisa. Он слишком долго не оправдывал свой статус почётного учёного, магистра эзотерики и важного деятеля царства интеллектуалов. Данный ему шанс ускользает подобно мокрой рыбёшке, но даже её можно поймать, приготовив сети покрепче.
Завтра — твердил маг, с алым от злости лицом — завтра я захвачу тело самозванца и будь что будет! В лучшем случае стану отнекиваться, до тех пор пока проводятся эксперименты, в худшем, покину королевство и обрадую наших славных соседей. Как бы то ни было, злой гений твёрдо решил рассчитывать только на себя и на завтрашней церемонии посвящения, завладеть телом Бенджамина, во что бы то ни стало…
Интерлюдия 4
Это случилось ночью, во время гулянки устраиваемой Крузаной по случаю возвращения себя любимой и своего отряда в целости и сохранности. Наставницей уже были отданы соответствующие команды, одна из которых обязывала батраков забрать части монстра с недавно посещённой ей деревни. В тот час когда Бенджамин хвалился своими подвигами рабочим, а остальные разбрелись по широкому залу, Иосиф, на удивление более чем трезвый, готовился к нежелательному замыслу.
Homo крутил в руке небольшой кинжал, которым и было запланировано убийство жителя Верхнего мира. Об этом мужчина думал с неохотой, и каждый раз при воссоздании образа небесного создания, скрипел зубами, понимая на что себя подписал. Но выбора у него не было, и будто бы в подтверждение этих слов, сталь перстня обхватила палец до ломоты в костях. А следом послышался противный, едкий со львиной долей яда, голос:
— Готовишься? Молодец, хвалю. — Кериф появился внезапно, как и всегда; демон вышел из тени навеса, где точили мечи и чинили броню.
Иосиф не стал отвечать, яростными движениями проходился точильным бруском по стали кинжала. Его меч, тот, что вкусил кровь монстров, лежал рядом; будь у него сознание, он стал бы гадать: использует ли его хозяин, или же отложит до лучших времён? Из усадьбы послышался хохот; липкий пот проступил на лбе homo от слишком жаркой ночи. Но этот жар не мог сравниться с волнениями героя, что находили выход в мокрых ладонях и нервных морганиях.
— Принимать король вас будет вечером, а значит идеальное время для удара — сегодня днём. — и снова homo не ответил, вгоняя кинжал в ножны; его руки нависли над оружием, будто бы потеряв цель — В замке будет суматоха, и проскользнуть в комнату, что находится в северной части замка короля, не составит труда. Стража вовремя отвернётся, и ты…
— Зачем? — вопрос прозвучал тихо, но для Керифа стал ударом грома.
— Прости?
— Зачем тебе жизнь ангела? Или ты издеваешься надо мной, просто играешь?
Повисло молчание, демон вглядывался в трезвые глаза Иосифа, а тот отражал взгляд стеклянной тяжестью. Звуки из усадьбы стали ближе, судя по всему Ина перебрала лишнего и была вынуждена ретироваться с гулянки на свежий воздух. Но женщина не стала бы свидетелем разговора раба и хозяина, потому как находилась по ту сторону здания. Дождавшись пока гул стихнет, Кериф дал ответ:
— Душа — это уникальный ресурс для любого демона. Чем больше душ в коллекции, тем выше авторитет среди тебе подобных. А теперь представь свою душу: грязный камушек, весь липкий и тёмный как сажа; то ли дело душа ангела: сверкающе чистая, подобно кристаллу. Я дал понятное объяснение?
— Ты сказал убить ангела, но не забрать его душу. Как я…
— Твой перстень связан с моей сущностью. Если говорить так, чтобы твой скудный ум понял: ты делаешь мне жертвоприношение убивая во славу своего хозяина.
— Версия без подробностей?
— У нас есть время на подробности?
Homo лишь слабо ухмыльнулся, закутывая меч и кинжал в дорожный плащ; в нём герой отправится на покушения, забирать жизнь ангела, чья душа станет игрушкой в руках демона. Кериф с неким восторгом наблюдал за действиями раба, радуясь его податливости. Впрочем, у Иосифа не было выбора, возможно те муки, что обрисовал ему демон в случаи неповиновения, были утрированы; в любом случае, ничего хорошего с этого бы не вышло, потому подчинение — вот единственный выход для мужчины.
— Ты получишь достойную награду за свои труды. Постарайся на славу — последнее, что сделал Кериф, перед тем как уйти, использовав пряник, оставляя кнут в углу. Он понимал весь риск замысла, и потому расщедрился на злать и дал на руку многим стражником замка, чтобы те отвернулись когда придёт время. Дальнейший план был всецело доверен в руки Иосифа, и это отчасти нервировало жителя Нижнего мира.
Когда демон исчез, Иосиф запрятал свои приготовления и остаток ночи провёл в кругу товарищей, забываясь в хмели и надеясь, что рассвета не будет. Сегодня сивуха пьянила иначе; не пережёвывала мысли, оставляя скрученные финтифлюшки. Она, наоборот, будто бы прояснила дорогу до цели, освещала путь. Мужчина ясно понимал, что должен сделать, и каждая мысль об этом заводила сердце с удвоенной скоростью. Ближе к утру, когда переживания стали невмоготу, герой уснул, прямо за столом, свержённый сложностью бытия и хмельными напитками.
Глава 12
"Существа любят устраивать праздники; демоны проводить баллы; ангелы отдыхать на пикниках вокруг святого древа. Всё сводится к одному — праздник есть ничто иное как радость, а радостные лики видеть приятнее всего. Множество торжеств знают в Лутергоге, но пожалуй одно из самых важных, и интересных — это освещение авантюристов. В тот день все улицы забиты людом, торговцы спозаранку ставят на прилавки свои товары; особенно удачные торги проходят у пекарей и гонщиков вин. Эти лавки существа обступают в первую очередь. А дальше, когда в руке кусок булки и хмельной напиток, можно и отправляться на представление. То действительно интересно! Сам король Эверсета окропляет стальной клинок, блестящий в солнечном свете, водой из святого источника; той самой, что привезли стоящие позади правителя ангелы. Далее гул толпы затихает и начинающие авантюристы предстают перед правителем на колени, склоняя голову и принимая на свои плечи тяжелую ношу, клятвенно обещая служить мечом и щитом всем жителям королевства. Всё заканчивается массовой гулянкой, на которую собираются все, от мала до велика; от батрака до знатных господ. И гулянка заканчивается лишь на рассвете следующего дня…"
Рекфор странник; отрывок из дорожной книги "Земли Среднего Мира"; глава посвящённая Лутергог у.