Арбалет упал на пол и выстрелил.
Тяжёлый стальной болт свистнул в воздухе и вонзился в полку на стене, рядом с головой Вильгельма, который продолжал неподвижно сидеть на своём месте. Учитель короля покосился на болт и перевёл глаза на Фридриха, который продолжая висеть на руке десятника, принялся изо-всех сил пинать его ногами, обутыми в кожаные остроносые туфли.
Марквард фон Аннвайлер пересёк комнату, пододвинул к себе тяжёлый дубовый стул, убрал меч в ножны, уселся и посоветовал:
- По яйцам, по яйцам, Ваше величество, чуть ниже… Вот так!
Пинок достиг цели.
- Твою… - выдохнул десятник и свалился на пол вместе с юным королём.
- Есть! – вскинул сжатый кулак герцог. – Браво, мой король!
Мальчик вскочил на ноги. Его рот был испачкан в крови десятника, глаза бешено сверкали.
- Не подходи! – крикнул он, сжимая кулаки.
Десятник на четвереньках отполз в сторону и, кряхтя, поднялся.
Солдаты сочувственно отводили глаза.
Марквард фон Аннвайлер поднялся со стула.
- Не подходи! – опять крикнул Фридрих, содрал с себя куртку и рванул на груди белую шёлковую рубаху.
- Тихо, тихо, - насмешливо произнёс герцог. – Умерьте пыл, Ваше величество, всё уже закончилось.
- Всё закончится, когда я решу! – выпрямился юный король. После чего медленно, с усилием, провёл ногтями по груди. Сначала левой рукой, затем правой.
Шесть кровоточащих царапин крест-накрест прочертили королевскую грудь.
- Впечатляет, - сказал герцог уважительно. – Надеюсь, теперь всё?
Тяжело дыша, юный король не сводил с герцога яростного взгляда.
«Ух, змеёныш, - подумал Марквард фон Аннвайлер, - прямо насквозь прожигает…»
- А вы похожи на своего деда, Ваше величество, - сказал он добродушно. – Великий был человек!
- У меня было два деда, - буркнул Фридрих, остывая.
- Я имею в виду императора, конечно. Фридриха Первого, Барбароссу, - продолжил герцог – Глаза у вас те же. Пророчу вам великое будущее и надеюсь послужить вам так же верно, как служил вашему деду и отцу, - от склонил голову. – Во славу Божью.
- Те, кто хочет служить, просят об этом, а не приходят с обнажённым мечом, - сказал Фридрих. Мальчик стоял, подбоченясь, перед герцогом, словно гордая смелая мышь перед старым опытным котом. Рубашка разодрана, грудь расцарапана, губа закушена, непокорная прядь волос упала на глаза.
- Ваше величество, позвольте я позову врача, - подал голос учитель Вильгельм. – Ваша грудь…
- Пустяки, - нетерпеливо дернул головой Фридрих. – Потом. Лучше дай мне новую рубашку и помоги одеться.
- Вы ещё слишком юны, Ваше величество, - сказал Марквард фон Аннвайлер. – И не всегда можете отличить, кто вам друг, а кто враг. Мой обнажённый меч – это меч друга. Ваш опекун, Джентиле Манупелло, трусливо сбежал, бросив вас и своих солдат. Вы знали об этом?
- Он мне сообщил, что отправляется в Мессину, за провиантом…
- И вы, конечно, поверили.
Фридрих вопросительно посмотрел на Вильгельма.
- Увы, Ваше величество, это правда, - отвёл глаза учитель. – Провианта у нас достаточно. Я не хотел вас огорчать.
- Вот золото, которым он заплатил за то, чтобы я его выпустил из крепости и города, - герцог полез под кольчугу и бросил на стол кожаный мешочек. Мешочек солидно звякнул. – Это ваше золото, Ваше величество, заберите. Мне чужого не надо.
Король секунду раздумывал. Наконец, кивнул Вильгельму:
- Возьми. Будешь выдавать мне по первому требованию. Смешно, наконец-то у меня появились собственные деньги, - он закинул голову и неожиданно звонко, по-мальчишески, рассмеялся.
- Вам стоит лишь приказать, Ваше величество, и у вас будут деньги на всё необходимое, - сказал Марквард фон Аннвайлер уверенно. – Отныне, с вашего позволения, я буду вашим опекуном и не позволю, чтобы вы испытывали недостатка хоть в чём-то.
- И ты расскажешь мне, как служил моему деду и отцу? – спросил Фридрих, чьи глаза снова загорелись. Но уже другим, не злым огнём. – Про сражения и походы?
- Обязательно! Чёрт возьми, мне есть, что рассказать Вашему величеству, уж поверьте!
- Позвольте заметить, Ваше величество… - снова подал голос учитель.
- Не позволю. Где моя новая рубашка, Вильгельм? И позови уже врача, так и быть. Заодно можешь распорядиться насчёт ужина, я хочу есть, - Фридрих по-взрослому, с тенью горечи, усмехнулся. – Благо, продовольствия у нас достаточно. Предлагаю вам отужинать со мной, герцог, - обратился он к Маркварду фон Аннвайлеру. – Мне не терпится услышать ваши истории.
- Почту за честь, Ваше величество, - опять склонил голову герцог и подумал, что на этот раз завоевание Сицилии проходит для него, кажется, более успешно, чем когда бы то ни было.