— То есть такая у Фрадкова, оказывается, была концепция — если бы он тогда не приостановил реформы, то снесли бы меня самого, — рассказывает нам Чубайс.—Желающих конечно же всегда было достаточно. Хотя, вероятно, Фрадков действительно знал больше меня по этой теме.
Получить комментарии по поводу этой истории от Фрадкова не удалось. Греф сейчас допускает, что премьер-министр мог говорить это фигурально — в том смысле, что спешить с реформой электроэнергетики нельзя было ни в коем случае:
— Михаил Ефимович был известный мастер гротеска и всевозможных сравнений — ну и осторожно относился к реформам, конечно. Но в том, что спешка в таких случаях дорого обойдется обществу, он, пожалуй, прав. В этом смысле лучше 150 раз взвесить, прежде чем отмерить. Конечно, с реформой мы чуть-чуть опоздали, надо было дойти чуть-чуть пораньше, но тем не менее качество было предпочтительнее скорости. А противником реформы электроэнергетики Фрадкова я бы не назвал.
С тех пор как Михаил Ефимович Фрадков сменил премьерское кресло в Белом доме на погоны руководителя Службы внешней разведки, от него не слышно ни слова ни о Чубайсе, ни о реформе электроэнергетики страны. А уж тем более о том, что вся эта реформа придумана мировой закулисой для развала целостности страны и геноцида российского народа. Хотя Михаил Ефимович, как было сказано, и олицетворяет собой радеющих за державу сотрудников спецслужб, для которых подобные высказывания довольно органичны.
А вот абсолютно гражданский энергетик с сорокапятилетним стажем Виктор Васильевич Кудрявый еще и не такое может загнуть.
— А кто вам сказал, что должно быть энергоснабжение? Почему-то у нас снабжения мороженым в стране нет, а энергоснабжение должно быть, — с негодованием приводит бывший замминистра топлива и энергетики давнее высказывание Чубайса. И, распалившись, выдает: — Это кто так может рассуждать — нормальные люди или фашисты?
Правда, при этом Кудрявый почему-то умалчивает, что Чубайс говорил о неплательщиках за электроэнергию, огромные долги которых в конце девяностых фактически поставили электроэнергетику на грань остановки.
С поста замминистра Кудрявого сняли в 2001 году после того, как он несколько раз демонстративно проголосовал на заседаниях совета директоров РАО вопреки директивам своего начальника Виктора Христенко. Заслуженный энергетик перешел на тактику партизанской войны в Госдуме. Там у него среди депутатов нашлось немало сторонников. То, что пакет законопроектов об электроэнергетике, задающий конфигурацию модернизированной отрасли, Дума тормозила целый год, энергетик ставит в заслугу себе и своим товарищам.
А вот на чиновничьем посту, как он с сожалением отмечает, реальных результатов в борьбе с Чубайсом удавалось добиться нечасто. Ресурса, говорит, не хватало, у противников его было явно больше. В подтверждение тезиса рассказывает такую историю:
— Весной 2001 года один замминистра (топлива и энергетики. — М.Б., О.П.) меня вызывает и говорит: Виктор, кончай, все бесполезно. Касьянов (в ту пору премьер-министр.—М.Б., О.П.) будет бегать быстрее Чубайса, потому что чешская сделка прошла. Я сперва не понял, в чем дело. Проходит несколько недель, Касьянов подписывает 526-е постановление о реформе электроэнергетики, а потом мы узнаем из прессы о сделке с чешскими долгами. Помните, как Чехия советский долг в 2,5 миллиарда долларов продала за 550 миллионов чешской фирме “Фалькон”? А через какое-то время Анатолий Борисович Чубайс выкупает этот долг у “Фаль-кона” за 800 миллионов долларов. Понимаете, что стало с разницей? С этими 250 миллионами?
— Ну а как они были поделены и кем — доказательств у меня, конечно, нет, — предусмотрительно добавляет Кудрявый.
Сделка между Россией и Чехией по урегулированию задолженности бывшего СССР была действительно необычной по технологии. Долг у правительства Чехии по итогам тендера выкупила чешская фирма Falkon с дисконотом 84 процента (за 400 миллионов долларов). Потом она этот долг продала РАО “ЕЭС” за 800 миллионов долларов, а российский Минфин в рамках расчетов по долгу зачел налоги РАО и ее поставщикам уже на 1,35 миллиарда долларов. Сама фирма информацию о себе не раскрывала. Как выяснила в свое время газета “Ведомости”, учредителями компании с уставным капиталом в 93 ООО долларов были некие Паата Мамаладзе, Аристакес Алавер-дян и Важа Кикнавелидзе. Участие Falkon в крупной международной сделке российская сторона объясняла тем, что такого партнера выбрала чешская сторона. По словам Андрея Раппопорта, еще в 2000 году чешский Минфин рекомендовал Falkon для обслуживания процентов по российскому долгу. В то время фирма продавала электроэнергию РАО в Белоруссию, а полученную выручку отдавала в бюджет Чехии в счет задолженности бывшего СССР. Чешское правительство эту ситуацию не комментировало.