Я довольно улыбнулась.
– Да, с местью она пролетела. Теперь Даниэль может спасть спокойно. И я тоже.
– Хищница, – рассмеялся Мечислав. – Как же я рад, что ты у меня есть.
– А я-то как рада! Побудем здесь еще немного?
Мечислав вздохнул.
– Нам надо возвращаться. Нам надо еще многое решить до утра.
Деревья возмущенно зашумели. Но я знала – насильно нас удерживать не станут. Нас просто всегда здесь ждут.
Я погладила траву ладонью.
– Я тебя люблю.
Кого я имела в виду? Мечислава? Или свою заповедную поляну? Не знаю. Я просто любила. Обоих. И кажется, оба приняли это на свой счет.
Ветерок мягко растрепал мне волосы, скользнул по щеке, словно говоря – и я тебя тоже. Вампир поцеловал в щечку.
– Домой?
– Домой. Пора домой, – отозвалась я.
И провалилась в черноту, чтобы в следующий миг открыть глаза в своем теле.
– Юля, ты в порядке?
Вадим. А почему я лежу? И где Мечислав? И лежать так неудобно?
– Ты потеряла сознание, – Вадим словно мысли читал. – А Нед сказал, что все будет хорошо. Но я все равно волновался.
Я улыбнулась другу.
– Ты у нас вообще чудо.
– Я больше оценю чудеса, если смогу встать, – это явно Мечислав. И откуда-то… снизу!? Я что – на нем лежу!?
– Извините, шеф. Юль, ты не попробуешь подняться?
– Сам подними. Ты же вроде вампир, так что сильнее человека.
– А радикулит?
– А совесть?
Вадим подхватил меня и поставил на ноги. Оказалось, что я и правда лежала на Мечиславе. М-да. Видимо, когда я на него упала, меня просто перевернули. А переложить было нельзя?
Это же спросил и Мечислав. Но Вадим выглядел невинно, как только что написавший в тапки котяра.
– Шеф, так вампиры же не болеют. А Юля – девушка. Полежит на полу – и рожать не сможет. Вот вы детей хотите?
Я только рот открыла.
– Детей!?
– А то! Юль, господь заповедовал плодиться и размножаться, ты не в курсе?
Нед, тихо стоящий у дверей, рассмеялся.
– Мечислав, я понял, почему ты терпишь этого нахала. Значит так, если я остаюсь у вас – отрядишь мне его на первое время в сопровождающие.
И оскалился так, что крокодилы бы за главного приняли.
Такого детского изумления на лице Вадика я вообще никогда не видела.
Умница, Нед.
Зачет.
Честно признаться, смертей всех остальных Елизаветиных подручных я не видела. Владимира в дохлом виде мне тоже не показали.
Как Мечислав сказал – незачем.
Я и не настаивала.
Накатила дикая усталость. Вот наступит рассвет – и я хлопнусь на кровать – и усну. И плевать, что на соседней половинке кровати будет лежать Мечислав. В таком состоянии я усну не то, что рядом с вампиром – в гробу и на кладбище!
А пока пришлось встряхнуться – и кое-как доползти до кабинета Мечислава.
Кажется, это и называется – Высокое собрание?
Всего второй этаж, но сколько пафоса!
Из присутствующих – Мечислав, Нед, Олег, Вадим (как голос за кадром и официант), я, Шарль. Оборотней не позвали. Валентин, конечно, обидится. Но – переживем.
Первым слово взял Мечислав, как хозяин дома.
– Подведем итоги. Елизавета мертва. Ее клан теперь мой.
– И чем это нам грозит? – поинтересовалась я.
– Мне придется съездить в другой город. Поедешь со мной?
– На каникулах. Хорошо?
– Договорились. Какое-то время это все подождет. Вадим, кстати, кроме тебя мне послать некого. Так что не обессудь…
– Есть кого, – Нед постучал пальцами по столу. – Мечислав, я уже говорил – мне необходимо тесное общение с Юлей. Так что я хочу остаться в твоем городе. Ты даешь разрешение?
– Разумеется.
Ага, колхоз дело добровольное. Хочешь – вступай, хочешь – расстреляем. Но слова Неда несли двойную смысловую нагрузку. С одной стороны – я останусь, да?
С другой – ты здесь главный. У меня другие цели. Я не претендую на твою территорию. И все это понимали.
– Поэтому я могу взять на себя решение кое-каких проблем. Ты остался без доверенного лица.
Вадим что-то проворчал за кадром, о лице и другой части тела. Нед проигнорировал это с истинно королевским величием.
– Я не собираюсь лезть в твои дела. Меня просто устроит жить неподалеку от Юли и общаться с ней. Где-то раз в неделю.
Я кивнула. Чаще я просто не вытяну. Слишком много сил у меня забирает Мечислав. А на Неда надо не меньше. Как бы не больше. И про Шарля забывать не стоит.