После этого в полицейской голове прочно утвердилась версия заказного убийства – но заказанного внуком. А Шарлю так и быть разрешили прийти завтра в управления для дачи показаний. Мало ли что понадобится уточнить, вы не против?
Шарль был не против.
Они освободились около двух часов дня. И наконец высказали друг другу то, что не смели в присутствии посторонних.
– Юлька…
– Юля…
Валентин звонил ей несколько раз. Звонили и милиционеры. Но телефон абонента был временно не-доступен.
И больше всего мужчины боялись, что и она…
Но вроде бы не должна была…
С другой стороны…
Шарль почувствовал бы смерть Юли где угодно, в любом состоянии. Они были связаны кровью. Ее смерть стала бы для него потрясением во всех смыслах. Магическом, физическом, психическом…
Но даже и без смерти – с ней могли сделать все что угодно! Похитить! Зомбировать! Изолировать!
Юля, Юленька, сестренка, что же с тобой произошло!? Почему ты не отвечаешь на звонки!?
Тамара нервно прошлась по комнате.
Да, такого она не ожидала даже от своей сестрицы!
Покушения! Перестрелки! Убийства!
Константин мертв. Что ж, на все воля Божия. Аля пока еще в больнице. Но о ее состоянии ничего не известно. Может быть, она умрет. А может, и нет…
А если умрет…
Тамара задумалась. Сестру было жалко. Немного. В конце концов, зачем жалеть умерших? Их призвал Господь, и там им будет намного лучше, чем тут. Так говорит Библия. Все в руках Божьих. А смерть это просто начало загробной жизни. В которой каждому будет дано по делам его. Обязательно.
Интересно, что ждет этого мерзкого Константина за совращение ее сестры?
И сестру за ее грехи?
И… из всей семьи останется одна Юля?
Да, так оно и есть. Одна-одинешенька. То есть она замужем. Но там надо еще посмотреть, вдруг это гражданский брак?
Тамара вздохнула.
Разумеется, она останется здесь до похорон. А может и дольше. Поддержать бедную девочку в трудную минуту – это ее долг. Да и дальше она сможет помочь ей. Наставлять на путь истинный, опекать, открыть ее душе свет истинной христианской веры… а Васенька прекрасно сможет взять на себя ее дела.
Юля ведь наверняка сама не справится с фирмой. А Васенька очень умный, он преподавал в институте, да и сын пошел в него…
И ничего не будет отвлекать Юлю от действительно важного дела, от заботы о ее душе.
Сейчас девочка просто невыносима. Грубиянка, хамка, нахалка. Но если как следует взяться за ее воспитание, пока она растеряна и горюет, возможны неплохие результаты. Ведь высота помыслов достигается только через страдания…
Первым делом надо ей объяснить, что эти перестрелки – наказание за грехи ее родных. Алчность, сребролюбие, властолюбие, жестокость, нетерпимость… о, у Али и ее старика было много грехов… кстати, не забыть еще и блуд. Потом объяснить девочке, что ближе родных у нее просто нету. Вообще никого. Муж (если он еще и муж! Действителен-то только церковный брак, а всякие загсы – это от Лукавого) не в счет. Он может предать, обидеть, уйти к другой…
А родные – это навсегда.
Тамара задумчиво потеребила пальцами густую косу.
Надо бы заказать молебен за упокой Константина и за здравие Али… или ей тоже лучше сразу за упокой? Деньги-то счета требуют, а поправится она или нет – неизвестно.
Врач сказал, что шансов почти нет. Она чудом дотянула до операционного стола. А сейчас повторяли одно и то же. Идет операция. Что ж, не надо торопиться. Тома позвонит еще. Попозже.
И надо позвонить Юле.
Ох! А телефон?
Какой же у нее телефон?
Надо бы посмотреть у Константина в кабинете.
Тамара повернулась и направилась туда. И была остановлена на полпути полицейским.
– Гражданочка, вы куда?
– В кабинет. А что?
– Ничего. Просто не отлучайтесь пока из дома, с вами тоже хотел бы побеседовать следователь.
Тамара выпрямилась во весь немаленький рост.
– Я что – преступница!?
– Да что вы, боже упаси!
– Не поминайте имя Божье всуе, молодой человек.
– Хорошо. Но вы все равно никуда не уходите. Ладно?
Тамара пообещала и с легким сердцем принялась перекапывать бумаги на столе у Константина, откладывая самые интересные в сторону.
Надо же будет помочь бедной Юлечке на первых порах…
Несчастная сиротка…
Сережа бродил по коридорам института уже минут сорок. Не меньше.
Черт!
Кто ж знал, что тут такой клубок!?
Здесь Минотавра выпускать можно – потеряется на фиг! И ни одного студента не найдет. А и найдет – что толку?