Он повернулся к Рафаэлю.
— Мне нужна неделя. И очень много кофе. Через неделю я дам тебе его расписание на месяц вперёд, список его ключевых активов и прямые каналы связи с его ближайшим окружением. Но будь готов. Когда мы откроем эту дверь, назад дороги не будет. Начнётся ураган, который сметёт очень многих.
— Я и пришёл за ураганом, — ответил Рафаэль.
Марко кивнул.
— Хорошо. Тогда добро пожаловать в Майами, парень. Джино, завари-ка нам кофе. Кажется, нас ждёт долгая ночка.
Второй призрак был в деле. Армия, рождённая из праха, обретала своих генералов. И пока в Балтиморе двое отчаянных беглецов пытались пробить брешь в стене врага, в солнечном Майами уже закладывали мину под её основание. Две части одного плана, не зная друг о друге, начали двигаться к одной цели.
Глава 17. Лицо под маской
Неделя в Майами превратилась для Рафаэля в подобие лихорадочного сна. Днём он и Джино отсыпались в дешёвом мотеле, стараясь не привлекать к себе внимания. Ночи же они проводили в благоухающем плену оранжереи Марко. Воздух, густой от аромата орхидей и запаха свежесваренного кофе, казалось, был наэлектризован.
Марко «Тихий» был гением в своей стихии. Он не просто работал за компьютером. Он, казалось, сливался с ним, превращаясь в нервный узел глобальной паутины. Его пальцы, тонкие и аристократичные, порхали над клавиатурой, выводя на экран бесконечные потоки кода, схемы, диаграммы. Он был цифровым призраком, скользящим по защищённым каналам, взламывающим файерволы, проникающим в самые тёмные уголки империи Ренцо.
Рафаэль и Джино были молчаливыми свидетелями этого священнодействия. Кузнец, человек физической силы и понятных законов механики, смотрел на происходящее с суеверным ужасом и восхищением. Для него это была чёрная магия. Рафаэль же, наоборот, начал понимать логику этого хаоса. Он видел, как из разрозненных фрагментов информации — банковских транзакций, данных о местоположении телефонов, зашифрованных сообщений — Марко сплетал цельную картину. Картину, на которой была изображена анатомия врага.
— Он самоуверен, — произнёс Марко на четвёртую ночь, не отрываясь от экрана. — Его система безопасности многоуровневая, дорогая, но в её основе лежит шаблон. Он доверяет технологии, но не доверяет людям. Все его ключевые лейтенанты находятся под постоянной, тотальной слежкой. Он записывает их разговоры, отслеживает их передвижения. Он контролирует всех.
— И в этом его слабость, — предположил Рафаэль.
— Именно, — кивнул Марко. — Создавая архив компромата на своих же людей, он создал архив компромата на самого себя. Если получить к нему доступ, можно взорвать всю его организацию изнутри. Заставить их перегрызть друг другу глотки.
— Можете это сделать?
— Могу. Но это главный сервер. Цитадель. Чтобы подобраться к ней, нужно сначала отключить внешние системы защиты. А это можно сделать только физически. Изнутри его офиса в Балтиморе.
Круг замкнулся. Все дороги снова вели в логово зверя.
На седьмую ночь Марко откинулся в кресле. Его лицо было бледным от усталости, но глаза горели триумфальным огнём.
— Готово, — сказал он.
На огромном мониторе на стене была выведена подробнейшая схема. Не просто план империи Ренцо. Это был её рентгеновский снимок. Ключевые фигуры, маршруты передвижения наличности, каналы поставок, расписание встреч. Имена, адреса, пароли.
— Вот его жизнь на ближайший месяц, — сказал Марко, указывая на расписание. — Он практически не покидает Балтимор. Раз в неделю он лично посещает порт. Встречается с Витале. Но самое интересное — вот это.
Он увеличил один из пунктов. «Каждую пятницу. 23:00. Личная встреча. Объект „Феникс“».
— Что это за «Феникс»? — спросил Джино.
— Я не знаю, — признался Марко. — Этот канал зашифрован иначе. Более сложный, личный код. Это не деловая встреча. Это что-то личное. И очень важное для него. Настолько, что он каждый раз едет туда один, без охраны. В одно и то же место — загородный дом на побережье Чесапикского залива.
Рафаэль всмотрелся в адрес. Это была точка на карте, где Ренцо был наиболее уязвим.
— Мы нанесём удар там, — сказал он. — Джино, вы сможете подготовить «сюрприз» для его машины? Не смертельный. Просто чтобы остановить его. Отрезать от связи.