– Конечно, берите! – охотно согласилась хозяйка. – А Женя потом привезет, лишний раз к бабушке заглянет.
Татьяна Аркадьевна проводила гостей до калитки:
– Счастливого пути! Да не забудьте сегодня в 5 часов посмотреть на Ларочку на четвертом канале!
Марина поняла, что пропустила какую-то часть монолога старушки, но согласно покивала:
– Да-да! Обязательно.
Поглощенная стремлением скорее увидеть Петю, она не сразу поняла, почему Евгений остановился у какого-то дома. Только увидев идущую к машине девушку, вспомнила про поручение, данное Оле Рудых. Оля вынесла записную книжку матери и тетрадный листок, на который она переписала страничку с буквой «Р». Здесь под заголовком «Рудых» были аккуратно записаны все родственники мужа с датами рождения, новыми фамилиями и адресами.
– Вот, я все переписала, а книжку себе оставлю, на всякий случай.
Евгений тщательно сверил записи и выдал награду. Девушка довольно заулыбалась и долго махала рукой вслед машине. У Марины при виде конверта возник вопрос. Она спросила Евгения:
– А с чего этот мистер Сушкофф так упорно ищет Елену, деньги тратит? Он что, такой сентиментальный? Сделал бы запрос в Инюрколлегию, а раз не нашли – успокоился.
– А, так значит, Вы не знаете про завещание.
– Что именно я не знаю?
– Про эту деталь Сушкофф рассказывал нашему московскому шефу при личной встрече. Василий Сушкофф в завещании не просто выделил сумму для наследников брата, а определил долю капитала, прибыль с которого должна ежегодно им выплачиваться.
– Ну и что?
– Чтобы Эндрю и его родственники не могли позариться на эту долю, Василий поставил им условие: если результат поисков будет отрицательный, собственником этой доли становится Корнуэлльский женский православный монастырь, при котором есть детский приют. Он им срок поставил: 10 лет со дня своей смерти.
– А разве десять лет еще не прошло? Он что, до ста лет дожил?
– Нет, он был младше Ильи на 12 лет и умер в конце 92-го года.
– Тогда что им мешает признать любую подставную наследницу, зачем такие траты?
– А вот за этим пристально следят адвокаты монастыря. И они свой куш не упустят. Поэтому обязательно будет экспертиза ДНК.
* * *
До званого ужина было еще 3 часа. Марина направилась в ближайший универсам: «Зря я отказалась от котлет за обедом. Сегодня у меня какой-то день родственников Евгения Сергеевича: обед у бабушки Евгения, ужин – у его матери». Зная свой аппетит, Марина решила перекусить в номере перед званым ужином. Как поучала юную Скарлетт Мамушка в любимой книге «Унесенные ветром» Митчелл: «Девушка не должна проявлять хороший аппетит». Обезжиренный сырок, сок – вот, пожалуй, и достаточно. Но, подходя к кассе, не удержалась, положила в корзинку румяную булочку. Хорошо, Андрей не видит, а то бы обязательно прошелся по поводу её «диеты». Он как раз был не против того, чтобы она поправилась, к тому же любил всякое печеное, сам постоянно покупал. Пару раз он застал её за чаем с той самой сдобой, от которой она твердо отказалась за ужином. Марина, в досаде на себя, тогда вспылила:
– И нечего так мерзко хихикать! Я машинально её взяла, зачиталась. А ты специально на столе оставил, да? Провокатор!
– Марина, дорогая, не сердись, я не специально. Но зачем так себя принуждать? Если человек хороший – пусть его будет больше, – он обнял Марину сзади и ласково погладил по животу. – Пусть тут будет помягче.
Марина сбросила его руки, но злость уже испарилась:
– Вот и женился бы на пампушке, нечего стройную девушку раскармливать.
Вспомнив о муже, Марина вздохнула: «Два дня, как расстались, а кажется, целую вечность его не видела». Запел сотовый. Марина на ходу вытащила телефон: «Как угадал, что я о нем сейчас думала».
– Здравствуй, Марина! Чем занимаешься? Плюшками балуешься?
– Привет! А как ты догадался?
– А я глазастый, все вижу. Как поездка в Шабалиху? Есть что-то интересное?
– Думаю, да. Я поработаю вечером над материалом.
– А как Дворжецкий? Приставал к тебе?
– Приставал. Да еще как! Собирается уже с мамой познакомить. Сегодня иду к ним на ужин. Кстати, про его маму. Сколько там у нас времени?
– У нас начало третьего.
– Прости, сейчас по местному каналу началась какая-то передача про Дворжецкую, хочу посмотреть. Все, целую, перезвоню.
Марина почти вбежала в свой номер, включила телевизор. Женщина в элегантном костюме улыбалась на экране, что-то доверительно рассказывая своей собеседнице. Стрижка каре, каштановые волосы, какое-то украшение на шее, тонкая рука с браслетом – все просто. Марина присмотрелась внимательнее: «Что у нее там сверкает? Наверняка, бриллианты. И перед камерой держится свободно».