— Правда? — Глаза Ронни как-то странно заблестели. Он подался вперёд. — Ты не шутишь?!
Господи… неужели этому ребёнку настолько одиноко? Сколько он здесь лежит?.. И что с ним вообще такое случилось?
— Конечно! — громко ответила я, пока из его глаз не брызнули слёзы. — Я бы даже прихватила с собой тортик, или фрукты, но, к сожалению, Кира, не разрешает есть сладости и постоянно пичкает одной кашей.
Ронни рассмеялся.
— Думаешь, она где-то его прячет? Торт.
— Почти уверена, что где-то в этом здании, — заговорчески прошептала я, приблизившись. — Как думаешь, если мы её свяжем и применим твой коронный приём смертельной щекотки, она выдаст нам его местонахождение?
Ронни прищурился, изображая серьёзный вид:
— Я найду верёвку.
— Договорились. Тогда…
Закончить речь я не успела. Дверь палаты распахнулась и на пороге показался высокий, идеально сложенный, Чейз. На мгновение взгляд его холодных глаз выражал замешательство, но уже через секунду наполнился такой дикой яростью, что мне захотелось превратиться в пыль.
— О-оу… — протянул Ронни, и я поняла, что попала.
Чейз захлопнул за собой дверь, так что стены задрожали и проревел во всю глотку:
— Что ты здесь делаешь?!! — И это совсем не напоминало шум волн.
Я поднялась на ноги, бесстрашно глядя в перекошенное от гнева лицо Чейза. Его кулаки сжимались, желваки бегали по скулам. Кажется, он готов меня убить. Но что я такого сделала?!
Он резко приблизился и повторил тише, но ещё более угрожающе:
— Что. Ты. Здесь. Делаешь?!
— Ничего. — Я пожала плечами. — Мы всего лишь обсуждали план по нейтрализации Киры.
Глаза Чейза прищурились, обнаружив тоненькие морщинки. Он думал, что пугает меня? Нет. Реально думал, что мне страшно?! П-ф-ф… После того, как на мою спину два раза обрушился «товарняк»? Да это просто смешно!
Я устало вздохнула, прикрыв глаза, и произнесла с абсолютным спокойствием:
— Хорошо. Я проходила мимо, решила заглянуть за эту дверь и обнаружила здесь этого забавного парнишку. Всё?
Ноздри Чейза раздувались, а его челюсть… Кажется, я слышу, как она скрипит.
— Пошла вон, — прошипел он сквозь зубы.
Ни один мускул в моём теле не дёрнулся.
— Оглохла? Я сказал: УБИРАЙСЯ!
— Чейз… — послышался умоляющий голос Ронни. — Не надо… она… она классная!
Чейз выстрелил гневным взглядом в мальчика и его глаза внезапно… потеплели?! Мне не показалось?!
— Ронни…
— Чейз! Я уже не маленький! — воскликнул Ронни, сжимая кулаки, его глаза вот-вот были готовы взорваться слезами. — Я могу сам выбирать себе друзей!
— Но не её! — рявкнул Чейз, тыкнув в меня пальцем, как во что-то заразное.
— А что со мной не так?! — возмутилась я раньше Ронни. Как же он меня достал!
— Что? — переспросил Чейз, с омерзением выплюнув это слово. — Ты ходячая катастрофа!
— О… а у мистера-я-такой-крутой-что-ни-с-кем-не-разговариваю сегодня игривое настроение? Заметь, ты говоришь со мной уже дольше десяти секунд.
— Вы знакомы? — В голосе Ронни прозвучала надежда.
Я повернулась к нему и сменила гнев на милость:
— Да, Ронни, но мы очень, очень далеко о того, чтобы стать друзьями.
Чейз одним резким движением отшвырнул меня к стене, так что я ударилась спиной о стеллажи и прикусила губу, чтобы не застонать.
Вот кретин…
— Чейз! — Ронни буквально вопил от несправедливости. Он даже вскочил с кровати. Чейз одним ловким движением уложил его обратно и взлохматил ему волосы. Сейчас он выглядел… заботливым. — Ты ведь знаешь, что тебе нельзя вставать? Знаешь? Так что даже не пытайся, парень.
— Но так нельзя! — Из глаз Ронни полились слёзы. — Из-за тебя она ударилась спиной! Ты что, не знаешь, что у неё со спиной?
Чейз снисходительно вздохнул. Протянул к Ронни руку и вытер слёзы с его щёк. Мальчик с силой оттолкнул его.
— Я не маленький! Ты достал уже! Мне ничего нельзя! Ты всё запрещаешь! Я уже сам с собой говорить начинаю, потому что ты даже представить не можешь как здесь паршиво! Быть одному…
О Боже… Как же я сразу не заметила? Лицо Ронни… Его глаза и волосы, его губы… Быть не может! Провались я на этом месте! Ронни маленькая копия Чейза! Они братья!
Чейз стрельнул в меня убийственным взглядом, наверняка проклиная за то, что из-за меня его больной брат плачет, затем снова взглянул на Ронни и заговорил невероятно мягко. Нет. Его голос просто не может звучать настолько мягко. Это из мира фантастики!
— Ронни, ты ведь знаешь, что совсем скоро отсюда выйдешь, правда?
Я слушала не моргая, с громко стучащим о рёбра сердцем.
— Я позабочусь об этом, обещаю. Но пока, — он провёл рукой по его волосам, — ты должен быть классным парнем, который не распускает нюни и знает, что нужно всего лишь немного подождать и можно будет заводить столько друзей, сколько захочешь.
— Но я не хочу кучу друзей! — протестовал Ронни. — Что в Джей не так?
— Джей?
Он только что произнёс моё имя. Нет. Меня не должно это волновать. Он придурок. Причём с больной психикой.
Чейз бросил в меня хмурый взгляд, говорящий о том, что как только мы с ним окажется за пределами палаты, я — труп.
— Ты не должен с ней дружить.
— Но почему?! — Ронни снова плакал. — Она… Джей мне понравилась. С ней весело.
Взгляд Чейза снова пригвоздил меня к стенке.
— О да, это точно, — сердито пропыхтел он. — С ней безумно весело. Даже слишком!
Ронни не понял сарказма и слабо улыбнулся.
— Поговорим об этом потом, ладно? — Чейз напоследок взъерошил волосы брата. — Я зайду попозже. И надеюсь, что к этому времени, ты вновь станешь классным парнем, а классные парни, кстати, не плачут, вообще.
Почти не разговаривают и убивают взглядом, судя по всему.
Чейз схватил меня за локоть и буквально выволок из палаты Ронни.
Я отшвырнула от себя его руку и с силой толкнула в грудь.
— Отвали от меня! Кретин…
Но вместо этого Чейз резко схватил меня за правое предплечье и с силой толкнул к холодной стенке, так что я больно врезалась в неё лопатками и испустила тихий стон. Я оказалась зажата — так сильно он прижимал меня, лишая всякой возможности шевелиться. Я, конечно, могла ответить ему тем же, если бы сильно постаралась, но что-то мне подсказывало, что сейчас не стоит этого делать.
Он снова пах дождём, мылом, и чуть-чуть потом. Кажется, от этого запаха у меня закружилась голова. Но моё лицо говорило совсем другое — я смотрела на него с вызовом.
— Ещё раз я увижу тебя рядом с его палатой, даю слово, заканчивать свой отпуск ты будешь в больничном корпусе сектора Блейка! — Голос Чейза звучал угрожающе. — А уж он точно позаботиться о том, чтоб за тобой следили лучшим образом.
— Плевать я хотела на твои угрозы, — бросила я ему в лицо.
Он был так близко, что трение между нашими телами даже могло показаться неприличным. Он был так близко, что я могла разглядеть каждую тоненькую морщинку с боку от его прищуренных глаз, каждую родинку: одна над правой бровью, другая, побольше, чуть ближе к виску. Моё сознание без моего согласия пыталось запечатлеть в памяти каждую его чёрточку. Мой мозг шёл в абсолютный разлад с чувствами.
Желваки снова забегали по его челюсти. Губы превратились в бледную полоску. Я с трудом смогла оторвать от них взгляд и дерзко взглянула ему в глаза.
— Я всего лишь составила Ронни компанию. Курить и пьянствовать не учила, не совращала, против тебя не настраивала. — Я сдула прядь своих упавших на глаза волос. — И я понятия не имела, что он твой брат. Знаешь, а вы ведь полные противоположности! Поразительно, как такое возможно при таком внешнем сходстве. Он вроде бы хороший малый, а ты в свою очередь… даже не знаю, какое название тебе лучше подобрать.
Чейз вдавливал меня в стену и взглядом и телом, заламывая одной рукой мою здоровую руку, а второй — местом чуть выше запястья, — прижимая моё горло.
— Я не повторяю дважды, — прорычал он. — Этот раз последний, когда я разговариваю с тобой подобным образом. Не приближайся к Ронни. Я не хочу, чтобы ты снова, когда-либо, стала причиной его слёз.
Я горько усмехнулась:
— Шутишь? Мне кажется всё совсем наоборот, Чейз. Причиной его слёз, стал как раз-таки ты, а не я. Со мной он улыбался. Честно.
Он надавил мне на шею ещё сильнее, так что я с трудом сдержалась, чтобы не закашляться. Его зрачки бегали с сумасшедшей скоростью, глаза были широко распахнуты. Сейчас этот парень был зол по-настоящему. И вот, когда я уже думала, что он меня задушит, его хватка резко ослабла и рука опустилась, позволив мне вдохнуть полной грудью. Кажется, у меня будут новые синяки.
Чейз не отступал. Он по-прежнему вжимал меня в стену, только уже без особого упорства.
— Не знаю, зачем, но я скажу тебе. Возможно, надеюсь, что в тебе проснётся хотя бы капля благорассудства. — Он медленно выдохнул, моё тело тут же среагировало, пропустив сквозь себя волну жара, а потом сказал, очень тихо, даже печально: — Ронни болен. Очень серьёзно. Возможно даже смертельно. И я не хочу, чтобы такая как ты нарушала его душевное спокойствие. Поэтому я больше не хочу, когда-либо, видеть тебя рядом с ним. Больше никогда не появляйся у него на глазах. — И ещё тише он добавил: — Прошу тебя.
Я сглотнула. Меня пробивала мелкая дрожь, а в ногах появилась внезапна слабость. Только я не собиралась соглашаться с Чейзом. Потому что он был не прав! Абсолютно не прав!
Я печально усмехнулась. Брови Чейза сдвинулись в недоумении.
— Ты идиот! И судя по всему, законченный!
Лицо Чейза застыло.
— Что? — смеялась я. — Не понимаешь? Твой брат возможно смертельно болен, а ты отстраняешь его от людей? Совсем спятил? — Я с абсурдом покачала головой. — А жить ему когда?! Когда заводить друзей? Когда веселиться и смеяться? Это таким как мы с тобой может быть плевать на всё это, но он… он ребёнок! Ты лишаешь его детства! Посмотри, как он был счастлив от того, что я всего лишь перебросилась с ним парочкой шуток. Он даже взял с меня слово, что я загляну завтра! А ты… ты… — мне хотелось оскорбить его, как можно сильнее, но я сдержалась, — ты делаешь его и без того тяжёлую жизнь, ещё хуже. Почему ему нельзя со мной видеться? Что во мне такого ужасного?