- Заснула, Виллоу? – Салли постучала ноготками по столу, и я подняла на нее глаза.
Можно не сомневаться, кто прописал меня сюда. На Бейкер-стрит за мной приехал лично шеф полиции. Столь мерзкий и напыщенный тип, что я почти не удивилась, когда он проявил поразительных масштабов скудоумие.
Естественно, Шерлока и Ватсона слушать никто не стал, они же имеют в деле личную заинтересованность. Да и я сама их остановила, попросив заняться делом и сказав, что сама о себе позабочусь. Собственно говоря, Донован у меня же в печенках, так что на этот раз ей несдобровать. Как и всему Скотланд-Ярду, если уж на то пошло. Элен бы оценила.
- В присутствии такого говна как ты особо не поспишь, - вежливо улыбнулась я, высказав все это милым голоском школьницы-отличницы. – Смердит так, что глаз не сомкнуть.
Донован стиснула зубы, перебарывая себя. Надо же, удалось.
- Где ты была ночью восемнадцатого августа?
- В компании мужчин, - я облизнула верхнюю губу.
- Имена и их координаты.
- Понятия не имею, - пожала я плечами.
- Заканчивай свои игры, Виллоу. На тебе три убийства. Ты знала всех жертв, последнюю вообще убила в собственной квартире! Ты такая же чокнутая, как Холмс, неудивительно, что вы сошлись…
Усвоив, что тело Элен было найдено в моей квартире, я моргнула, после чего откинулась на спинку стула и закинула ногу на ногу, скрестив руки на груди. Нужно продержаться.
- Я такая же чокнутая, как Холмс? Надо же. К твоему сведенью, Шерлок не сумасшедший, следовательно, сравнение – жалкая попытка спровоцировать меня. Но, раз уж мы тут в одном закрытом пространстве, Салли, - я сделала ударение на ее имя, противно протянув его, - давай поговорим, как женщина, - я указала большим пальцем на себя, - с дурой.
- Что ты…
- Итак. Салли Донован, сержант Скотланд-Ярда. Уже с рождения неугодная, ведь отец хотел мальчика и воспитывал тебя как мужчину. Короткие стрижки, пренебрежение внешним видом, мешковатые толстовки, рыбалка, охота, спорт, никаких девчачьих занятий. Да, определенно, папина дочка, ни разу не сумевшая добиться от него похвалы, что заставило возненавидеть собственную мать, никогда в жизни не сказавшую твоему отцу «нет, дорогой, какие удочки, она же девочка». Отец воспитал в тебе жесткий характер, прямолинейность, амбициозность…
- Заткнись, Виллоу!
- … а так же консерватизм, основанный на его восприятии мира. В его присутствии ты чувствуешь себя ни на что неспособной и ущербной, невозможность угодить ему вызывает раздражение и агрессию, выливающуюся на мужа и коллег по работе, а так же на твоего любовника-Андерсона. Кстати, интрижку ты завела лишь для того, чтобы внутренне погордиться собой, что нарушила одно из папочкиных «так делать нельзя».
- Виллоу!
Лицо сержанта перекосило, ладони сжались в кулаки так, что костяшки побелели, но я еще не закончила, а потому продолжила выговаривать сухим официальным тоном все свои накопившиеся выводы, сделанные за длительное наблюдение работы Донован:
- Амбициозная и жесткая карьеристка, самоутверждаешься за счет других, вместе с тем являясь ярой гендерной шовинисткой, поскольку прекрасно осознаешь собственные минусы и всегда чувствуешь превосходство мало-мальски красивой и образованной женщины над собой, что порождает зависть и немедленное устранение несчастной с очерченной тобою территории. Ты завидуешь Холмсу, в глубине души признавая перед собой, что, сколько не старайся и не учись, подобного таланта никогда в себе не развить. Кроме того, ревнуешь его к успеху и уважению, которое он вызывает у Лестрейда, и ненавидишь за то, что каждый раз Грэг обращается к Шерлоку, отмахиваясь от твоих гипотез.
Донован вскочила, я видела, что она на пределе, но еще недостаточно для того, что мне требовалось. Стоит подлить масла в огонь.
- В своих сексуальных фантазиях предпочитаешь доминирование. Да-да, в фантазиях, потому что дома муж этого не позволяет, попрекая работой и отсутствием детей. Кстати, это еще одна причина, почему в любовниках у тебя слабохарактерный Андерсон…
Ощутив удар кулака по скуле, я упала вместе со стулом, здорово приложившись головой. Во рту тут же появился вкус крови, но я даже не обратила внимание на боль, наблюдая, как Донован оттаскивают двое дежурных, ворвавшихся в допросную. Следом за ними зашел шеф полиции, чьего имени я не запомнила, поэтому про себя назвала индюком, Лестрейд и, что удивительно, Холмс с Ватсоном.
- Кто пустил сюда гражданских! – противно вопросил Индюк, увидевший Шерлока и Джона, только когда оба остановились рядом со мной, помогая подняться.