Выбрать главу

17

Однажды вечером Аджма возвращался после работы и увидел во дворе Алима, который снова ковырялся в запчастях своего автомобиля.

— О, старый знакомый вспомнил про меня! Спасибо! — улыбнулся Алим, вытирая салфеткой руку.

— Ты чего сегодня на учебе не был и смену пропустил? Разбогател уже что ли?

Парни обменялись широкими улыбками и дружеским рукопожатием. Вдруг, сжимая ладонь друга Аджма замер. Глядя поверх его головы, он заметил у ворот Аделаиды черный автомобиль, из которого вышел высокий хлыщ, а следом за ним две пухлые женщины. Алим присвистнул.

— Походу сватать пришли твою полячку. Какие брюки у этого типа обтягивающие. Как он только в них сидит?

— Хрен его знает.

У Аджмаля дернулся кадык. Злость сжигала его душу, когда он увидел, как хлыщ достал из багажника большой букет розовых роз и зашел во двор Ады. Ну, все! Сейчас он прибьет хлыща в обтягивающих штанишках!

— Эээ, полегче! Ты куда собрался?!

— Что прикажешь? Стоять и смотреть, как он трогает мою девушку?! Отойди!

— Твою девушку? Не понял! Слушай, ты вообще отсталый, Аджма. Если вы один раз на море взглянули друг на друга не значит же, что она твоя! Не лезть не в свое дело! Потом проблем не оберешься! Ты ведь не знаешь! Может он ее жених!

— Никакой он не жених ей, — Аджма уже зверел от злости, отталкивая друга в сторону, но Алим крепко схватил друга за локоть. — По-хорошему отойди. Она со мной встречается. У нее нет жениха!

— Спасибо, что хоть сейчас мне рассказал! У брата девушка, а я последний узнаю!

— Не до твоего нытья сейчас!

— Постой, брат! Если она твоя девушка чего ты прыгаешь? Она же ему тогда откажет и дело в шляпе. Пойдешь в их дом потом сплетни разлетятся, до твоих родителей дойдет или… Может, ты уже и родителям сказал, и только я один ничего не знал?

— Никто ничего не знает, и ты не ори про наши отношения!

— Не пали горячку, брат. Спокойно! Дыши, дыши.

Алим уже всем весом наваливался на друга, а то все никак не хотел останавливаться.

— В конце концов может к ее сестре пришли? Мы же всего не знаем! Давай, подождем!

— Ты издеваешься? Она же ровесница Бейхан!

— Подумаешь! Ранние браки всегда самые крепкие. Ладно! Вот, ты дикий! Не смотри на меня так грозно. Заткнусь. Давай просто подождем.

— Шайтан! Что если они ее засватают? Слово возьмут? Я тогда убью его и закопаю под этим самым деревом! Хлыщ несчастный и откуда он только взялся!

— Да, погоди ты! Подождем и все узнаем. Слушай, а может Бейхан к ним послать?

— Точно! Что ты раньше молчал?!

— Потому что только придумал!

Аджмаль побежал в сторону дома, а Алим за ним.

— Бейхан! — рявкнул парень, переступив порог дома.

— Что?

— Ты где?

— Ножки мою! — послышалось из ванной комнаты.

— Вылезай! Срочно иди сюда!

Девочка с мокрыми ногами выскочила из ванной и уставилась на парней. Вид у них был не очень добрый, особенно у Аджмаля. Бейхан напряглась. Что она успела натворить? Точнее натворить она успела многое, что именно узнал брат?

— Иди, сходи к Габри! Быстрее! Долго не будь!

— Зачем?!

— Ну… узнай, как у них дела. Какие новости и все такое. Про новости обязательно спроси, поняла?

— Чего я мокрая пойду? И уже поздно, мама велела мне раньше лечь спать.

— Ничего, я приду за тобой скоро. Ты главное пойди проведай и все узнай.

— Что узнать то? Мы же недавно только попрощались с Габри!

— Отлично, — подключился Алим. — Ты сходи и пожелай ей спокойной ночи.

— Ладно. Только одеться надо.

— Иди так! Соседи ведь! Чего ты будешь наряжаться?

Бейхан все же настояла и переоделась в красно платье, которое было ей уже маленькое. Обув шлепанцы, девчонка, подгоняемая братом, побежала к Габри. Отправив сестру на разведку, парни уселись на кухне. Алим принялся жевать финики, а Аджма подскочив. Невыносимо сидеть и бездействовать. Алим присвистнул.

— Ты совсем голову потерял. Надо же закрутил роман с иностранкой. Кому скажи не поверят.

— Попрбуй только рот свой открыть и рассказать об этом хоть кому-нибудь. Я тебе язык вырву.

— Обижаешь. Никто не узнает.

— Поклянись.

— Ты уже моему слову не веришь? Клянусь! Клянусь, Аллахом! Я не конченный чтоб трепаться про твою личную жизнь.

— Чего Бейхан так долго! Вечно она, как черепаха!