29 глава — день рождения
— А на завтра ничего не планируй, мы же договаривались о свидании, помнишь? Жду не дождусь, мой вечный свет. — мы говорили с Агафоном по видео связи. Он разбирал какие-то документы в настолько темном кабинете, что, смотря на него, хотелось выколоть себе глаза, либо стать кошкой, чтобы видеть в темноте. А я собиралась на День Рождения к Бегдияру, громко говоря собиралась: надела тончайшее, белое платье и карамельные лакированные туфли на малюсеньком каблуке. Платье покрывало почти все тело, кроме лица, так что раны все равно было видно, а тональный крем сделал только хуже, теперь на ранах оставалось небольшое количество косметики. Прическу я решила сделать немного замороченную. Пучок как у балерин с маленькой, сверкающей как алмаз диадемой. А в качестве аксессуаров и дополнительных элементов я выбрала ожерелье с жемчужинами и белые шелковые перчатки.
— Агафон, что мне делать, если Асмодей будет там? Он сделал из меня кровавое месиво, я боюсь, что, когда увижу его, то наброшусь как пес и испорчу Бегдияру День Рождения, тем более он должен мне перегрузить информацию. — уныло хватая очередной ватный диск, спросила я. Мой голос моментами подрагивал из-за чего я начитала теребить подол своего платья, но успокоиться не получалось. Пока он будет жив я не успокоюсь. Клянусь.
— Позвони мне, если он что-то сделает. И ты говорила, что тебе на пол пятого, а сейчас сколько? — я сразу посмотрела на настенные часы, которые показывали, что, чтобы проехать весь город к дому Бегдияра у меня есть не более пятнадцати минут.
— Черт, прости, свет от лунных звезд ночей. Позвоню после вечеринки, пока. — я отключила камеру и после восторженного возгласа Агафона:
— Как ты меня назвала, Беллочка? — со смешком отключилась, после чего схватила телефон, клатч и побежала вниз, параллельно крича, чтобы Дмитрий заводил машину.
***
На парковке рядом с домом Бегдияра было множество машин, но выделялись лишь три из них. Эти три машины были абсолютно идентичными черными внедорожниками, и, кстати, один из них принадлежал мне. Ранее я считала, что у меня нет автомобиля, но затем, благодаря Асмодею, я оказалась покрытой ранами и стала искать способ, чтобы подъехать к школе незамеченной, поскольку была уверена, что слухи про мои раны разлетелись бы по школе со скоростью тьмы. Тогда Дмитрий рассказал мне о моей машине, которая находилась на подземной парковке. Конечно я не поняла, почему он рассказал мне о ней не сразу, но оказалось, что эта машина принаджелажа еще моей бабушке и после моего приезда долгое время реставрировалась в салоне. Когда я впервые увидела свой черный внедорожник, я не могла скрыть своего удивления. Он был абсолютно идентичен тому, что принадлежал Агафону, а у дома именинника их было три! Три словно клонированных машины. Дом был странным и впечатляющим. Огромный пятиэтажный особняк, почти полностью выполненный из золота, за исключением окон и небольших деревянных вставок. Крыша из белого золота блестела, отражая солнечные лучи. Среди сада с розами и вишнями стоял золотой фонтан, окруженный, вызывающе впивающимися в землю, деревянными скамейками. У входа гордо возвышались огромные колонны из белого золота. От всей этой роскоши ноги подкосились, казалось, что эта громадная конструкция должна была упасть на меня. Рядом с особняком Бегдияра я ощущала себя настолько маленькой, как крошка хлеба. Радовало лишь то, что мое платье и подарок на 100 % подходили к дому именинника. На эту вечеринку я выбрала силу Берксы, поскольку не желала выслушивать претензии Асмодея и хотела отомстить кое-какому существу.
Не оборачиваясь я махнула рукой Дмитрию, показывая, что он должен подойти.
— Дима, ты идешь со мной. — даже не смотря на него, я чувствовала, что он не хочет. Один томный вздох, другой, третий. Мое терпение постепенно заканчивалось как песок сверху песочных часов.
— Хватит, мне нужен кто-то, чтобы остановил меня, когда я сделаю кое-что с одной дурой. Пошли, Дима. Как хорошо, что ты есть. — я позвала Дмитрия пальцем, чтобы он вышел на один уровень со мной, после чего стала с ухмылкой наблюдать как охрана открывает мне двери. Набрав воздуха в легкие, я слегка приподняла подол платья, чтобы ткань не мешала мне элегантно стучать каблуками и, чтобы не споткнуться. После чего я достала коробочку с подарком, из клатча, ведь нужно было показать дому, что я из общества его владельца и ко мне нужно относиться так же как к нему. Перед тем как войти внутрь, я пшикнула духами на шею. Казалось, будто что-то не давало мне войти в дом, я переминалась с ноги на ногу, держала руку у груди, глубоко дыша, и нервно поджимала губы с бровями. Но, спустя пару десятков секунд до меня дошло, что я выгляжу глупо, некоторые могли думать, что я не приглашена и без разрешения прусь на чужой праздник, либо, что я боялась. Нет, я же была Беркса, у Беркс почти нет страхов, но предчувствие есть у всех и влияет оно на всех, а на сильных еще сильнее. Я выпрямила спину и задрала подбородок. Сердце бешено стучало, будто кричало, чтобы я не ходила, но я же не могла подарить подарок и уйти, поэтому, собрав всю свою смелость и силу, чтобы противостоять предчувствию, я под восторженные вопли охранников, что они могут отпустить дверь, вошла внутрь..
***
Внутри дом выглядел прекрасно, но все равно было много золота, однако огромное множество оттенков красного делало дом гармоничным внутри. Так же рядом с фуршетом стояли скульптуры ангелов.
— Где наш именинник? — легко помахав рукой с клатчем, спросила я. В этот момент все взгляды впились в меня. Начиная от элегантно одетых гостей, которые поджимали губы, проводя взглядом по ранам на моем лице, заканчивая одетыми в одинаковую серую одежду Ординарами. Бегдияра я не сразу заметила, сначала я его услышала и улыбка сразу сползла с моего лица.
— Ты совсем неуклюжий? Засмотрелся на мою гостью и уронил шампанское! — послышался хлопок. Я на секунду приподняла брови, после чего на моем лице застыла маска серьезности и я быстрым шагом стала идти в сторону Бегдияра. — Убил бы тебя, вместо того бедолаги на чемпионате! — стиснув зубы и тыкая пальцем в бедного парня, шикнул именинник. Злость медленно поднималась с моих ступней, я знала, что, если она дойдет до макушки, то произойдет взрыв, моей задачей было его предотвратить.
— Бегдияр, отойди от мальчика и прими мой замечательный подарок. Мой парень очень старался, пока помогал мне его выбрать. — я положила руку Бегдияру на плечо, показывая, что он должен отойти от мальчишки и забыть про него. Но Шиплин не собирался слушать меня, он положил свою руку на мою и схватил меня за пальцы, будто сказать, чтобы я его отпустила он не мог, но совершить задуманное Бегдияр не смог, точнее смог бы, но что-то стрельнуло ему в голову и сначала он ослабил хватку, а после и вовсе убрал руку и послушно отошел от Ординара. На моем лице засветилась улыбка и мы с Бегдияром встретились взглядом, я смотрела на него, как на маленького ребенка, которого нужно отговорить от плохого решения, а он на меня, как на маму, которая готова его наказать. Мы смотрели так друг на друга не смотря на то, что оба лишились семьи. Все Сулум лишились семьи, не значило ли это то, что наша задача была стать семьей друг для друга?
— А твой парень знает, что он твой парень? — не оборачиваясь я ответила.
— И тебе привет, Асмодей. — почему я не ответила более грубо? Когда я осмысленно выбрала силу Берксы на день, то она не сильно меняла мой характер, больше она меняла мне реакцию на определенные вещи. Я закрыла глаза и выдохнула, после чего повернулась к Асмодею. Говорить про его внешность бесполезно, все как всегда. Та же мнимая улыбка и по очереди махающие мне пальцы.
— Я уже соскучился, так хотел увидеть результаты моего труда и сломанного пальца. Кстати, ты очень меткая. Ты сломала мне тот же палец, которого я тебя лишил. — Асмодей засмеялся и в мою голову будто попал луч тьмы. Казалось луч что-то поменял в моем мозгу, смех этого урода стал замедленным и все вокруг поплыло. Нет, я не теряла сознание. В тот момент ко мне пришло осознание, что он обычный первокурсник, которому доверили стать Сулум Берксой и все. Кроме того, убить он меня не мог, мог лишь запугивать, поскольку в первую нашу встречу он просил разрешение у Шауката, чтобы убить меня, но тот отказал.