Я встаю захватываю с собой одежду и иду в душ, после чего, одевшись молча выхожу из комнаты. Я ни хочу сейчас с ним обсуждать что-либо.
Во мне борются две уже женщины. Одна убеждает меня в том, что его не было столько времени, он не пытался даже со мной поговорить откровенно, выяснить, задать вопросы. На придумывал сам себе, сам обиделся, сам сделал выводы и сам исчез. А теперь еще и злиться, как будто я причина того, что с ним произошло. Вторая, сопротивляясь, говорит о любви, о привязанности и бла, бла, бла. Как бы я не убеждала себя, что это он, мой любимый мужчина, но в этот момент мне не до любовных иллюзий.
Перелёт до Москвы проходит в гробовой тишине. Сейчас я уже не думаю о том, что случилось в гостинице. Ну случилось и случилось. Мои мысли направлены на слова Боба, как мне грамотно осуществить те задачи, которые он мне поставил. Как сделать всё правильно, что бы его план осуществился и сам Боб не пострадал.
19. Ромашки.
Москва встречает нас дождем и нас разными группами развозят до места дислокации. Мне нужно написать подробный отчёт, потом устно отчитаться своему куратору и через неопределённое время все повторить на камеру. Ведь я не до конца выполнила приказ.
Домой я попадаю только к вечеру следующего дня, а мне нужно в срочном порядке закончить написание диплома, а времени практически нет. Позже приезжает Апти с огромным букетом роз. Я терпеть не могу розы, гладиолусы и вообще все модные цветы. Я обожаю ромашки, любые, даже, как я их называю аптечные. У бабушки в Чимкенте, росли садовые, они были высокие и само соцветие было огромное. А ещё Боб на сборах мне всегда дарил полевые. Наберёт целое ведро ромашек поставит в мою палатку со словами:
- Ромашки для нашей кашеварки Наташки.
Да Боб, как же мне тебя не хватает. Увидимся ли мы, когда ни будь ещё? Но самое главное то, что ты жив.
- Ты зачем притащил этот дорогой веник? - спрашиваю я.
- Туська, прости меня, урода! - говорит Апти.
- Ты чего такой самокритичный стал? Я, например, считаю тебя просто красавчиком. И половина человечества со мной согласятся.
- Почему только половина? - спрашивает он удивленно.
- Аптишка, ты чего тупишь? Вторая половина человечества — это все-таки мужчины. И я не думаю, что наши вкусы совпадут...если только с некоторыми. - улыбаюсь я.
- Повтори пожалуйста. - просит он.
- Это слишком сложно сейчас для меня, такой набор слов и повторить. - говорю я смеясь.
- Повтори как ты меня назвала. - настаивает Апти.
- Аптишка! Тебе не нравится? - удивленно спрашиваю я.
- Так в детстве называла меня мама. - грустно говорит Апти.
- Можно я тоже буду так тебя называть?
- Ты меня простила? - спрашивает он.
- За что, что не появлялся столько времени? Нет, пока не простила. Я же не знаю какую очередную даму сердца ты завоевывал в это время. – а сама смеюсь, ведь я как-то даже и не задумывалась о том, что у него может уже есть, невеста или жена, а я на придумывала себе любовь.
Он довольно улыбается, но тут же становится очень серьезным
- Ты простила мне, меня за гостиницу? - снова спрашивает он.
- Я на тебя не обиделась. - говорю я ухмыляясь.
- В смысле? - не понимая, переспрашивает Апти.
- Что обижаться, если я хранила себя для тебя, Апти? Какая разница как именинник вскроет подарок. Если то что внутри все равно принадлежит ему. Главное, как он будет беречь то, что получил. А упаковка, она временная. Да, мы девочки много себе рисуем красивых сказок и принцев. Но сейчас, нет смысла посыпать голову пеплом, если все произошло так, как произошло.
Он смотрит, очень внимательно и взгляд его меняется.
- Туська, откуда ты такая? И за что Всевышний так меня награждает? Туська, ты даже не представляешь, как я тебя люблю. - говорит он очень искренне.
- Конечно не знаю, ты усиленно от меня это скрываешь. - шучу я.
- Прости меня и за это. Меня оправдывает, только любовь к тебе.
20. Любимый мужчина.
Он настолько искренен в этот момент, в его глазах столько любви, что у меня проступают слезы. Апти подходит и так нежно целует в губы, что мое дыхание замирает. Он такой нежный и ласковый. Я отвечаю ему и чем дольше мы целуемся, тем у меня от него сносит голову. Ноги у меня ватные и я не могу стоять. Апти подхватывает меня на руки и уносит в спальню.
Я снова открываю для себя этого мужчину. Он очень ласковый и очень нежный, заботливый и внимательный, не такой как был в гостинице первый раз нашей близости. И только теперь я понимаю, что такое сходить с ума от мужчины.