Он прекрасно вписывался в окружающую среду, которую составляло раздолбанное такси и парень на улице — не тот, кого мы видели на прошлой неделе. Парень подошел со сломанной щеткой стеклоочистителя совершить бесполезный акт — провести ею по стеклу, что имело бы смысл, будь мы готовы раскошелиться на двадцать бат. Но мы не были готовы, и время подошло к четырем, следовательно, жара совсем не та, что в полдень, хотя температура оставалась примерно такой же, что и четыре часа назад. День кривился в зевке; он устал, выдохся, высох, сгибался под тяжестью бесчисленных тонн угарного газа и человеческого разочарования, поэтому парень старался меньше тридцати секунд, а затем ретировался в тень колонны на углу и больше не делал попыток выудить деньги из изрыгающих отраву тысяч неподвижных железных коробок. Стало слишком жарко, чтобы испытывать голод.
— Зачем мы едем в аэропорт? — поинтересовался Лек. Он покончил с напитком и оглядывался, куда бы пристроить пустой пакет. Наконец остановился на кожухе карданного вала.
— Генерал Зинна арестовал одну из наших наркокурьеров, — ответил я, но не сказал, что это как-то связано с тибетцем.
Лек присвистнул. Он немного знал об операциях Викорна, но четко усвоил правило: ни в коем случае не соваться во все, что связано с перевозчиками наркоты. За долгие годы Викорн научился привлекать к этому занятию серьезные силы: предпринимателей средней руки, которым требовались некоторые суммы, чтобы уладить дела с налогами, респектабельных белых домохозяек с детьми, искавших средства усовершенствовать свой дом (скажем, пристроить новую вожделенную веранду — или лучше назвать это «патио»? И всего-то делов: двенадцать часов страха, начиная с прибытия в ближайший к дому международный аэропорт, и деньги твои), и лучшую из всех категорий — шестидесятилетних (а то и постарше) людей в деловых поездках (по большей части успешных стареющих хиппи), которые всегда летают первым классом, их никогда не обыскивают, а «дурь» они провозят, чтобы пощекотать себе нервы и из пристрастия к товару.
Полковник находил кадры теми же способами, какими другие предприниматели переманивают лучших специалистов: гарантировал надежность предприятия и предлагал высокую оплату. Разумеется, торговый штат сильно разрастался за счет рядовых членов. Их держали на расстоянии, но даже им обеспечивали такую степень защиты, какой не могли похвастаться конкуренты. В этом смысле арест Смит был опасен тем, что подрывал авторитет Викорна, и за эту нанесенную Зинной рану следовало рано или поздно отомстить.
Разве что Зинна и Викорн решат на время сделаться союзниками, чтобы избавиться от тибетца. Рано или поздно до их светлостей дойдет, как дошло до меня, что в Юго-Восточной Азии найдется много других потенциальных покупателей, например, некий человек из Пномпеня, по слухам, близкий тамошнему начальнику полиции, который может воспользоваться вакуумом и взять всю партию Тиецина. Но в состоянии ли два престарелых барона надолго отложить вражду и защитить Таиланд от враждебного набега кхмерского выскочки? Сумеют ли акулы поделиться тем, что лежит в кормушке?
— Нам надо убедиться, что она ничего не знает, — объяснил я. — Она, разумеется, выложит, что за нею стоят копы, но, похоже, ей не известны ни имена, ни номера связных.
— А кто здесь ее связной?
— Какой-то фаранг с Каосан-роуд. Занимается одной единственной группой. У него не бывает одновременно больше пяти перевозчиков, а сам он знает только того, кто над ним, тоже фаранга, который не говорит по-тайски.
— Так как же ее удалось арестовать? — заинтересовался Лек.
— Хороший вопрос. Кто-то проник на наш заграничный аванпост.
— В Катманду?
— Да.
— У Викорна есть свои люди в Катманду?
— Это не его люди. Подрядчики. Но они нам поставляют довольно много кадров перевозчиков низшего уровня, вроде Мэри Смит.
— Так почему нам не спросить с наших субподрядчиков в Катманду?