— Выходит, что вы вдвойне ошиблись на мой счет! — Уиллоуби говорил громко, чтобы Иетс расслышал каждое его слово. — Во-первых, недооценили мои способности, во-вторых — приписали мне участие в какой-то темной сделке.
Он покачал головой.
— Согласитесь, Иетс, что я имею полное право задать вам жару… Почему я этого не делаю? А вот это и есть самое интересное: потому что вы мне нравитесь. Когда вы пошли к Девитту, — а надо сказать, что демарш ваш не был ни тактичным, ни успешным, — вы сделали это потому, что вы — порядочный человек и хотели поступить правильно. Я это ценю. Нам нужны такие люди. В них — наша сила. Вам странно слышать такие вещи от меня? Вы мне не верите, а?
— Сказать по правде, майор, верю, но не всегда.
Уиллоуби рассмеялся.
— Галахад! — сказал он. — Непорочный рыцарь. Ищет святой Грааль, а по дороге крушит, что под руку попадется. Но симпатичен.
— А ваши функции каковы?
— Я не ищу Граалей, времени нет. Дома сведущие люди говорили: «Уиллоуби далеко пойдет!» Помешала война. Я хочу, чтобы она скорее кончилась… Словом, я докажу, как я к вам отношусь. Мы с вами отправимся к Березкину вместе, и задавать вопросы будете вы. Согласны?
От Иетса не ускользнуло, что Уиллоуби напросился к нему в компанию, а сам представил дело так, будто из любезности берет с собой Иетса. Но, в общем, речь его прозвучала довольно искренно.
— Я договорился встретиться с князем в два часа.
— Вот и отлично! — сказал Уиллоуби. С удовольствием посмотрю, как вы работаете.
— Так это вы! — сказал Березкин и радостно пожал Уиллоуби руку. — А я после вчерашнего визита не знал, кого и ждать.
— Познакомьтесь, это лейтенант Иетс, — сказал Уиллоуби. — Князь Яков Березкин — лейтенант Иетс.
— Очень приятно! — сказал князь.
Огонь в камине отбрасывал на лицо Березкина оранжевые блики, смягчая его резкие черты. В домашних туфлях и бархатной куртке он производил впечатление человека весьма почтенного, может быть, чуть-чуть эксцентричного. Иетс решил, что он неглуп, прекрасно воспитан, вероятно, — гостеприимный хозяин и хороший собеседник, с которым можно поговорить о делах, о политике, об искусстве.
— Кого же вы все-таки ждали, князь? — спросил Уиллоуби.
— Какого-нибудь гангстера, вымогателя…
— Разве капрал не сказал вам, что передает мое поручение? — спросил Иетс.
— Так это был ваш эмиссар, лейтенант Иетс! Жаль, что я этого не знал. У вашего капрала очень оригинальная тактика. Я всю ночь не мог уснуть. Он мне грозил оружием.
Уиллоуби нахмурился.
— Кто это был, лейтенант Иетс?
Иетс пожал плечами.
— Я посылал Абрамеску.
Уиллоуби бросил на князя быстрый взгляд. Абрамеску и кролика не напугает. Если Березкин действительно не спал всю ночь, то причина этого кроется не в самом Абрамеску, а в том поручении, которое он передал князю.
— Мой друг Иетс не смог повидать вас в Париже и теперь хочет задать вам несколько вопросов, вот и все.
Березкин быстро поднял голову и тут же улыбнулся. Этот тип ему знаком: ретивые молодые служащие из Налогового управления — вообразят, что уличили вас в каких-то грехах, и являются проверять ваши книги. Рано или поздно все они оказывались у него на жаловании. К тому же и Уиллоуби здесь — явно оберегает свои будущие доходы!
— Что вы хотели бы узнать, лейтенант?
Уиллоуби отошел к окну, делая вид, что беседа Иетса с Березкиным его совсем не интересует. Перед ним расстилался индустриальный пейзаж — домны, заводы, сеть канатных дорог с неподвижно застывшими в воздухе вагонетками. Он уже спрашивал себя, имело ли смысл приезжать сюда с Иетсом. Столько усилий — и для чего? Столько трепать языком, чтобы рассеять подозрения Иетса! Как будто он сомневался в тактичности Березкина, в его умении жить. Разве не ясно, что человек, сумевший достичь такого положения, способен веревки вить из таких птенцов, как Иетс?
— Вы знаете человека по фамилии Сурир? — начал Иетс.
— Сурир… Сурир!…
Сурир — это мостик к Петтингеру. Березкин понял: разговор предстоял неприятный. А Уиллоуби все так же безучастно смотрит в окно.
— Да, припоминаю, лейтенант. Кажется, шофер? — Кого они поймали, Петтингера или Сурира? И который из них наболтал лишнего? Или, может быть, оба?
— Совершенно верно, — сказал Иетс, — между прочим и шофер.
Березкин принял решение. Незачем стараться скрыть это знакомство. Петтингер либо в безопасности, за линией фронта, либо попал в плен к американцам. И в том и в другом случае Березкин бессилен ему помочь. А Сурир — Сурир просто мошенник, мелкая сошка, и поделом ему, если попался, нужно было действовать умнее.