— Ах, он из таких?
— Да, из таких.
Трой решил перевести разговор на другую тему. Он сказал Иетсу:
— Вы, наверно, долго до нас добирались?
— Ровно два дня.
Наступило молчание. Трой выскреб ножом остатки сыра и швырнул банку на печь, куда она и опустилась с грохотом.
Бинг поднял карту с пола и стал рассматривать ее.
— Я знаю эти места, — как бы между прочим сказал он. — Исколесил их вдоль и поперек вместе со своим папашей. Он был большой любитель пешеходных экскурсий и начал таскать меня с собой, едва только я научился ходить. На всю жизнь отбил у меня охоту к такому виду спорта.
— Какие места? — спросил Трой, сразу заинтересовавшись.
— Нейштадт и его окрестности, капитан. Я ведь сам оттуда. Родился, вырос в Нейштадте, и из этого же Нейштадта меня выставили. Им, видите ли, не понравился мой нос.
— Нейштадт… — проговорил Трой. — Там поблизости есть концентрационный лагерь «Паула», знаете?
— В наше время его еще только строили. Моему отцу пообещали, что он будет там в числе новоселов.
Трой внимательно слушал его, ковыряя в зубах.
Иетс сказал:
— Чего вы кривляетесь, Бинг!
— Я считаю — если говорить об этом, то только так, — ответил Бинг и снова уткнулся в карту. — По-моему, лагерь «Паула» строился вот здесь, капитан. — Он нарисовал карандашом небольшой квадрат на равнине, окруженной со всех сторон поросшими лесом холмами.
— Правильно! — сказал Трой, проверяя отметку Бинга по своей карте. — Совпадает в точности.
— Вы туда и выступаете? — живо спросил Бинг.
— Да, с оперативной группой.
Бинг сдержанно обратился к Иетсу:
— Лейтенант, разрешите мне присоединиться к оперативной группе. Я хочу повидать Нейштадт, хочу повидать дом, в котором родился, — вы меня понимаете?
Иетс сказал: — Мы не за этим сюда пришли.
— А зачем вы сюда пришли? — спросил Трой.
— Разрешите доложить, капитан?
Трой поднял голову, глаза у него сузились.
— Помните, что я вам пообещал одной зимней ночью?
— Вы поймали его? — с напряжением выговорил Трой.
— Нет. Но мы знаем, кто это.
Иетс увидел, как пальцы Троя впились в край грубого деревенского стола; он увидел, как вздулись мускулы у него на шее.
— Это подполковник эсэсовских войск Эрих Петтингер. Ваши люди были расстреляны по его приказу.
— Где он?
Иетс развел руками:
— Это одному Богу известно.
— Мне его живого нужно!
— Подождите, не волнуйтесь, — сказал Иетс. — Он, по всей вероятности, еще жив, а от Германии с каждым днем остается все меньше и меньше. Сейчас я вам все расскажу.
Когда Иетс кончил, Трой снова повторил: — Мне его живого нужно. Сквитаться легко, но дело не в этом. Отомстить — что может быть проще! Я иду в Нейштадт, освобождать лагерь «Паула». Это очень хорошо, такая задача меня пришпорила, и я счастлив, что ее поручили мне. Теперь я, по крайней мере, знаю, что от меня требуется. Но этого мало. Мне нужен Петтингер, живой Петтингер.
«Он просто помешался на этом, — подумал Иетс.— Большой, сильный, здоровый человек. Вот что делает с нами война».
Бинг заговорил с жаром:
— Лейтенант, отпустите меня в Нейштадт. Капитану понадобится человек, который хорошо знает немецкий и понимает этих людей.
Иетсу хотелось сказать: «Обратитесь к Трою», — но он промолчал. Он был так поглощен своим рассказом о Петтингере и тем, как это подействовало на Троя, что смысл предстоящей операции не дошел до его сознания. Но просьба Бинга открыла ему глаза.
— Сержант прав, капитан, — сказал он. — Да я, пожалуй, сам поеду с вами и посмотрю, что это за лагерь «Паула».
Бинг не дал Трою ответить:
— Что там смотреть! Воображение у вас есть? Мало в отделе фотографий материалов о таких лагерях!
Иетс повернулся к Трою: — Я думаю, мне удастся раздобыть там кое-какие сведения для нашего отдела. Полковник Девитт не станет возражать. У меня свой виллис, и мы с Бингом, действительно, сможем вам помочь.
— Я говорю совершенно серьезно! — заволновался Бинг. — Поверьте мне, лейтенант! Надо знать, что делалось в Германии последние годы, чтобы представить себе такой лагерь. На вашем месте я, ради собственного душевного спокойствия, не сунулся бы туда без крайней нужды. Совсем это не обязательно!
— Чего вы так кипятитесь? — рассердился Иетс. Почему не послушаться Бинга? Зачем ему понадобился этот лагерь «Паула»? Собирать материал для пропаганды — предлог, выдуманный только для Девитта. Тогда что же? Может быть, он ищет правду о войне, а лагерь «Паула» часть этой правды, и, по всей вероятности, самая страшная ее часть.