— Ух, ты! Настоящий!
— Самый настоящий, господа, — Энбри берет меч в руки и вынимает его из ножен. — Сделано по точному образу и подобию шотландского клеймора пятнадцатого века. Кельтская гравировка на голоменях — по моим эскизам.
Мы по очереди хватаем меч, чтобы рассмотреть его и ощутить в руках тяжесть настоящего, а не ролевого оружия. Энбри стоит, скрестив руки на груди, с видом Наполеона на Аустерлицком поле.
— Все на месте, — заявил Арс, любуясь отсветами костра на клинке. — Даже четырехлистный клевер на концах дужек. Гляжу, чойлы на клинке. Суровый меч. Вы, Андрей Михайлович, теперь по полной хайлендер.
— Да, и потенциальный ходок под статью о холодном оружии, — усмехнулся Энбри. — Оружие-то боевое, боевее не бывает. Меч выкован из стали Т10, хотя изначально я договаривался на сталь 5160. Пришлось доплатить за вольфрамовую добавку.
— И сколько? — спросил я, наслаждаясь тяжестью оружия и тем, как рукоять меча лежит в ладони.
— Две тысячи американских рублей с работой. Кузнец ковал, его дочка делала гравировку на клинке и ножны. Естественно, все под великим секретом, за такие вещи кузнецу ничего хорошего не светит. Так что, мальчики-девочки, про мой секрет — никому.
— Мог бы этого не говорить, — заметила Алина.
— Вообще-то я идиот, — сказал Энбри. — На эти деньги мог бы съездить отдохнуть, но… Давно мечтал иметь настоящий меч, с детства, можно сказать. Не сувенирный, а настоящий. Теперь вот хвастаюсь, как мальчишка.
— Мой папа, — вдруг сказала Домино, — однажды сказал, что у оружия есть душа. И у этого меча обязательно должно быть имя.
— Точно! — Энбри немедленно наклонился и чмокнул Домино в макушку. — Существенный элемент легенды о любом оружии. Жду предложений от крестных.
— Стоп! — заявила Алина, вставая. — Я ждала полночи, чтобы все было, как положено, но по такому случаю…
В объемистом рюкзаке Алины, оказывается, были не только пакеты с фруктами и теплая кофта. На свет божий появляются совершенно средневековые на вид вещи: бархатный камзольчик, зеленый капюшон с зубцами по низу, шапочка лучника с пером, расшитый плащ, длинная темная монашеская сутана.
— Макс подогнал, — поясняет Алина, выкладывая вещи на траву. — У них в театре ставят "Робин Гуда", вот я и попросила… для лучшего антуража. Переоденемся, а потом и начнем крестины меча. А это мне, — Алина достает последний сверток в полиэтилене. — Девочки переодеваются в палатке.
— Супер, — заявляет Арс, рассматривая на вытянутых руках кафтан с пуфами на рукавах. — Все хорошо, только бутафорской воняет.
Мы делим одежду и напяливаем ее на себя. Начинаем ржать — вид у всех потешный. Лишь Энбри вполне в образе — монашеская сутана гармонирует с его очками и лысиной. Арс в длинном плаще и в шишаке из папье-маше выглядит забавно.
— А ты у нас чисто богатый горожанин, — заявляет мне Михалыч, пока я разглаживяю складки на камзоле и пытаюсь расправить смятое перо на шапочке. — Еще бы тебе штаны-брэ и туфли с оооочень длинными носами.
— Ага, типа эльфы, — заявляю я, подбоченившись. — Меня так и разбирает поговорить на латыни.
Мне не отвечают, потому что из палатки появляются Алина и Домино. На Алине длинное прямое платье из зеленого шелка и шапочка с вуалью. А Домино…
Вот тут у меня появилось странное, почти мистическое чувство. Глядя на Домино, одетую в приталенный дублет с вышивкой на рукавах и средневековый капюшон с квадратными зубцами, конец которого свешивается ей на правое плечо, я подумал, что именно так должна была выглядеть эльфийская охотница. Еще бы лук и колчан со стрелами, да высокие гетры на ноги…
— Ну, как вам я? — Алина продефилировала мимо нас, раскачивая бедрами. — Сама шила специально к празднику.
— Отлично, — Энбри похлопал в ладоши. — Настоящее эльфийское платье.
— Слушай, ты прямо Мильва Барринг, — шепнул я Домино. — Супер видуха.
— Итак, все приняли свой истинный облик, засим начнем, — пробасил Энбри, делая благословляющие жесты. — Как единственное в этой почтенной компании лицо духовное, благословляю вас, дети мои. Во имя Отца, Сына, Святого Духа и Профессора, аминь.
— Какое имя выберем для крестника? — промурлыкала Алина. — Чтобы было звучно и по-эльфийски?
— Говорю сразу: мечи из наследия Профессора не предлагать, — заявил Энбри.
— Мне что-то в голову ничего не приходит, — сказал я, глядя на меч, лежащий между тазиком с шашлыком и канистрой с пивом. — Так и крутятся в башке Хадхафанг с Гламдрингом.
— Гвинблейд, — предложил Арс.
— Это из Сапковского, — заметил я. — Кличка Геральта. Не пойдет.